Ава Харрисон - Трансфер (ЛП)

— На самом деле ты не умираешь, мама. Но, если продолжишь принимать подряд все лекарства, то действительно можешь.

— Я. Я действительно могу.

Она не в том душевном состоянии, чтобы понять, что происходит. Она сильно дрожит, пока я поднимаю ее на ноги и веду к постели. Качаясь из стороны в сторону, мы добираемся до спальни.

К тому времени, как на часах оказывается шесть вечера, я полностью истощена. В напряжении провожу весь день, ухаживая за своей матерью. Я хочу лечь спать, залезть под одеяло и спрятаться от всего мира. Когда она больна, она словно высасывает жизнь из меня.

Так же сильно, как меня манит моя кровать, меня привлекает идея пропустить на ночь стаканчик. Я не большой любитель выпивки, но в моей голове возникают тревожные мысли. Мысли, которые пророчат, что я могу получить сердечный приступ из-за бешено стучащего сердца, или сойду с ума от своих кошмаров. Я становлюсь похожа на свою мать.

Дрожащей рукой я наношу свежий слой помады и пробегаю расческой по волосам. Я понимаю, что это ничего не изменит, но, возможно, заглушит страх внутри меня, и сейчас это вполне достаточный аргумент, чтобы заставить себя выйти из квартиры для того, чтобы выпить.

Бар «Уголок» расположен на углу Тридцать третьей и Третьей, отсюда и название. И такое расположение рядом с домом очень кстати, когда ты пытаешься успокоить свои ночные кошмары.

Я вхожу и вижу разнообразие деловых костюмов и множество студентов. Атмосфера соответствующая, то, что мне больше всего нравится в этом районе. Здоровый микс. Я живу здесь чуть больше двух лет, и здесь найдется все, что хотела бы пожелать недавняя выпускница колледжа. Плюс, когда я переехала сюда, то решила что оставляю плохие воспоминания в прошлом. В этом месте я сразу чувствую себя легче, находясь вдали от постоянной болезни моей мамы, которая вечно обрушивается на мою голову.

Если я остаюсь с ней чуть дольше, это вызывает воспоминания о прежней жизни, словно это было вчера.

— Ты здесь!

Я вошла в квартиру, мою новую квартиру, и Сидни завизжала.

— Я так взволнована. Проходи, давай я покажу тебе твою комнату. А после мы сможем что-нибудь перекусить.

— Показывай дорогу.

Я широко улыбнулась. Мне тоже хотелось прыгать от радости, но я побоялась, что она посчитает меня сумасшедшей. Вместе мы прошли через гостиную, и Сидни толкнула дверь. Комната была абсолютно пустой, кроме кровати, расположенной рядом с большим окном.

— Я знаю, что она маленькая, и скорее похожа на чулан, полный отстой, но…

В какой-то момент я перестала слушать, что говорит моя подруга.

— Все идеально.

Неважно, насколько маленькой была эта комната. Это будет мое личное пространство.

— Серьезно?

— Это больше, чем идеально, — воскликнула я, и в этот раз позволила себе гораздо больше эмоций.

— Да! Разве это не здорово?

— Лучше и быть не может.

Забавно, как быстро все изменилось за последние годы. Тогда я наслаждалась каждую ночь, что могу спать в своей новой кровати. Теперь, я боялась того, что мог принести мне сон. В этом и состоит ирония. Но множество проблем, которые появляются благодаря моей матери, начинают меня доставать. Покачав головой, я направляюсь в бар, в след за мужчинами в идеальных костюмах-тройках. Выпивка позволит снять напряжение.

Утопит страх.

Принесет мне умиротворение.

Увидев свободное место в баре, я сажусь. В сумочке вибрирует мой телефон, вынимаю его и вижу новое смс.

Сидни: Ты где?

Я: Решила пропустить стаканчик в «Уголке».

Сидни: Я буду там в пять.

Милый бармен, которому уже хорошо за двадцать, со светлыми, взлохмаченными волосами, посылает мне озорную ухмылку.

— Что я могу сделать для тебя, сладенькая? — спрашивает он с южным акцентом, который такой же приторный, как и его внешний вид.

— Стопку текилы, — кричу я сквозь громкую музыку, переполняющую пространство. Через несколько секунд я возвращаюсь из своих блуждающих мыслей, глядя на маленький шот, появившийся предо мной на деревянной барной стойке.

— Двадцать баксов.

Я поднимаю на него глаза. Он сказал двадцать баксов?

— За шот текилы?

На его лице появляется ехидная улыбка:

— Да.

— В таком случае, это должна быть лучшая текила, которую я когда-либо пробовала.

На что он смеется.

— О, да, она такой и будет, — он снова ухмыляется, а я подношу выпивку к моему рту, подмигиваю и глотаю огненную жидкость. Этот красавчик улыбается и поднимает брови.

— Повторить?

— Следи, чтоб стакан не пустел, — теперь уже я ухмыляюсь, когда через пару секунд подношу ко рту новую стопку.

Вторая порция обжигает меньше, чем первая, отчего я чувствую, как в моем животе разливается тепло.

— Эй, там, убийца. Полегче с шотами. Сколько их уже было?

Я смотрю через плечо, вижу Сидни, стоящую позади меня. Её брови нахмурены, губы плотно сжаты.

— Только два, но кто будет их считать?

— Вот ты и будешь. Завтра ты возвращаешься на работу или забыла?

— Я бы хотела.

Я машу рукой, чтобы привлечь внимание бармена.

— Еще одну.

— Ева, ты должна остановиться.

Она подходит ближе, положив свою руку на мою, чтобы попытаться остановить меня.

— Я не хочу, — раздраженно говорю я.

— Ева, что с тобой происходит?

Повернув голову, я поднимаю на нее бровь.

— Что ты имеешь в виду? Разве девушка не может пойти в бар и выпить?

— Мы знакомы больше двух с половиной лет, почти столько же живем вместе, и ты никогда не вела себя как любительница выпивки. Конечно, признаю, мы пили коктейли, но и то после работы, а не ходили в бар, чтобы пропустить стаканчик на сон грядущий. Какая тебе после этого работа на утро? Ну, это совсем на тебя не похоже. Я имею в виду, я все понимаю, но...

Я закрываю глаза и выдавливаю стон.

— Я просто хочу спать, Сид. Сегодня я снова навещала маму, и это было ещё хуже, чем обычно. Ей было очень плохо. После визита к ней, я не хочу думать о том, что у меня снова будет очередная бессонная ночь, или еще хуже...

Я останавливаю себя вовремя, чтобы не наговорить лишнего, что я пытаюсь таким образом заглушить голоса и не увязнуть в очередном ночном кошмаре. Она не сможет понять этого.

Сидни протягивает руку и берет мою. В ее глазах забота, как будто она слышит слова, которые я не озвучиваю.

— Алкоголь не избавит тебя от кошмаров, детка. Думаю, что пришло время обратиться к кому-нибудь.

— Может быть, — шепчу я.

И все равно ищу взглядом бармена, поднимаю руку, чтобы подать знак, что я хочу продолжить.