Даниэла Стил - Верить в себя

— Но ведь он мог запросто тебя убить! Боже мой, когда же мы наконец вернемся в Лос-Анджелес?!

— Мне тоже ужасно хочется домой, — вздохнула Кэрол. — Ну и поездочку я себе устроила! Это уже какой-то экстремальный туризм получается. Впрочем, теперь я знаю, что достигла цели, ради которой сюда приехала. Я знаю ответы на большинство своих вопросов, поэтому, как только память вернется ко мне полностью, я все-таки засяду за свой компьютер и не встану, пока не напишу свою книгу. Я уже знаю — она будет совсем не такой, какой я ее задумывала. У меня теперь куда больше материала, да такого, что не использован, его было бы настоящим расточительством.

— А может, ты лучше напишешь что-то вроде поваренной книги? Или сборника сказок для детей? предложила Стиви. — А то материалы для такой твоем книги кажутся мне слишком взрывоопасными.

Кэрол рассмеялась. Стиви, конечно, шутила, да и то, что она узнала о Джейсоне и Мэтью, ей нужно было не для книги, а для нее самой. Теперь она выяснила все, что хотела. А лучше всего было то, что ответы на свои вопросы она выслушала из уст самих участников событий, и ей не пришлось предполагать и гадать, рискуя совершить ошибку.

— Как поживает твой Алан? — спросила Кэрол, в свою очередь меняя тему. Она была счастлива, что у нее есть человек, с которым можно поболтать даже среди ночи. Когда-то, как она припомнила, таким ночным собеседником был для нее Шон. В целом же про своего последнего мужа Кэрол знала пока не очень много — только то, что рассказывала ей та же Стиви.

— Нормально. Он звонил, сказал, что скучает, — ответила Стиви. — Больше всего, говорит, ему не хватает моих ужинов. Похоже, он тоже потерял память. Какие там ужины — так, еда на вынос из китайского ресторана или разогретые полуфабрикаты. Я лет пять ничего вкусного не готовила.

— А я его понимаю, — сказала Кэрол. — Мне тебя тоже не хватало. Особенно сегодня.

— Завтра утром я к тебе приеду, — немедленно пообещала Стиви. — И останусь у тебя ночевать.

— Не беспокойся, пожалуйста, никто из террористов сюда больше не сунется, — попыталась успокоить ее Кэрол. — Во-первых, в коридоре дежурит охрана, а во-вторых, я уверена, что все другие террористы закончили свои жизни в тоннеле.

— При чем тут это? Я просто хочу быть рядом.

— А мне бы хотелось быть в «Ритце», — рассмеялась Кэрол. — Имей в виду, обслуживание там гораздо лучше.

— Это не имеет значения, — твердо повторила Стиви. — Я переезжаю к тебе, и точка. Это решено. А если французам это не понравится, я просто пошлю их…

— …На хрен! — вставила Кэрол.

— Еще дальше, — мрачно пообещала Стиви. — Они даже не сумели организовать тебе нормальную охрану! Не представляю, как можно было уйти обедать, не дождавшись смены! Впрочем, с этих французов станется… Короче говоря, с тобой должен находиться кто-то более ответственный.

— Сейчас в коридоре дежурят люди из какого-то детективного агентства. А может быть, и из полиции, — сказала Кэрол. — Мэтью об этом позаботился.

— Этот человек меня тоже пугает, — честно призналась Стиви. — Он выглядит… крутым перцем.

— Так и есть. — Кэрол рассмеялась. — Но мне он не причинит вреда. Сегодня утром мы с ним долго разговаривали. Это с ним я жила в Париже много лет назад. К сожалению, он был женат и не захотел разводиться. Именно поэтому я его оставила и уехала из Парижа.

— Правильно сделала, — одобрила Стиви. — Однажды я вляпалась в такое же дерь… Короче говоря, я только зря мучилась, ничего у меня не вышло. Типов, которые не хотят разводиться и при этом норовят получить все тридцать три удовольствия, и в Америке хватает. Даже если они хотят развестись, до дела у них редко доходит, так что с тех пор я стараюсь держаться от таких подальше. Мой Алан порой ведет себя как настоящая задница, но он по крайней мере мой.

— К сожалению, мне потребовалось прожить с Мэтью два года, прежде чем я поняла — он никогда не раз ведется. А ведь когда мы встретились, он утверждал, будто их с женой ничто не связывает и их брак уже десять лет как превратился в пустую формальность.

— А-а, все они так говорят! Только их жены почему-то каждый раз оказываются не в курсе. Нет, Кэрол, такие никогда не разводятся. Твой Мэтью, поди, до сих пор женат на этой своей курице, правда?

— Нет, теперь он свободен. Но он сказал, что я была совершенно права, когда уехала.

— Неужели этот субчик в конце концов развелся? — удивилась Стиви. Она видела Мэтью и прекрасно понимала, что в таком возрасте мужчины обычно не разводятся. Во всяком случае — не во Франции.

— Его жена умерла год назад. И Мэтью оставался с ней до самого конца. Они были женаты сорок пять лет, и это притом, что последние три десятка лет ни о какой любви не было и речи. Какой смысл вообще в таком браке, объясни мне, пожалуйста?!

— Ну, людей многое может удерживать вместе: привычка, лень, страх… Да мало ли что еще!

— Когда я жила с ним в Париже, в автокатастрофе погибла дочь Мэтью. И его жена говорила, что покончит с собой, если он с ней разведется. Он просил у меня отсрочку за отсрочкой, и сначала я соглашалась. Я верила ему, я понимала его. Но потом я сказала себе: все, с меня хватит, собрала вещи и уехала. Мэтью… пусть невольно, но он меня обманывал, да и себя тоже. В конечном итоге жена и Франция оказались для него важнее.

— Похоже, у тебя не было ни единого шанса.

— Не было. И сейчас Мэтью сам это признает, хотя тогда он говорил другое… — О ребенке, которого она потеряла, Кэрол решила не рассказывать. Стиви это, в конце концов, никак не касалось. Другое дело — Энтони. Когда-нибудь она поговорит с ним и постарается все объяснить. В том, что сын ничего не забыл, Кэрол не сомневалась. Не забыл и не простил. Она видела, с какой неприязнью Энтони смотрел на Мэтью, когда они случайно встретились здесь, в больнице. Быть может, вначале ее дети действительно относились к нему хорошо, но потом они, похоже, его возненавидели. Да, даже им казалось, что Мэтью их предал, так что же говорить о ней?!

— Когда мы приезжали продавать дом, я видела, как ты переживаешь, — сказала Стиви.

— Так и было, — призналась Кэрол.

— Ты многое вспомнила, — заметила Стиви. Кэрол и вправду добилась впечатляющих успехов, причем буквально за один-два дня. Должно быть, нападение террориста и пережитый стресс вывели ее память из спячки.

— Да. Все понемногу возвращается, все становится на свои места. Пока это в основном ощущения и чувства, но и события, и факты тоже.

— Что ж, так и должно быть. И я считаю, что это хорошее начало. — Приезд Майкла Аппельзона тоже, конечно, помог. Ведь именно тогда Кэрол вспомнила первые эпизоды из своего детства и юности. Если бы Майкл не дал то злосчастное интервью, приведшее к покушению, все было бы еще лучше.