Лорен Донер - Даркнесс (ЛП)

Фьюри снова замялся.

— Дай мне знать, нужна ли будет помощь, в случае если все это выйдет боком.

— Что ты имеешь в виду?

— Может быть, она здесь для того, чтобы навредить нам. Ты можешь заколебаться в выборе, если она тебя так сильно привлекает. Я говорю это потому, что я здесь, с тобой, и предлагаю помощь, если вдруг ты окажешься в беде. Для этого и нужна семья.

— У меня нет семьи.

— Черт возьми, — прорычал Фьюри. — Ты когда-то помог спасти мою жизнь. Почему обязательно отрицать наше родство? Я снова должен оказаться при смерти, чтобы ты признал меня членом семьи?

— Мне нужно идти. Что-нибудь еще?

— Я бы посоветовал почаще оглядываться, но ты и так всегда начеку. Просто дай мне знать, если будет нужна помощь. Любая помощь, Даркнесс. Я в любом случае поддержу тебя.

— Спасибо, — он повесил трубку и положил телефон на край кровати.

В нем проснулось чувство вины, но он затолкал его обратно. Фьюри — хороший самец, но Даркнесс не хотел с ним близких отношений, даже несмотря на их общую человеческую ДНК. Он усвоил урок и не желал больше терять кого-то, о ком он переживает.

Даркнесс откинулся на спинку стула и расслабился, наблюдая как Кэт взяла пижаму и скрылась в ванной. Новый Вид нашел забавным то, что она пошла в ванную, чтобы переодеться. Наслаждение ситуацией исчезло, когда он подумал, что, возможно, она в курсе скрытых камер. Кэт вышла из ванной через несколько минут, откинула одеяло и залезла в кровать.

Девушка была такой маленькой, что, когда свернулась на одной стороне кровати в позе эмбриона, потерялась на большом матрасе. Странно, что она оставила свет включенным. Мужчина взглянул на часы. Кэт легла спать раньше, чем он ожидал.

Даркнесс подождал до тех пор, пока не был уверен, что подозреваемая спит, только после этого передал управление камерами обратно службе безопасности и встал. Слишком велик был соблазн снова влезть в дом и присоединиться к ней в кровати. Избыток энергии толкнул его на то, чтобы переодеться и выйти из дома через двери патио. Мужчина не смог устоять и кинул еще один взгляд на дом соседки.

— Проклятье.

Не было смысла отрицать из-за чего он такой нервный. Заставив себя отвести взгляд от окна спальни Кэт, Даркнесс перепрыгнул через стену и сорвался на бег. Новому Виду нужно было избавиться от сексуального напряжения или он закончит то, что начал в комнате для допросов.

Кэт обрадовалась, когда более пяти дюжин новых видов заполнили бар. Явилось больше народу, чем она рассчитывала. Они заполнили столы вдоль танцпола и в секции возле бара. Некоторые даже стояли у стен. Она улыбнулась и заговорила громче, чтобы быть уверенной, что каждый сможет ее услышать.

Их заинтересовала ее имитация «места убийства» с «телом», которое она сделала из подушек, одеяла и нескольких ремней. Она хотела привести пример на манекене, но не смогла раздобыть его в срок. Поэтому запланированное ограбление пошло не по плану. Было весело показывать им, как вести себя на месте преступления и как собирать доказательства.

– Есть вопросы?

– Почему люди воруют друг у друга? – спросила женщина за соседним столиком.

Вопрос запутал Кэт.

– Почему?

– Им не понятна жадность.

Кэт повернулась, вздрогнув от голоса Даркнесса. Он вышел из тени за сценой и смотрел на нее. Он надел рубашку синего цвета, джинсы и пару черных ботинок. Его загорелые руки были на виду. Выглядел он хорошо. Их глаза встретились, и он нахмурился.

Он отправился на танцпол, где стояла она, и обратился к ней и классу.

– Мы ценим вещи, которые есть у нас сейчас и которых не было у нас раньше. Некоторые люди глубоко ущербные и жаждут то, что есть у других. Они будут грабить и убивать, чтобы взять то, что хотят. Кто-то делает это по причине отсутствия морали или гордости, для других это своеобразный спорт, а некоторые стали зависимы от краж. Во внешнем мире деньги решают многое, поэтому некоторые воруют деньги, забирая у других.

– О, – женщина кивнула. – Понимаю. Это печально.

– Да, это так, – Даркнесс повернулся и уставился на Кэт.

Она молчала, пока не заговорила другая женщина.

– Это правда, что некоторые самцы наносят вред своим женщинам и даже иногда убивают их?

Кэт повернулась к динамику.

– Да. Домашнее насилие, к сожалению, является привычным преступлением.

– Почему? – спросил мужчина. – Самцы превосходят по силе, и нет чести в причинении вреда женщинам. Они должны их защищать.

– Они должны убить мужчину, если он атакует, – сказала одна из женщин в углу. – Почему бы вашим женщинам не оказать сопротивление и не поставить мужчин на место? Я бы так и сделала, если хоть один попробовал ударить меня.

Таких вопросов Кэт не ожидала.

– Люди отличаются от нас, – заявил Даркнесс. – Люди верят, что мужчины и женщины полностью равны, – он хмыкнул. – Они не ценят различия и не признают физические ограничения.

Парень в баре фыркнул.

– Равны? Мужчины физически сильнее, а женщины лучше разбираются в тактической стратегии. У каждого из нас свои сильные стороны, но мы не равны.

Одна из женщин засмеялась. – Значит, вы, мужчины, импульсивны и должны воевать, а мы сидеть и разрабатывать план действий.

Он рассмеялся. – Точно. – Это ваше преимущество.

– Не забывай о сексе, – добавила еще одна женщина и усмехнулась. – У нас есть преимущество и там, – она встала и провела рукой по своему телу. – У нас есть то, что вы хотите.

Их дискуссию нарушил вой где-то за спиной, и Кэт был поражена этим звериным звуком.

Даркнесса позабавила ее реакция. – Он согласился с ней, – он повернулся лицом к классу. – У нас тут лекция о поиске улик, а не о человеческой природе. Мы привезли ее в Хоумленд именно для таких тем. Люди несовершенны и их уровень преступности высок. Просто поймите, что мы слишком разные.

Кэт возмутилась от его слов. – Не все люди совершают преступления.

– Не все, но многие из них, – он пожал плечами. – Давайте пообедаем. Занятие окончено.

Ее ошеломило, что ей дали так мало времени. А также это разозлило ее. Ее ученики стали говорить между собой, а она протянула руку, чтобы схватить Даркнесса. Он посмотрел на ее пальцы на его предплечье, а затем встретил ее взгляд.

– Мы можем поговорить? – она жаждала объяснений, почему он вмешался в ее лекцию.

– Можем, – он кивнул на сцену. – Только там, если, конечно, ты не хочешь, чтобы нас все услышали.

Она выпустила его, и они прошли за сцену. Он последовал за ней, и, как только их разговор стал достаточно приватным, она набросилась на него. – Что это было?

– Я спасаю твою задницу. Неужели ты думала, что они не зададут вопрос, почему человек может ограбить другого человека из-за чего-то столь мелочного, как кошелек, когда сочиняла свою лекцию?