Ава Рид - Безумно

– Вашингтон. На следующей неделе. Это самое позднее, – у него низкий голос с властными и злобными нотками. – Ты понял?

– Я подумаю об этом, – отвечает Мэйсон.

Я не иду дальше, просто стою посреди прохода, хотя понимаю, что это неправильно. Но куда мне деться? Просто шагать вперед и протискиваться в дверь мимо них? Или вернуться к лифту, спуститься, а затем еще раз подняться наверх и притвориться, что я дура?

– Жду твоего решения к завтрашнему вечеру, на этот раз я больше не буду гоняться за тобой.

Незнакомец поворачивается, направляется ко мне, и я изучаю его черты. Ухоженный, лет пятидесяти, каштановые волосы с проседью. Он пронзительно смотрит на меня. И этот взгляд мне знаком…

Я отхожу в сторону, прижимаюсь к стене и жду, пока он пройдет мимо меня, а двери лифта закроются за его спиной.

Мэйсон находится на другом конце лестничной клетки. Он наблюдает за мной, и впервые мне рядом с ним некомфортно. Я во что-то вляпалась и понятия не имею во что. Но, кажется, то немногое, что я услышала, на самом деле таит в себе очень многое.

Мэйсон не отступает, когда я приближаюсь к нему. Его плечи напряжены, вся его поза какая-то стесненная. Сегодня я не слышу от него подколок. И не вижу его ухмылки. И взгляд у него не такой, как обычно…

– С тобой все в порядке?

Я серьезно. Мне хочется узнать. И не для того, чтобы над ним посмеяться или подразнить его.

– Подслушивать – твое новое хобби?

Я чуть не вздрогнула от неожиданно резкого и холодного тона.

– Что, прости? – недоумевающе переспрашиваю я. Поздравляю, Мэйсон, я волновалась ровно за две с половиной секунды до того, как ты облажался.

– А что ты услышала?

Я не отвечаю на его вопрос.

– Если ты не хочешь, чтобы твои разговоры кто-либо услышал, не веди их в коридоре. Так что не вешай вину на меня – за что бы то ни было.

– Энди еще спит.

– Не беспокойся, я найду, чем себя занять, пока она не проснется. Или ты намекаешь, чтобы я ушла? Говори, не стесняйся, Мэйсон.

Мы стоим почти нос к носу, и я так злюсь на него! Как он может меня обвинять из-за того, что у него тут с кем-то сомнительные разговоры? В коридоре. С кем-то, кто по-настоящему похож на него и…

– Это был твой отец? – бормочу я гораздо снисходительнее, чем чувствую себя сейчас, и на мгновение на лице Мэйсона появляется изумление, прежде чем он наконец отступает и освобождает проход.

– Энди в своей комнате. – Он пытается развернуться и уйти, но я подскакиваю к нему.

– Мэйс, черт возьми. Поговори со мной, – требую я, цедя сквозь зубы. – Что случилось? Это был твой отец. У тебя проблемы?

Я почти ничего не знаю о его семье. Только то, что его отец – магнат бизнеса и недвижимости и связан с высшим обществом страны. Это все. Я никогда не интересовалась. До сих пор.

– Что будет на следующей неделе и о чем ты подумаешь?

– Значит, подслушала.

– Черт возьми, нет! Я случайно как раз в это время вышла из лифта, ясно? И теперь я волнуюсь.

Я действительно беспокоюсь, хотя и не знаю, почему.

Мэйс коротко, даже холодно смеется. Он потирает рукой грудь, как будто у него заболело сердце.

– Ты никогда не волновалась за меня. Не нужно начинать сегодня.

Я безмолвно стою и смотрю на него. На этого мужчину передо мной, которого я не узнаю. Во рту становится очень сухо, а в груди – тесно.

– Пожалуйста, – добавляю я и мысленно проклинаю себя за это.

На мгновение я верю, что он ответит мне или снова превратится в человека, которого я знаю. Но этого не происходит. Не говоря ни слова, не взглянув на меня, он отворачивается и уходит.

– Ну и кто сейчас боится, Мэйс? – шепчу я, и я знаю, что он услышал. Я прекрасно понимаю, что он меня понял. Он замирает и останавливается, совсем ненадолго, но этого достаточно. Да, более чем достаточно…

Затем Мэйс исчезает в своей комнате, и мне каким-то образом удается наконец закрыть входную дверь.

Задумавшись, я иду к комнате Энди и прохожу мимо Купера, который работает в этот момент над одним из своих рисунков.

– Привет, Джун.

Я несколько раз молча хлопаю глазами и реагирую с опозданием:

– Привет.

Я смотрю себе под ноги. Черт, я забыла снять обувь.

– Отец Мэйсона еще здесь?

Так, значит, я была права. Чувствуя подступающий комок в горле, я просто качаю головой и иду дальше, слыша, как шуршит кресло-мешок под Купером, который что-то невнятно напевает.

Мне все равно. Я не хочу ничего знать.

Когда я оказываюсь в комнате Энди, Носок радостно спрыгивает с кровати и приветствует меня, виляя хвостом. Энди действительно все еще крепко спит. Я завидую этой ее способности – так можно меньше беспокоиться.

Вздохнув, я падаю на ее пушистый ковер, снимаю туфли и чешу Носка за ушами.

Я с нетерпением ждала отличного вечера с моей лучшей подругой, чего-то веселого и расслабленного. Раунд «Эрудита» с несуществующими словечками, которые сводят Энди с ума. Немного подшучивания над Купером и Диланом – кстати, я не знаю, вернулся ли он из отпуска, который проводил дома.

И, может быть, я также с нетерпением ждала небольшого обмена подколами с Мэйсом… безобидно и дружелюбно… А теперь у меня есть мешок попкорна, спящая Энди, и я больше не хочу играть в свою любимую игру.

Может, мне пойти домой и дать Энди поспать? Буду держаться подальше от Мэйсона. Достаточно того, что завтра мы, наверное, увидимся на работе. Завтра, послезавтра и в другие дни.

Голова болит, мысли кружатся, как сумасшедшие.

Да, лучше я пойду. Я как будто внезапно оказалась здесь не к месту. Несмотря на то что Мэйс находится далеко от меня, в другой комнате, я чувствую себя неудобно. Как будто я мешаю. В любом случае Энди сейчас не может наслаждаться вечером со мной, а я хочу побыть одна.

Я глажу Носка в последний раз перед тем, как встать, натягиваю туфли и кладу попкорн на стол Энди. Я выхожу из комнаты как можно тише, крадусь по коридору, потом через гостиную и выхожу из квартиры.

Пишу Энди по дороге в общежитие, она увидит сообщение, как только проснется.

Привет, соня. Твой попкорн на столе, я не хотела тебя будить. Отдыхай, увидимся завтра на работе. Сыграть в «Эрудита» мы еще успеем.

Отправлено. Я бы хотела написать ей больше, поговорить с ней о том, что только что произошло – и в то же время я этого не хочу. Я не должна больше об этом беспокоиться. Мэйсон взрослый человек, это его отец, это его дело, а не мое. Это не мое дело. А что касается этого свидания… Я отбрасываю надоедливую прядь волос с лица. Даже если он выиграет пари, в этом нет никакой трагедии. Я схожу с ним на это дурацкое свидание, и после этого мы уладим данный вопрос раз и навсегда.

На самом деле повода для размышлений нет.

Все хорошо.

– Звучит как-то странно. – Энди скрещивает руки на груди, скривив лицо.