Нил Саймон - Страстные бабульки [=Дела семейные]

Эбби: Да. Вылетела, как ракета.

Сара: Разве, это был не Стэнли?

Эбби: Я, думала, Стэнли твой.

Сара: Я, тоже, так думала.

Ден: А, ты не сказала ей, что она уже…

Сара: Должно быть, это Харольд.

Эбби: Да, я ей говорила.

Ден: И, что, она ответила?

Эбби: Передать дословно?

Ден: Да!

Эбби: «Смывайся, мать!»

Ден: «Смывайся, мать!» Так, и сказала?

Эбби: Это были ее слова.

Сара: О, у этой Сисси, есть характер.

Ден: И, что нам делать?

Эбби: Не, знаю…возможно, смыться?

Медленно высвечивается Эбби. Она разговаривает по телефону с местным отделением полиции.

Эбби: Да, правильно …пропавшие лица. Двое, из пропавших; моя мать и свекровь. Они пропали обе… как команда. Так… Клавдия Эдамс, моя мать, 72 около 5'6" (165 см), коричневые волосы и глаза. В последний раз, года я ее видела, на ней были джинсы и белая тенниска с ярким А+ вышивкой. Сара Кейси, моя свекровь, 68, около 5'2" (155 см), седые волосы. Без понятия, в чем она была одета, если, вообще, на ней что — либо было! Машины моей матери нет, значит, возможно, они на ней. Да, конечно, розовый Кадиллак, с серебристыми тарелками… Моя жизнь. Да, я, думаю, что именно в этом, возможно, лежат все проблемы. (Ден входит) Мой муж только что пришел…да, это сын Сары, Ден Кейси. Нет, я ношу девичью фамилию. А, какая разница, для вас? Да, спасибо! Огромное спасибо! Мы будем дома.

Ден: Какое ни будь сообщение?

Эбби: Нет.

Ден: Что, произошло?

Эбби: Они встали и, видимо, сразу ушли. Я вернулась из студии в пять, прошлась по дому, и, нигде не нашла их. Проверила комнаты. Кое- какая одежда разбросана, но чемоданы и туалетные принадлежности, исчезли. Они взяли мои духи. Ты, можешь в это поверить?

Ден: И, никакой записки?

Эбби: Это же не самоубийство; они, просто сбежали.

Ден: Но, почему?

Эбби: Я, не знаю! Нет, знаю. Нет, не знаю. Я знаю, точно, что моя мать была расстроена тем, что мы ее приземлили.

Ден: Но, это была временная мера!

Эбби: Дело не во времени. Сам факт приземления вызвал в ней бурю протеста.

Ден: Она же смеялась над этим!

Эбби: Да, но, когда была пьяна. Когда же она протрезвела, это, уже казалась ей, не настолько смешным.

Ден: Но, мы хотели навести порядок, в наших взаимоотношениях, не так ли?

Эбби: Насчет порядка; — это не вызывало у нее, какого либо протеста. Что ее обидело, так это, твое желание контролировать ее личную жизнь.

Ден: Я не думал, что это, так для нее важно.

Эбби: Это было не важно для нас. (пауза) И, все же, я не понимаю, почему твоя мать сбежала тоже? (пауза) А, тебе она, ничего тебе не говорила?

Ден: Ничего, по поводу побега.

Эбби: И, все же, о чем вы говорили?

Ден: О семейных делах. Разве, ты не знаешь, о чем женщины могут говорить? Разговор временами был нервный и нелогичный.

Эбби: Расскажи мне, что, она говорила?

Ден: Да, так, ничего.

Эбби: Ден, расскажи мне, что она говорила?

Ден: (думает, затем) Это, трудно объяснить; вернее, то, о чем, она говорила, трудно понять. И, в то же самое время, становится понятным все, что произошло с нашей семьей.

Эбби: Ну-ка, ну-ка, объясни.

Ден: Ее мать бросила, когда ей было, всего пять лет.

Эбби: Что?

Ден: Убежала с любовником. Оставив, мою мать с отцом. Вот, почему, моя мать воспитывалась тетей. (пауза) Я об этом ничего не знал.

Эбби: Потом была авария?

Ден: Да. Десять лет спустя. В этой аварии отец и мать погибли. Любовник матери бросил ее, а, отец, решил вернуть ее домой. Это было по дороге из Денвера, когда он выехал на встречную полосу.

Эбби: Боже мой!

Ден: Маме было всего 15, когда это все случилось. Хотя, для нее, мать уже давно не существовала.

Эбби: Она, должно быть, была переполнена чувством вины и юношеской ярости…

Ден: И, предательства.

Эбби: Ни одно из действий, совершенных взрослыми, были ей непонятны.

Ден: Эта семейная тайна, так глубоко, засела в ее душе, что ей никогда не приходило в голову, что она может, кому — либо нанести вред. (пауза) Но, это произошло! Мать любила меня, очень сильно, тогда же, как я, не мог, в той же мере, ответить ей взаимностью, ибо не имел представление, откуда это чувство возникло.

Эбби: Выходит, этот секрет привел к тому, что она, снова, была предана. На этот раз… тобою.

Ден: Если бы она рассказала мне! Откуда я мог знать, что она все это время, жила с такой глубокой раной.

Эбби: По всей вероятности, это, было основной причиной ее пьянства.

Ден: Семейные секреты…

Эбби: Приносили боль всей семье.

Ден: Да, уж. (пауза) Я чувствую себя, примерно так, как куча того блюда, приготовленного матерью, и не съеденного вами. И, я, думаю, что она сбежала, так как боялась, что я буду, разочарован ее…

Эбби: Что, ее?

Ден: Ее поведением, ее умением готовить, ее алкоголизмом. В общем, всем этим.

Эбби: Ну, а, ты?

Ден: Я. Я, не разочарован; я, устрашен, но я хочу ее возвращения. Я хочу, чтобы она вернулась. В семью, в ее родную семью. (они обнимаются, звонит телефон, Эбби отвечает)

Эбби: (в трубку) Да …это она… хорошо, где …нет признаков… да, хорошо, спасибо. (кладет трубку) Полиция нашла ее машину.

Ден: Где?

Эбби: Брошенной на старой автостраде.

Ден: Брошенной? Что, это значит?

Эбби: Они не знают, но…нет никаких признаков для волнений.

Ден: Кровь!?

Эбби: Боже, ну и, пессимист же ты!

Ден: Они же там, совершенно, одни!

Эбби: (прерывая) Мне, их не хватает!

Ден: (обнимая ее) Мне, тоже, дорогая.

Звук подъезжающей машины, хлопанье дверей и голоса.

Клавдия: Вот, мы и вернулись!

Эбби: (прерывает) Черт бы тебя побрал! (она вскакивает и обнимает мать)

Эбби: Больше, никогда, не делайте так. (Ден крепко обнимает мать)

Ден: Вы, так нас напугали.

Сара: Кажется, у нас сейчас будут неприятности.

Ден: Нет, нет — никаких, неприятностей! Вы у нас …нет, у себя дома. И, мы, очень рады вам.

Сара: Если бы, мы, не знали этого, мы бы, никогда, не вернулись.

Клавдия: Это так. Да, и нам, по правде говоря, некуда больше идти.