Даниэла Стил - Перемены

— В Калифорнию? Вы сошли с ума? Я живу здесь, в Нью-Йорке. — Она улыбнулась, когда Мел поцеловала ее в щеку. — Но все равно, спасибо за заботу.

Мне будет не хватать вас. Теперь вас ждет хорошая жизнь. У вас. Мел, будет хороший муж. У меня тоже есть поклонник. Возможно, рано или поздно я выйду за него замуж, и я не хочу ехать в Калифорнию.

— Мы будем тоже скучать без тебя. — Им предстояла новая и непривычная жизнь. Даже мебель Мел сдавала на хранение. Для нее в доме Питера не было места. Шли дни, и Мел все больше убеждалась, что перемены в ее жизни даются ей с трудом.

Пятнадцатого декабря, на две недели раньше срока, обусловленного контрактом, она в последний раз вела одиннадцатичасовой выпуск новостей из Нью-Йорка. Мел знала, что спустя примерно две недели она выйдет в эфир в другой студии, в Лос-Анджелесе, но нью-йоркский период ее жизни закончился. Навсегда. Она заплакала, отложив микрофон, и вышла из студий, где за дверью ее ждал Грант. Он обнял ее, покачал головой, как удивленный отец, который все-таки гордился ею. Она наконец устроила свою жизнь, и он радовался этому. Питер Галлам был прекрасным человеком. Грант надеялся, что все сложится у нее удачно: карьера, отношения с детьми, переезд. Ей предстояло многое. Но Мел справится с этим.

— Удачи, Мел. Мы будем скучать по тебе.

Они хотели устроить ей прощальную вечеринку, но она отказалась. Она бы не выдержала этого. Нервы у нее были напряжены. Она пообещала как-нибудь навестить их и познакомить с Питером. Им ее история казалась похожей на сказку. Она поехала брать интервью и влюбилась в симпатичного доктора, но сейчас для нее наступал болезненный момент расставания с ними, со своим домом, с Нью-Йорком.

— До свидания, Грант. Береги себя. — Она поцеловала его в щеку и вся в слезах направилась к лифту.

Она покидала все, что было так хорошо знакомо ей, и своих старых друзей, а через пять минут Мел вышла из здания, к которому так долго стремилась и где достигла таких высот, и вот теперь уходила из него навсегда. Дома ее ждала гора коробок. Грузчики должны были подъехать на следующее утро, и это будет последним днем работы Ракели. Выходные они проведут в гостинице «Карлайл», а в понедельник окончательно закроют дом, она заберет белое шерстяное платье от Билла Бласа, купленное в салоне Венделя. А на следующий день, 19 декабря, они полетят в Лос-Анджелес, за пять дней до свадьбы… ее свадьбы… Она сидела в темноте, чувствуя, что круг замкнулся. Ее бракосочетание. Она выходит замуж.

— О Боже. — Она сидела в постели, глядя на хаос, царящий вокруг нее, и слезы медленно потекли у нее по лицу, когда она задумалась, какое безумство совершает. Даже мысль о Питере, ждущем ее в Лос-Анджелесе, не утешила Мел.

В субботу, 16 декабря, Мел в последний раз стояла в своей спальне на Восточной Восемьдесят первой улице. Грузчики два дня опустошали ее дом, и последний грузовик только что прогромыхал вниз по улице, увозя ее вещи в Калифорнию, где все, за исключением ее одежды и нескольких дорогих ей вещиц, будет сдано на склад для хранения. Питер сказал, что остальное просто не поместится в их доме.

Девочки вместе с Ракелью ждали ее внизу в прихожей, но Мел хотелось в последний раз взглянуть на вид, открывавшийся из окна ее спальни. Никогда больше она уже не будет лежать в этой постели по утрам, глядя в окно, слушая птиц, поющих в маленьком садике В Калифорнии будут другие птицы, другой сад, совершенно другая жизнь. Невозможно было не вспомнить о том, как много значила для нее покупка этого дома. Она от многого отказалась ради человека, которого любила, но, в конце концов, это был всего лишь дом.

— Мама? — крикнула Вал из прихожей. — Ты спускаешься?

— Сейчас, — крикнула Мел в ответ, в последний раз оглядывая комнату, а затем быстро сбежала по ступенькам. Они ждали ее, нагруженные подарками, которыми они обменялись с Ракелью, стоя возле чемоданов, которые брали с собой в гостиницу. И когда Мел вышла из дома взять такси, она увидела, что на землю падает легкий снежок. Ей понадобилось почти полчаса, чтобы поймать такси, а вернувшись, она застала девочек в слезах, в объятиях Ракели.

— Мне будет не хватать вас, девочки. — Ракель заглянула в глаза Мел и улыбнулась сквозь слезы. — Но вы правильно сделали, миссис Мел. Он — хороший человек.

Мел кивнула, не в силах произнести ни слова, потом поцеловала Ракель в щеку и посмотрела на двойняшек.

— Такси ждет нас. Почему бы вам не положить вещи на переднее сиденье?

Они выскочили из дома в зимних сапогах, теплых куртках, джинсах и с теплыми шарфами, и Мел подумала, что и с этим тоже покончено. Такая одежда по надобится, только если они поедут куда-нибудь кататься на лыжах.

— Ракель, — севшим от переживания голосом произнесла Мел, — помни, что мы любим тебя. Если тебе когда-нибудь понадобится наша помощь или ты захочешь переселиться в Лос-Анджелес…

Глаза у нее застилали слезы, и женщины обнялись.

— Вы будете счастливы там… все будет в порядке… не плачьте… — Но она тоже плакала. Они так много лет были вместе и вместе вырастили девочек. А теперь все кончилось Мел отказалась от всего ради новой жизни, даже от Ракели.

— Нам тоже будет так недоставать тебя.

Снаружи донесся призывный звук такси, и Мел в последний раз обняла Ракель и бросила взгляд на опустевший дом. Она закроет его окончательно в понедельник, а на следующий день в него въедут новые люди, и у него начнется новая жизнь. Они заново окрасят и оклеят обоями весь дом, переделают кухню, снесут некоторые стены. Она вздрогнула от этой мысли, и Ракель внимательно посмотрела на нее.

— Пойдемте, миссис Мел, пора. — Она осторожно взяла Мел за руку, и они вышли из дома. Мел обернулась, чтобы запереть входную дверь, чувствуя, как внутри у нее все напряглось. Но она сама захотела этого, теперь возврата нет.

Они постояли рядом на дорожке к дому; Ракель в новом пальто, которое они купили ей в качестве рождественского подарка. Мел также вручила ей чек на сумму, которая позволит ей прожить месяца два, и рекомендательное письмо для получения новой работы.

Мел открыла дверцу такси и села рядом с девочками.

Отъезжая, они махали руками и все трое плакали, а Ракель плакала и тоже махала им рукой, стоя под падающим снегом.

Приехав в гостиницу, девочки пришли в восторг от шикарного номера. Они заказали еду в номер, включили телевизор и принялись звонить своим друзьям. У Мел наконец появилось свободное время. Она позвонила Питеру по отдельному телефону в своей комнате.

— Здравствуй, любимый.

— У тебя грустный голос. С тобой все в порядке?

— Да, тяжело было прощаться с Ракелью и закрывать дом.

— Скоро ты будешь здесь, и все останется позади, Мел.