Алеата Ромиг - Предательство

— Нет, они знают имя Чарли́ . И я уверена, они уже думают, что у тебя был сумасшедший звериный секс каждый раз, когда ты выходила из номера.

— Звериный? Я думала, ты говорила «животный».

Она рассмеялась.

— Ну, он и так, и так дикий.

Она поцеловала меня в щеку, когда мы вышли в коридор.

— Позволь себе подумать об этом, и спорим, что ты не вернешься домой сегодня вечером.

Рано вечером я подмигнула Челси, поправляя черную шелковую ткань моего платья.

— Я не могу поверить, что на самом деле делаю это.

— Для кого ты это делаешь?

Я повернулась к ней и получила силу от искорок в её ореховых глазах.

— Для себя.

Её улыбка стала шире:

— Правильный ответ!

— Я не уверена, что даже скажу ему.

— Куда, ты сказала, он ведет тебя? Я имею в виду, он отвел тебя на то место на крыше прошлой ночью в Пасифике?

Я кивнула, как легкомысленный подросток.

— На курорте есть водитель для нас и ох… Место было великолепным. Вид потрясающий. Сегодня он сказал, что у него есть машина, и мы собираемся до шоссе 101 к Ошенсайд.

Её глаза были широко раскрыты.

— Чарли́ может и не потрахается, но хорошо поест.

— Сегодня «333 Пасифик», — я понизила голос, — Я погуглила. Поэтому и купила это новое платье.

Челси скрестила руки и осмотрела меня с головы до ног.

— И так же ты поразительна в нем. Ты прекрасно выглядишь. Помни, что я сказала. Чарли́ проделала длинный путь, но ты все еще не Челси. Разве не таков был план?

Я глубоко вдохнула, и плотно прилегающий лиф платья натянулся на моей груди. Лишь на тонких бретельках, это платье акцентировало мои изгибы и только размер груди удерживал его от падения. Легкая ткань спускалась чуть выше колен.

Неделя отдыха у бассейна превратила мой обычно бледный цвет лица в красивый золотисто-коричневый. Несмотря на то, что мои волосы были рыжего цвета, темно-коричневый со стороны моей матери преобладал, давая мне бонус ярких волос без склонности к веснушкам и солнечным ожогам. До тех пор, пока я была верна своей шляпе и солнцезащитному крему, солнце и я хорошо уживались.

— Я бы сказала больше Челси в Чарли́, чем в Алекс, но это не так просто…

Она обняла меня.

— Делай, что хочешь. Это твой отпуск. Я просто счастлива, видя эту непроходящую улыбку на твоем лице. Иди… Не опоздай к мистеру Красивому.

— Мы знаем его имя — Нокс.

— Да, но не его фамилию. Я назвала его Нокс Высокий-Темный-и-Красивый, мистер Красивый для краткости.

Я рассмеялась. Было много имен, но для кого-то, у кого было четыре имени, шесть, если я включаю Алекс и Чарли́, Нокс Высокий-Темный-и-Красивый не что-то за гранью возможного.

Через несколько минут я вошла в передний холл курортного здания и направилась к большому стеклянному входу. У меня перехватило дыхание, когда мистер Красивый попал в поле моего зрения. Недолго думая, я просканировала его с головы до ног. Каждый раз, когда я смотрела на Нокса издалека, я задавалась вопросом, что же было такого, что он видел во мне и почему он не встречался с кем-нибудь еще. Мужчина был ходячим сексом, и в течение еще нескольких дней он будет только моим. То, как его серый костюм идеально сидел во всех нужных местах, заставляло одни мои местечки затвердевать, а другие плавиться. Он разговаривал с одним из сотрудников гостиницы. Когда я приблизилась, то сконцентрировалась на моих шагах по блестящему полу, но уголком глаза, я увидела, как работник кивнул в мою сторону и Нокс обернулся.

Любое подобие хладнокровия, которое я хранила, уплыло в мгновение ока. Почти в пятидесяти футах от него, его голубые глаза выпили меня — поглотили целиком. Я стала добычей льва, которого я представляла, когда он зарычал. Моментально уголок его губы приподнялся, превращая губы в однобокую улыбку. Его одобрительное выражение лица наполнило меня уверенностью, необходимой для движения вперед.

Сотрудник «Дель-Мара» растворился в тумане, как и все остальные. Нокс и я были единственными людьми на земле. Я видела, как это происходит со спецэффектами в фильмах. Все, кроме главных персонажей, не в фокусе. Когда я остановилась перед единственным человеком в вестибюле, я умоляла свое сердце замедлить его панический бег.

Подняв мою руку, Нокс коснулся полными губами моих костяшек.

— Ты сногсшибательна.

До того, как я смогла ответить, он повернулся к сотруднику, который снова появился.

— Ты согласен со мной, Фергюсон? Моя пара — самая красивая женщина, которую ты видел.

— Сэр, вы везунчик.

Взяв меня под руку, Нокс повел нас к дверям.

— Везение, — он ответил Фергюсону, прежде чем мы ушли, — не имеет ничего общего с этим. Главное знать, что ты хочешь.

— Да, сэр. Хорошего вам вечера и вам тоже, мисс Мур.

— Спасибо, — смогла сказать я.

Сомкнутые губы Нокса приподнялись, обнажая белые зубы в яркой улыбке. Хотя он все еще разговаривал с Фергюсоном, его глаза были устремлены только ко мне.

— О, мы хорошо его проведем. Хорошо.

Я собиралась спросить о наших планах, собирались ли мы куда-нибудь еще, кроме ресторана в Ошенсайд, когда Нокс остановился перед черным Порше Бокстер с откидным верхом.

— Ваша карета на этот вечер, моя леди.

— Серьезно? Ты будешь за рулем? Я подумала, когда ты сказал о машине…

— Ты расстроена?

— Нет, — честно ответила я. — Вовсе нет. Это отличная машина.

Открывая пассажирскую дверь и помогая мне сесть, он ответил:

— Она взята в аренду, но мне нравится водить машину. — После того, как он устроился на водительском сиденье, то произнес, — Я мог бы нанять водителя завтра вечером, если ты хочешь.

— Мне так больше нравится.

— Отлично.

Он положил руку на моё колено.

— Я хочу тебя всю для себя.

Я не смогла сдержать улыбку, пока застегивала мой ремень безопасности. Когда мы выехали из-под навеса, вечернее солнце захлестнуло нас. Мы поехали по извилистой дороге от отеля. Так как я решила оставить свои волосы распущенными, я поискала в сумке и нашла резинку, и завязала рыжевато-каштановые волны в низкий хвост.

Я не хотела сделать просто приятное Ноксу, когда сказала, что предпочитаю его вождение. Я терпеть не могу лимузины. Они напоминали мне об Алтоне. Саванна не так уж велика. Там не было никаких причин, чтобы Алтона Фицджеральда довозили до работы каждый день, или чтобы его и мою мать подвозили к ужину. Это просто была его показуха.

Когда мы направились на север, я впитывала захватывающие пейзажи вдоль шоссе 101. Благодаря открытой крыше я могла осматриваться в любом направлении. Со стороны Нокса Тихий океан блестел призмами света, пока солнце погружалось все ниже. На протяжении всей поездки, говорили ли мы об океане или небе, или просто наслаждались порывами ветра вокруг Бокстера, Нокс держал меня за руку или за колено.