Джуд Деверо - Принцесса

Она подмигнула Арии и закрыла дверь.

Ария села на маленький кожаный диван и до боли стиснула руки. Она боялась, что если начнет плакать, то никогда не перестанет. Она заставила себя мысленно увидеть Ланконию в огне войны. Нет, она спасет свою страну от разрушения, спасет ее от гибели, даже если ей придется совершить этот ужасный поступок. К несчастью, она не могла при этом не помнить о насмешках лейтенанта Монтгомери, его грубости, о том, как он тащил ее, запихивал в свои лодки и машины.

Господи, разве можно выдрессировать такого человека на роль принца-консорта?!

Чем больше она думала, тем хуже ей становилось. И она молила Бога, чтобы ее дедушка понял, что толкнуло ее на такой кошмарный поступок.

Сутки спустя группа из шестерых мужчин, работавших над тем, что получило название «Ланкония Проджект», сократилась до четырех человек. Двое умоляли отпустить их, заявив, что у них есть совершенно неотложные дела, и, получив разрешение, быстро покинули комнату заседаний. Но на самом деле правда заключалась в другом – они уломали строптивую принцессу, но оказались совершенно не готовыми к безмозглому и непрошибаемому упрямству лейтенанта Монтгомери.

Глаза генерала Брукса были красными, а горло просто болело от бесконечных разговоров.

– Этот шельмец опять смеется над нами? Конгрессмен Смит был слишком зол и только кивнул.

– Что на этот раз? – спросил генерал Брукс хорошенькую военнослужащую из женской вспомогательной службы. Они пробовали использовать мужчин для урезонивания Монтгомери, а когда это не сработало, начали посылать женщин. Но результат был не лучше.

– Джей-Ти… то есть, лейтенант Монтгомери говорит, что сначала должны вынести смертный приговор, а уж потом он женится на принцессе. Когда я сказала ему, что он нужен из-за его родословной, он посоветовал нам предложить Ее Королевское Высочество одному из его братьев. Он еще добавил: может, они клюнут, потому что пока еще не видели эту… – она запнулась. – Дальше было непечатное…

– Его братьям? – Лицо генерала Брукса немного оживилось.

– Я уже проверил, сэр, – вмешавшись, сказал с готовностью молодой капитан. – Старший брат служит в разведке и так засекречен, что только президент и еще двое-трое знают, где он находится. Второй брат сейчас в госпитале. На прошлой неделе его ногу чуть ли не изрешетили пулеметной очередью. Третий брат женился на девушке-англичанке в прошлом месяце. Семья еще не знает об этом.

Лицо генерала Брукса стало кислым.

– А кузены?

– У нас нет времени! – рявкнул конгрессмен Смит, грохнув кулаком по столу. – Этот Монтгомери идеально подходит. Он американец настолько, насколько вообще можно быть, и у него рожа и фигура принца.

Он приподнял бровь, видя явное согласие с его словами в глазах женщин.

– Его показатель интеллекта – 143, и он богат. Согласно нашим сведениям, Ланкония еле сводит концы с концами. Деньги семейства Монтгомери поставят ее на ноги.

– И упрочат власть и авторитет Америки как могучего и доброго друга, – ввернул генерал Брукс. – Мы будем хозяевами этой страны.

Конгрессмен Смит сложил перед собой бумаги в стопку.

– Мы должны его уломать, но мы не можем ему угрожать. Мы рискуем потерять поддержку «Вобрук шиппинг»…

– И «Тайнан Миллз», и «Фентон-Таггерт Стил», – добавил капитан.

– И поэтому мы ему солжем. Тут все замерли и замолчали. Конгрессмен Смит продолжил:

– Он не выносит принцессу, так? Он смеется над идеей стать королем – так скажем ему, что этот брак – фикция, что он должен смотреть на него как на временное боевое задание. Он должен будет жить вместе с ней, научить ее быть американкой, отвезти ее в Ланконию, а потом она опять сядет на трон, а он сможет смыться.

– Но в Ланконии он обнаружит, что брак – настоящий, постоянный, и он должен стать королем? – недоуменно спросил генерал Брукс.

– Что-то в этом роде. Сейчас нам важно сделать то, что мы можем, чтобы заставить их пожениться. О последствиях побеспокоимся потом.

– А если принцесса нам все испортит? – спросил капитан.

Конгрессмен Смит фыркнул.

– Да она продаст душу дьяволу за свою страну. Она будет лгать ему или сделает что-нибудь еще ради своей Ланконии. У меня такое ощущение, что в ее планы не входит делать Монтгомери королем. Посмотрим, что он нам скажет на это. Ну что, пошли? Я не хочу давать ему время на размышления. Как долго он уже не спит?

Капитан взглянул на свои часы. – : Тридцать восемь часов.

– А еда?

– Он съел только сандвич и выпил стакан воды за последние двадцать два часа.

Конгрессмен кивнул.

– Пошли.

Ария обнаружила, что ей трудно скрыть свое изумление.

– Лейтенант Монтгомери не хочет жениться на наследной принцессе? Он не хочет быть мужем королевы?

Военнослужащая не собиралась рассказывать Арии ужасные вещи, которые говорил о ней Джей-Ти: что она вообще не человек, а кусок мрамора, что она ничего общего не имеет с женщиной и что он скорее влюбится в Венеру Милосскую, чем в нее. Вместо этого она объяснила, что они сделали, чтобы уговорить Джей-Ти жениться.

– Он уверен, что будет… как это называется?

– Развод – то есть аннулирование брака.

– Но особ королевской крови не позволено разлучать – что бы ни произошло. Наследная принцесса выходит замуж раз и навсегда.

Ария взглянула на портрет президента Рузвельта, висевший на стене. Она слишком хорошо помнила время, проведенное на острове вместе с этим необузданным, грубым и ничтожным мужчиной по имени Монтгомери. Ради своей страны ей пришлось согласиться выйти за него, согласиться провести с ним всю свою оставшуюся жизнь, а теперь он заявляет, что не хочет жениться на ней!

– Я не скажу ему, что мы будем женаты навсегда, – прошептала она.

– Боюсь, это еще не все.

Военнослужащая проклинала конгрессмена Смита за то, что он поручил это дело ей. Ей нравилась принцесса, нравились все, кто хотел сражаться за свою страну.

– Армия сняла вам двоим дом в Вирджинии, с лошадьми и дворецким, но лейтенант отказывается даже говорить о нем. Он говорит, что хочет вернуться на свою службу в Ки-Уэсте и вы должны жить с ним в обычном доме на одну семью… никаких слуг, никаких особых привилегий. И вы должны жить на его военное жалованье.

Военнослужащая знала, что никто не говорил Арии о его богатстве, и теперь, глядя на принцессу, она подумала, что Ария и понятия не имеет, чего требует от нее Джей-Ти. Она не могла представить себе эту элегантную женщину в фартуке возле горы грязной посуды.

– Он говорит, что если нужно учить вас быть американкой, это надо делать так, как положено.

– Лейтенант, очевидно, предъявляет много требований, не так ли?