Колин Гувер - Эта девушка

– Ребята, ну-ка идите к Келу и скажите Джулии, что вы приехали, – бросаю я мальчикам, не глядя в их сторону.

Мальчики не двигаются с места, таращась на Лейк.

– А ну быстро! – прикрикиваю я на них.

На этот раз дважды повторять не приходится, и они быстро исчезают за дверью.

Я медленно подхожу к дивану и сажусь, боясь что-то говорить ей. С ней что-то не так. Она как будто… как будто пьяная.

– Слушай, ты же учитель! – подмигивает мне она. – А ну-ка, подскажи мне: «Суп из печеного картофеля» надо положить в категорию «Супы» или «Картофель»?

Какого черта тут происходит? Она отрицает очевидное. Напрочь отрицает.

– Перестань, – без тени улыбки говорю я.

Не знаю, что у них с мамой сегодня произошло, но она не должна так себя вести. Ей нужно посмотреть правде в глаза.

– Да не могу я, дурачок! Я уже почти закончила. Если не разберу до конца, то ты ни за что не сможешь найти… ну, например «Курицу по-ямайски»! – заявляет она, поднимая с пола наугад одну из карточек.

Оглядевшись, я замечаю, что все DVD-диски аккуратно сложены перед телевизором. Встаю, медленно иду в кухню и провожу инспекцию: черт, она до блеска отмыла все рабочие поверхности! Я как чувствовал, что не надо ее сегодня оставлять одну! Господи, бьюсь об заклад, она сделала генеральную уборку во всем доме, а к маме даже не ходила! Иду в спальню: постель аккуратно заправлена. Не просто аккуратно, а идеально! В нерешительности замираю перед шкафом с одеждой, боясь открыть его. Она расставила по местам всю обувь. Рубашки висят справа, брюки слева. Вся одежда развешана по цветам – от светлых к темным.

Она развесила по цветам мою одежду?! Дальше даже и смотреть не хочу! Слов нет, что она сделала с этим домом! Думаю, от нее не укрылось ничего!

Черт! Я кидаюсь к тумбочке и открываю ящик, достаю книгу, открываю, но чек за ее шоколадное молоко, кажется, на месте. Я с облегчением вздыхаю – слава богу, она его не нашла! – и кладу книгу на место. Вот это было бы крайне неприятно, она вогнала бы меня в краску!

Возвращаюсь в гостиную, по дороге замечая, как безупречно вылизан весь дом. Она потратила на это чертову уйму времени, а значит, с мамой так и не поговорила!

– Ты что, развесила мою одежду по цветам? – сердито спрашиваю я, стоя в коридоре.

Лейк пожимает плечами и улыбается, как будто все в порядке вещей:

– Да это было несложно, не переживай. У тебя же рубашки всего трех цветов.

Она хихикает, заставляя меня поморщиться.

Хватит! Отрицание очевидного не идет ей на пользу и уж точно не пойдет на пользу Келу, когда Джулия расскажет ему. Я быстро подхожу к ней и наклоняюсь за карточками. Нам надо сесть и серьезно поговорить.

– Уилл, перестань! Знаешь, сколько у меня на это времени ушло!

Она вцепляется в карточки, не давая мне забрать их. Я понимаю, что настаивать бесполезно, поэтому выпускаю карточки из рук и пытаюсь поднять Лейк с пола. Мне нужно, чтобы она посмотрела мне в глаза и пришла в себя.

Но этого не происходит. Мало того, она бросается в драку, пинает меня ногами. Ведет себя как непослушный ребенок!

– Отпусти! Отпусти! Я еще не закончила!

Я отпускаю ее руки – сама напросилась! – и она падает на пол. Я иду в кухню, беру из-под раковины пустой кувшин и наполняю его водой. Знаю, что пожалею об этом, но надо же как-то вывести ее из этого состояния. Когда я возвращаюсь в гостиную, она не удостаивает меня даже взглядом. Я переворачиваю кувшин прямо у нее над головой.

– Какого черта?!! – кричит она, от неожиданности взмахивая руками, и смотрит на меня с неподдельной ненавистью.

Лейк вскакивает на ноги, бросается на меня и пытается ударить. Возможно, идея с кувшином была не самой удачной… Или просто воды оказалось маловато?

Я хватаю ее за руку и выкручиваю, заводя за спину, а потом насильно веду в сторону ванной. Мы заходим внутрь, я обнимаю ее и отрываю от земли. Она просто не оставляет мне выбора. Пытается отбиваться, и иногда ей это даже удается! Одной рукой я прижимаю ее к стене душевой кабинки, а другой – открываю воду. Струи воды начинают хлестать ей в лицо…

– Идиот! Придурок! Урод! – захлебываясь, вопит она.

– Вставай под душ, Лейкен! – приказываю я, делая воду потеплее. – Вставай под душ, мать твою!

Я выпускаю Лейк из своей хватки и пячусь назад. Закрываю за собой дверь и придерживаю ее снаружи, на случай если пленница попытается сбежать. Она, конечно же, пытается: стучит в дверь, дергает за ручку…

– Уилл, а ну выпусти меня! – доносятся до меня ее вопли. – Немедленно!

– Послушай, Лейкен, я тебя выпущу только после того, как ты разденешься, встанешь под душ, вымоешь голову и успокоишься, – невозмутимо говорю я, не выпуская дверную ручку, и минуту спустя слышу звук задергивающейся занавески. Убедившись, что она больше не попытается выйти, я обуваюсь и перехожу через дорогу, чтобы взять для Лейкен одежду.

– С ней все в порядке? – спрашивает Джулия, едва открыв дверь, и делает едва заметный жест, означающий, что Кел и Колдер стоят за ее спиной и слышат наш разговор.

– Слишком уж в порядке, – шепчу я. – Она себя очень странно ведет. Вы с ней хоть поговорили?

Джулия кивает, но не сообщает подробности – боится, что Кел может что-нибудь услышать.

– Она в душе. Я зашел взять ей что-нибудь из одежды, – объясняю я, закрывая тему.

– Зайди к ней в комнату, – кивает Джулия, направляясь в сторону кухни. – Последняя дверь справа. А то я посуду мою.

Она отворачивается к раковине, а я стою в нерешительности. Мне как-то неловко заходить к Лейк в комнату.

Пройдя по коридору, я медленно открываю дверь. Не знаю, чего я ожидал, – возможно, что увижу типичную комнату подростка, но меня приятно удивляет отсутствие постеров на стенах и ультрафиолетовых ламп на потолке. Комната выглядит на удивление по-взрослому для восемнадцатилетней девушки. Подойдя к комоду, я открываю верхний ящик, достаю оттуда майку. Потом открываю следующий ящик в поисках брюк, но натыкаюсь на кучу лифчиков и трусиков. Мне как-то не по себе оттого, что я нахожусь в комнате Лейк без ее ведома. Уговариваю себя просто взять чистое белье и закрыть ящик, но вместо этого начинаю рассматривать содержимое, представляя, как выглядит на ней все это нижнее белье.

«Черт побери, Уилл!» – одергиваю я себя, хватаю первое попавшееся под руку белье, захлопываю ящик, а потом ищу пижамные штаны. В какой-то момент майка выскальзывает у меня из рук и падает на пол. Я наклоняюсь, чтобы поднять ее, и замечаю на полу заколку. Похожа на детскую. Я беру ее в руки и разглядываю, размышляя, почему она хранит такую старую вещь.

– Раньше думала, что это волшебная заколка, – раздается с порога голос Джулии.

Я вздрагиваю и оборачиваюсь:

– Вот эта?!