Даниил Хармс - Однажды… Истории в стихах и прозе
- Название:Однажды… Истории в стихах и прозе
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Array Литагент «Аттикус»
- Год:2014
- Город:Санкт-Петербург
- ISBN:978-5-389-01607-1
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Даниил Хармс - Однажды… Истории в стихах и прозе краткое содержание
Однажды… Истории в стихах и прозе - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Физик сломавший ногу
Маша моделями вселенной
Выходит физик из ворот.
И вдруг упал, сломав коленный
Сустав. К нему бежит народ,
Маша уставами движенья
К нему подходит постовой
Твердя таблицу умноженья
Студент подходит молодой
Девица с сумочкой подходит
Старушка с палочкой спешит
А физик всё лежит, не ходит,
Не ходит физик и лежит.
«Однажды утром воробей…»
Однажды утром воробей
Ударил клювом в лук-парей
И крикнул громко лук-парей:
«Будь проклят птица воробей!»
Навеки проклят воробей
от раны чахнет лук-парей
И к ночи в мёртвый лук-парей
Свалился мёртвый воробей.
Антон и Мария
Стучался в дверь Антон Бобров. За дверью, в стену взор направив
Мария в шапочке сидела. В руке блестел кавказский нож
Часы показывали полдень. Мечты безумные оставив
Мария дни свои считала и в сердце чувствовала дрожь
Смущён стоял Антон Бобров не получив на стук ответа
Мешал за дверь взглянуть тайком в замочной скважине платок.
Часы показывают полночь. Антон убит из пистолета.
Марию нож пронзил. И лампа не светит больше в потолок.
Страшная смерть
Однажды один человек, чувствуя голод, сидел за столом и ел котлеты,
А рядом стояла его супруга и всё говорила о том, что в котлетах мало свинины.
Однако он ел и ел и ел и ел и ел, покуда
Не почувствовал где то в желудке смертельную тяжесть.
Тогда, отодвинув каварную пищу, он задрожал и заплакал;
В кармане его золотые часы перестали тикать;
Волосы вдруг у него посветлели, взор прояснился;
Уши его упали на пол, как осенью падают с тополя жёлтые листья;
И он скоропостижно умер.
Вариации
Среди гостей, в одной рубашке
Стоял задумчиво Петров
Молчали гости. Над камином
Железный градусник висел
Молчали гости. Над камином
Висел охотничий рожок.
Петров стоял. Часы стучали
Трещал в камине огонёк.
И гости мрачные молчали.
Петров стоял. Трещал камин.
Часы показывали восемь.
Железный градусник сверкал
Среди гостей, в одной рубашке
Петров задумчиво стоял
Молчали гости. Над камином
Рожок охотничий висел.
Часы таинственно молчали.
Плясал в камине огонёк
Петров садумчиво садился
На табуретку. Вдруг звонок
В прихожей бешенно залился,
И щёлкнул англицкий замок.
Петров вскочил, и гости тоже
Рожок охотничий трубит
Петров кричит: «О Боже, Боже!»
И на пол падает убит.
И гости мечутся и плачат
Железный градусник трясут
Через Петрова с криком скачат
И в двери страшный гроб несут.
И в гроб закупорив Петрова
Уходят с криками: «готово».
Сон двух черномазых дам
Две дамы спят, а впрочем нет,
Не спят они, а впрочем нет,
Конечно спят и видят сон,
Как будто в дверь вошёл Иван
А за Иваном управдом
Держа в руках Толстого том
«Война и Мир» вторая часть…
А впрочем нет, совсем не то
Вошёл Толстой и снял пальто
Калоши снял и сапоги
И крикнул: Ванька помоги!
Тогда Иван схватил топор
И трах Толстого по башке.
Толстой упал. Какой позор!
И вся литература русская в ночном горшке.
«Григорий студнем подавившись…»
Григорий студнем подавившись
Прочь от стола бежит с трудом
На гостя хама рассердившись
Хозяйка плачет за столом.
Одна, над чашечкой пустой,
Рыдает бедная хозяйка.
Хозяйка милая, постой,
На картах лучше погадай-ка.
Ушёл Григорий. Срам и стыд.
На гостя нечего сердиться.
Твой студень сделан из копыт
Им всякий мог бы подавиться.
Из дома вышел человек
Песенка
Из дома вышел человек
С дубинкой и мешком,
И в дальний путь,
И в дальний путь
Отправился пешком.
Он шел все прямо и вперед
И все вперед глядел.
Ни спал, ни пил,
Ни пил, ни спал,
Ни спал, ни пил, ни ел.
И вот однажды на заре
Вошел он в темный лес
И с той поры,
И с той поры,
И с той поры исчез.
Но если как-нибудь его
Случится встретить вам,
Тогда скорей,
Тогда скорей,
Скорей скажите нам.
«Шёл Петров однажды в лес…»
Шёл Петров однажды в лес.
Шёл и шёл и вдруг исчез.
Ну и ну сказал Бергсон
Сон ли это? Нет, не сон.
Посмотрел и видит ров
А во рву сидит Петров.
И Бергсон туда полез
Лез и лез и вдруг исчез
Удивляется Петров:
Я должно быть не здоров.
Видел я исчез Бергсон.
Сон ли это? Нет, не сон.
Удивительная кошка
Несчастная кошка порезала лапу,
Сидит и ни шагу не может ступить.
Скорей, чтобы вылечить кошкину лапу,
Воздушные шарики надо купить!
И сразу столпился народ на дороге,
Шумит, и кричит, и на кошку глядит.
А кошка отчасти идет по дороге,
Отчасти по воздуху плавно летит!
Однажды…
в прозе
«На набережной нашей реки…»
На набережной нашей реки собралось очень много народу. В реке тонул командир полка Сепунов. Он захлёбывался, выскакивал из воды по живот, кричал и опять тонул в воде. Руками он колотил во все стороны и опять кричал чтоб его спасли.
Народ стоял на берегу и мрачно смотрел.
– Утонет, – сказал Кузьма.
– Ясно, что утонет, – подтвердил человек в картузе.
И действительно, командир полка утонул.
Народ начал расходится.
<1–6 июня 1929>«Однажды Андрей Васильевич шёл по улице…»
Однажды Андрей Васильевич шёл по улице и потерял часы. Вскоре после этого он умер. Его отец горбатый, пожилой человек целую ночь сидел в цилиндре и сжимал левой рукой тросточку с крючковатой ручкой. Разные мысли посещали его голову, в том числе и такая: жизнь это кузница.
Отец Андрея Васильевича по имяни Григорий Антонович или вернее Василий Антонович обнял Марию Михайловну и назвал её своей владычицей. Она же молча и с надеждой глядела в перёд и в верх. И тут же поршивый горбун Василий Антонович решил уничтожить свой горб.
Для этой цели Василий Антонович сел в седло и приехал к профессору Мамаеву. Профессор Мамаев сидел в саду и читал книгу. На все просьбы Василия Антоновича профессор Мамаев отвечал одним только словом: успеется. Тогда Василий Антонович пошёл и лег в хирургическое отделение.
Началась операция. Но кончилась она не удачно, потому что одна сестра милосердия покрыла своё лицо клетчатой тряпочкой и ни чего не видела и не могла подавать нужных инструментов. А фельдшер завязал себе рот и нос и ему нечем было дышать и к концу операции он задохнулся и замертво упал на пол. Но самое неприятное это то, что профессор Мамаев в торопях забыл снять с пациента простыню и срезал ему вместо горба что-то другое, кажется затылок. А горб только потыкал хирургическими ножницами.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: