Айгуль Михневич - Примерь мои туфли. Исповедь беглянки
- Название:Примерь мои туфли. Исповедь беглянки
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:9785005630339
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Айгуль Михневич - Примерь мои туфли. Исповедь беглянки краткое содержание
Примерь мои туфли. Исповедь беглянки - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Как-то к одной из моих двоюродных сестёр подошла девушка и сказала:
– Почему ты со мной не здороваешься? Мы же родственницы!
– Таких «родственниц», как ты, у нас пол-Татарстана. Что же мне теперь, со всеми здороваться? – ответила та чуть высокомерно.
Отец по профессии был электриком, увлекался фотографией, что делало его очень популярным. К алкоголю, по словам матери, был равнодушен, не курил и вообще был красавец мужчина, весёлый и привлекательный.
Спустя много лет при каждой встрече его старенькая мать будет цепляться за мои руки и плакать, причитая:
– Я не виновата, что вы остались сиротами! Я не хотела, чтобы они развелись! Я не виновата…
Лицемерие – одна из особенностей этого семейства.
Кривое Озеро
Мать родилась в двенадцати километрах от Чулпанова. Моя любимая деревня – Кривое Озеро. Жителям чудом удалось спасти свою мечеть от разрушения, когда пришла советская власть. Наша мечеть никогда не закрывалась.
Всю свою сознательную жизнь я наблюдала за тем, как бабушка и дедушка читали намаз по нескольку раз в день.
Мать рассказывала случай из своего детства. Однажды она пришла из школы и сообщила:
– Мама, нам сказали, что Бога нет.
Та схватила её за волосы и заперла в чулане:
– Чтоб я этого больше никогда не слышала!
Семья была очень набожной, но это не мешало братьям моей матери пьянствовать ещё со школьной скамьи, избивать и унижать сестру (младших они не трогали), драться с соседями. Мать говорила, что в деревне особой жестокостью отличались наша и ещё одна семья, остальные жили мирно, в любви и согласии.
Однажды она призналась:
– Я не хотела бы вернуть ни одного дня из своего детства.
Надо ли говорить, что предложение моего отца могло быть воспринято как возможность сбежать из родительского дома?
Всего у матери было четверо братьев и две сестры. Когда в семье появилась первая девочка, дед выбежал на улицу и закричал:
– У меня дочь родилась!
Она была долгожданная, ровно на десять лет младше своего старшего брата. Вслед за ней родились ещё две девочки, одна из которых оказалась очень болезненной, а другая – просто самая маленькая. По словам матери, к младшим относились более ласково, чем к ней.
Расскажу об одной особенности, присущей татарскому народу. У татар младшие всегда должны подчиняться старшим, беспрекословно. Слова родителей – закон.
Родителям нельзя перечить, им нельзя высказывать своё неудовольствие, надо угадывать их желания и подчиняться во всём. В отношении детей им можно всё, просто потому, что они родители. На них молятся и ставят на место Бога.
Как в армейском анекдоте: первый пункт устава – командир всегда прав; второй пункт устава – если командир неправ, смотри пункт первый.
Родители всегда правы. ВСЕГДА. И говорить о них должно исключительно с придыханием и поклонением.
Старшие братья и сёстры обладают почти рабовладельческими правами. В классической татарской семье им тоже следует подчиняться беспрекословно. Правда, старшие при этом должны защищать, обучать и оберегать младших, но…
В искажённой интерпретации этих правил про уважение к личности младшего речи не идёт. Обычно в таких случаях младший становится чем-то вроде чернорабочего, боксёрской груши и мальчика на побегушках в одном лице. В случае отказа подчиняться в ход идут кулаки, оскорбления, разные способы унижения и прочее.
Так было в нашей семье.
Именно той искажённой интерпретации татарских традиций моя мать хлебнула в полной мере в своём детстве. Это отразилось на её характере, отношении к окружающим и атмосфере, которую она создала в нашем доме.
Ещё вспоминали, что она писала сатирические стихи и заметки, за которые ей часто доставалось, так как в деревне их читали громко, посмеиваясь над соседями. Полагаю, именно от матери мне досталась склонность к злой иронии и сарказму.
Мой прапрадед был настоящим богатырём. Мог одной рукой вытащить коня с повозкой из трясины. Но опасался призыва на службу в царскую армию. И если кто-то замечал эту его силу, говорил:
– Расскажешь кому – убью!
Когда во время работы в поле наступал обеденный час, прапрадед громко кричал в сторону деревни:
– Жена, неси еду!
И она слышала его, бежала на зов.
Моя прабабушка, мама дедушки, прожила почти до ста лет. Помню старую слепую женщину, лежавшую на диване. Она умерла, когда мне было лет шесть или семь.
Одна из двоюродных сестёр Лейсан рассказывала:
– Лежала она редко, большую часть времени сидела. Ела каждый день по листку алоэ. Когда я мыла полы, проверяла рукой, качественно ли. Каждый день надевала всё чистое. Она очень мою маму любила. Та её кормила всегда и ухаживала. Я хорошо помню, как она умирала. Переоделась во всё чистое и попросила меня заплести ей волосы. Потом легла и умерла.
Дед был невысокого роста, смуглый, черноглазый. Мастер на все руки, работящий и очень энергичный. Не чурался никакой работы.
Из воспоминаний Лейсан:
– Я с ним валенки валяла в бане, он меня учил. Как сейчас помню всё детально. А ещё он печи клал и срубы рубил. Даже когда не мог физически работать, к нему приходили и просили просто постоять, посоветовать. Не выговаривал звук «р» и, когда ругался, это так смешно звучало. Делал отменные ножи из непригодных для работы кос. В мастерской у него был верстак и очень много инструментов. Там же был чугунный круг, на котором он отбивал косы и делал ножи. Зимой на озере выпиливал кубы из льда и отвозил их в погреб. Там этот лед был даже в июле-августе. Каждое утро ходил на рыбалку, и мне приходилось чистить целую ванну рыбы. Раков они не ели, отдавали курам. Я так хотела всегда сварить и поесть, но бабушка считала их грязными животными. Дедушка никогда не ел разогретую пищу. Ему готовили три раза в день.
Всё детство я ела качественный домашний мёд. Дед, а затем и его старший сын, были пчеловодами.
Ох уж эти пчёлы! О них я расскажу подробнее, когда буду писать о Кривом Озере.
А вот бабушка… Бабушка была удивительной женщиной. Внешность её была не слишком примечательной: невысокий рост, светлая кожа, добрые светлые глаза. Но до чего она была мудрая, кроткая, терпеливая, стойкая! Сколько горя она испытала в своей жизни! Но это не сделало её жестокой, скорее, наоборот. Она была очень отзывчивая, понимающая.
У неё я училась со смехом рассказывать о своих проблемах. Когда было больно, она смеялась; когда было страшно, она тоже смеялась; когда переживала за кого-то, снова находила повод для смеха. А потом тихо плакала у озера, когда никто не видел.
Если хотела до кого-нибудь донести свою мысль, выдавала её иносказательно в разговоре с другим человеком, но в присутствии того, кто должен был это услышать: «Сынок, тебе говорю, дочка, ты слушай». В таком поведении был глубокий смысл. Следуя уроку бабушки, я стала писать «Разговоры с подушкой» в интернете, обращаясь к людям через посредника в виде условной подушки.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: