Келли Орам - Девушка в сердце [litres]

Эрик снова поворачивается к окну и пожимает плечами. Его шея и кончики ушей краснеют от смущения.

– Ничего особенного, – бормочет он.

– Об этом не объявят до завтра, – говорит Кевин.

– Тогда откуда ты об этом знаешь?

Кевин злорадно ухмыляется Диего.

– Ну давай, Ди. – Он пихает Диего локтем. – Скажи ей, откуда ты знаешь.

Диего толкает Кевина в ответ.

– Чувак, заткнись.

– Что? – спрашиваю я, переводя взгляд с одного на другого. Эрик уже не прячет лицо и тоже усмехается, глядя на раскрасневшегося Диего.

– Девчонка, с которой Ди идет на выпускной, состоит в школьном совете. Она помогала подсчитать результаты голосования.

Я ничего не поняла.

– И что в этом смешного?

– О, совершенно ничего, – говорит Эрик, и они с Кевином прыскают со смеху.

– Да ладно вам. Скажите мне, в чем дело! – Этот саспенс меня просто убивает.

– Она девятиклассница , – выдает Кевин.

Мои брови подлетают наверх, а Эрик с Кевином разражаются смехом. Я с удивлением смотрю на смущенного Диего, стараясь не расхохотаться.

– Ты позвал на выпускной девятиклассницу? – У меня не получается удержаться от смеха.

– Я не знал! – восклицает он. – Мы вместе ходим в художественный класс, и она очень красивая.

Смех Кевина напоминает крики гиены.

– Ей пятнадцать!

– Недавно исполнилось , – добавляет Эрик.

– Она не выглядит на пятнадцать, – ворчит Диего.

– Расскажи об этом ее отцу, когда будешь забирать ее на выпускной, – подтрунивает Кевин.

Диего бледнеет, и мы взрываемся новым приступом смеха. Пока Кевин расписывает, какой срок Диего получит за совращение малолетней, я слегка подталкиваю Эрика локтем.

– Прости, что не перезвонила.

Эрик вздыхает.

– Ты же знаешь, что можешь поговорить со мной о чем угодно?

Я сглатываю ком вины, застрявший у меня в горле.

– Знаю. Прости. – Я кладу голову ему на плечо. – Мы больше не в ссоре?

Эрик обхватывает меня одной рукой и прижимает к себе.

– Конечно, нет.

Остаток недели проходит довольно спокойно. Больше никакой драмы. Правда, я гораздо чаще говорю с Джейсом и Марком. Мы даже сидим вместе за обедом и обсуждаем предстоящую вечеринку, которую с нетерпением ждет мой отец. Парни никак не комментируют моих новых друзей, но я вижу, что это приводит их в замешательство. Я стараюсь это игнорировать. Джейс с Марком очень милые, и я не перестану общаться с ними только из-за того, что это не нравится парням.

К воскресенью я превращаюсь в комок нервов. Мы с Джейсом и Марком легко нашли общий язык, и я надеюсь, что Лейла окажется такой же замечательной. Домофон у ворот звонит ровно в девять. Впустив Джейса и Лейлу, я выхожу им навстречу.

– Ух ты, – говорит Лейла. Она смотрит на раскинувшееся перед ней поместье в тосканском стиле, положив руку на грудь. – Твой дом великолепен .

– Эм, спасибо.

Но Лейла не дает мне шанса почувствовать себя неловко. Ее внимание быстро переключается на меня.

Она заключает меня в крепкие объятия, а затем сжимает мои руки. Весь благоговейный трепет исчез без следа, и на его месте осталось лишь бурлящее возбуждение.

– Ты готова? Я чуть не умерла, пока дожидалась выходных. Это будет потрясающий день.

– Лейла, – предупреждает Джейс.

Лейла отстраняется, но ее широкая улыбка никуда не исчезает.

– Мы можем посмотреть, что есть у тебя в шкафу?

Я смотрю на Джейса, и он поднимает руки, словно жертва ограбления.

– Не смотри на меня. Я здесь для моральной поддержки и вмешаюсь только в том случае, если Лейла перейдет все грани допустимого. Что касается всего остального, меня уже предупредили, чтобы я закрыл рот и не мешал вам делать свое дело.

– Ну хорошо. – Я пожимаю плечами, глядя на Лейлу. – Тогда идем.

Я делаю приглашающий жест, но Лейла хватает меня под руку и тянет вверх по ступенькам. Я бросаю удивленный взгляд на Джейса, но он только смеется.

– Эй, это ведь ты хотела научиться быть девушкой. – Он машет рукой в сторону Лейлы. – Судя по всему, обниматься, ходить под руку и гладить друг друга по волосам – неотъемлемая часть женской дружбы.

Я останавливаюсь в дверях и изумленно смотрю на Джейса.

– Гладить по волосам?

Он засовывает руки в карманы и кивает.

– Ну да. Поверь мне.

Лейла закатывает глаза и тащит меня в дом.

– Нет ничего плохого в том, чтобы открыто проявлять свою любовь к другому человеку. – Она сжимает мою руку. – Но это правда. Девушки гораздо более чувствительные, чем парни. Ты к этому привыкнешь. Если тебе вдруг станет некомфортно – сразу говори мне.

Я даже не знаю, что сказать. Удивительно, но ее присутствие в моем доме ни капли меня не раздражает. Возникает ощущение, что она искренне обо мне забоится, хоть это и кажется странным.

Парни лучше умрут, чем пройдутся по школе под руку друг с другом. Или даже со мной.

Лейла оглядывает фойе, и ее внимание привлекает люстра в центре полукруглой лестницы.

– Ох, вау. Прости, что я так глазею, но это просто невероятно.

Сделав глубокий вдох, я стараюсь перебороть свою собственную неловкость.

– Если хочешь, я могу устроить тебе экскурсию по дому.

Лейла еще раз смотрит на люстру и снова улыбается.

– Конечно, хочу, но чуть позже. Как пройти в твою комнату? Поскорее бы увидеть твой шкаф!

Я криво улыбаюсь Джейсу. Конечно, он упоминал, что его сестра совершенно неугомонна, но мне кажется, что это только начало. Я показываю на лестницу.

– Вон там, слева.

– Отлично.

Лейла тащит меня вверх по лестнице, пока Джейс тихо плетется за нами. Зайдя в мою комнату, она резко останавливается.

– Да ладно! Эта комната просто огромная! У тебя есть собственный балкон и камин? Только посмотри, сколько подушек на кровати! Они выглядят такими мягкими. Можно мне на них полежать?

Она говорит совершенно серьезно. Это слишком забавно, поэтому я только пожимаю плечами, совершенно забыв о всякой неловкости.

– Конечно.

Лейла бросается на кровать и пищит от восторга, утопая в пуховом одеяле. Ее уже почти не видно из-за нагромождения подушек.

– О боже, эта кровать просто потрясающая. Джейс, ты должен попробовать!

Джейс застенчиво улыбается.

– Прости. Ее поведению нет никакого оправдания.

– Да ладно тебе, Джейс.

Я смеюсь и поднимаю бровь, глядя на Джейса.

– Она говорит очень решительно. Думаю, тебе лучше послушаться.

Джейс издает страдальческий вздох, но, когда Лейла все-таки затягивает его на мою большую мягкую кровать, его губы расплываются в трогательной улыбке.

– Потрясающе, правда? – спрашивает она, подпрыгивая на месте.

Джейс закатывает глаза.

– Да, кровать очень мягкая. Мы уже закончили изображать идиотов?