Наталия Рощина - Одержимость

– Позавтракаем и поедем куда-нибудь? – предложила Майя. Она засиделась дома. Ожидание утомило ее. Тугодум Некрасов не вписывался в схему, выстроенную ею. – Поедем?

– Куда?

– За город. Побродим по лесу. Лето заканчивается. Скоро снова будет сыро и холодно. Ненавижу осень. Нужно ловить момент.

– Я не хочу бродить по лесу, – буркнула Маша.

– Ясно.

– Тогда я буду спать. Долго и нудно спать.

– Спи, а я поеду на рынок. Не хочешь на рынок?

– Нет.

– Оставайся, завтрак на кухне. Кофе в джезве еще не остыл. – Маша уже была одета. За долгую бессонную ночь у нее созрел план, который она собиралась претворить в жизнь. Присутствие Майи мешало ей просто снять телефонную трубку.

– Ты надолго? – Майя проводила ее недовольным взглядом.

– Как получится.

Майя махнула рукой. Сегодня она снова позвонит Седому. Она регулярно делала это, когда Маши не было дома. Девчонка облегчает ей задачу, регулярно убегая из собственного дома. Пока она не намекает, что Майя загостилась. Напротив, в какой-то момент ей показалось, что Маша успокоилась и привыкла к ее обществу. У нее попросту нет выбора. Она смирилась. Еще немного, и можно еще разок склонить ее к сексу. Это окончательно расшатает неустойчивую психику Маши. Когда настанет момент истины, она выдаст себя с головой.

Пока Майя строила коварные планы, Маша позвонила Некрасову. Они давно не разговаривали. Поначалу Маша не могла отвечать на звонки Андрона. Он звонил, посылал сообщения. Она не отвечала. Правда, Андрон очень скоро смирился с ее молчанием. Еще бы. Он был влюблен. Мог ли Андрон долго оставаться рыцарем для бывшей любовницы?

Но сейчас все обиды отступили. Некрасова нужно спасать. Кроме нее это не сделает никто. Эта черноглазая дамочка неспроста оказалась на ее пути, неспроста напросилась в квартирантки. И удавшееся соблазнение – часть ее коварного плана. Майя всеми способами увеличивала пропасть между Машей и Андроном. Зачем? Майя уже получила его. Он влюблен в нее без памяти. Что же она медлит и играет с ним в прятки? А может быть, для нее вовсе не цель стать мадам Некрасовой? Тогда чего она хочет?

– Привет, Маш! – Она услышала голос Андрона, и энтузиазма у нее поубавилось. Почувствовав сухость во рту, не сразу смогла отозваться. – Ну, что ты молчишь? Что-нибудь случилось?

– Случилось. Нам нужно встретиться.

– Дело в том, что я… – Андрон пытался найти причину, чтобы отказаться.

Маша почувствовала это. Ей стало больно. Они ведут себя как чужие люди. Они не виделись вечность. Вечность одиночества для нее, сладкий миг любви для него. Они живут в разных измерениях. Собственно, все вернулось на круги своя. Преодолев вспыхнувшую обиду, Маша решила быть настойчивее.

– Андрон, это очень важно. Мне кажется, у тебя большие проблемы.

– Проблемы? – Он усмехнулся. После разговора с Карцевым для него не существовало никаких проблем. В его положении это было непозволительной роскошью.

– Я серьезно.

– Хорошо. Поговорим. Я перезвоню.

– Не откладывай, пожалуйста. – Маша не смогла произнести имя «Майя». Оно наверняка послужило бы катализатором. Почему она промолчала? В конце концов, она так же заинтересована в истине.

– Договорились. Маш?

– Что?

– А я сегодня вспоминал о тебе. – Ему было приятно слышать ее голос. Он гнал от себя это ощущение, но оно не проходило.

– Нам нужно встретиться.

– Маш, я все понял. Пока!

Ничего Некрасов не понял. Ей придется перешагнуть через свою гордость и снова позвонить ему. Маша как в бреду ходила по рынку. Не заметила, как накупила всякой всячины. Такое с ней уже бывало: шопинг как средство уйти от нервозности. Позднее, поднимаясь с тяжеленными пакетами, она ругала себя за расточительность. Лифт не работал, так что предстоял нелегкий подъем. В задумчивости Маша преодолевала этаж за этажом. В какой-то момент, когда прервался внутренний монолог, Маша услышала монолог иной. Остановившись, она окончательно убедилась, что слышит голос Майи. Прижавшись к холодной панели, Маша замерла.

Наверняка Майя вышла из квартиры, чтобы покурить. Она делала это слишком часто, и Маша попросила ее выходить на лестничную клетку. Благодаря этому Маша стала невольной слушательницей разговора, не предназначавшегося для ее ушей. Конечно, она могла бы продолжать подниматься по ступенькам, а не подслушивать. Могла, но предпочла дослушать незамеченной.

– Карцев объявил ему страшный диагноз?.. Сколько времени вы выделили Андрону? Сколько ему осталось? Месяц? Два?.. Хорошо. Он верит в свою неизлечимость?.. Надеюсь, он уже в панике. Впечатлительный юноша. Я больше не могу жить с этой глупой коровой. Буду форсировать события. А у тебя все готово?..

Дальше Маша не слушала. Она поняла, что опоздала. Ей не спасти Андрона. И Майя так спокойна. Какая жестокость – зная, что любимый неизлечимо болен, прятаться от него. Прятаться тогда, когда он более всего нуждается в поддержке. В такой момент обидам нет места, но у Майи свои планы. И эта странная формулировка: «Сколько времени вы выделили Андрону?»

Подождав, пока за Майей закроется дверь, Маша снова достала мобильный телефон, позвонила Андрону.

– Ну, что еще? – недовольно спросил он.

– Скажи, тебе говорит о чем-то имя Майя?

– Да, – после паузы коротко ответил Некрасов. Он растерялся.

– Тогда ты должен знать, что она в моем доме. Она живет у меня уже несколько дней.

– У тебя?!

– Послушай. Она не случайно оказалась рядом со мной. Важно не это, а то, что эта женщина замышляет что-то против тебя. Она на все способна, я знаю.

– Машуня, я понимаю твое состояние, но…

– Слушай и не перебивай! – тихо, но твердо произнесла Маша…

– Хорошо. Теперь мне многое ясно.

– Андрон? Ты в порядке?

– Кажется, да. – Ему было плохо, очень плохо, но признаваться в этом он не имел права. – Спасибо. До встречи.

Маша спрятала телефон. Прислушалась – в подъезде тихо. Она продолжила подниматься. Коленки подгибались. В горле стоял ком, душили слезы. Андрон умирает – в это невозможно поверить! Майя плетет страшную паутину, в которой должны запутаться оба – и Маша, и Андрон. Нужно как можно скорее встретиться с ним.

– Ты что такая бледная? – Майя помогала ей выгружать продукты. От ее пристального взгляда не укрылась нервозность Маши.

– Ничего. Отвыкла носить тяжелые сумки. Устала.

– Отдохни. – Майю не удовлетворил такой ответ. Поэтому она вошла в комнату вслед за Машей. – Я поняла. Ты уже видеть меня не можешь. Я сегодня же уеду. Я злоупотребила твоим гостеприимством.

– Ну что ты! – принялась возражать Маша. Она не должна отпускать Майю от себя. – Я так привыкла к тому, что мы вместе. Это я тебе надоела моими разговорами о разбитом сердце.