Вадим Селин - Морская амазонка
- Название:Морская амазонка
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:«Эксмо»
- Год:2007
- Город:М.
- ISBN:5-699-17599-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Вадим Селин - Морская амазонка краткое содержание
Морская амазонка - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Мы с Фулатой пришли в «тихий» зал и заняли свободную кабинку. Левая и правая стены были из листьев, а вход не был загорожен ничем, — можно свободно наблюдать за посетителями, развлекающимися на танцполе.
— Что с тобой такое? — спросила Фулата, после того как официантка принесла нам заказ — напитки и легкие салаты.
— Я видела катамаранщика.
— Кого? Какого еще кара… карманщика?.. — не поняла Фулата. Хоть она уже хорошо освоила русский язык и фразы строит нормально, но некоторых слов просто не знает.
— Ка-та-ма-ран-щи-ка, — с улыбкой повторила я по слогам. — Так я называю парня, который сдает в аренду катамараны. Катамараны — это что-то вроде водных велосипедов. Сидишь, педали крутишь и едешь. То есть плывешь.
— А, поняла! Помню, мы катались. И что у тебя с ним?
— У меня… Ой, да ты же ничего не знаешь! Я просто обязана все тебе рассказать!
— Ты влюбилась, — держа соломинку во рту, утвердительно произнесла Фулата.
— Я? Влюбилась? Нет! Это что-то другое. Другое…
— Рассказывай, не тяни. Так мне интересно!
Я сделала глоток минералки и, склонившись к подруге, заговорила:
— Месяц назад, в конце мая, на прокатную базу плавсредств пришел работать незнакомый мне парень. Я раньше никогда его не видела. Он целый день проводит на пляже под зонтом. То катамараны отдыхающим в аренду сдает, то насосы, изредка на «банане» катает — тогда, конечно, из-под своего зонта выползает. Я постоянно за ним наблюдаю в бинокль со своей вышки. Когда увидела первый раз, со мной произошло что-то странное — сердце учащенно застучало, стало как-то жарко, дыхание перехватило. Сначала я удивилась — что со мной такое? Мы же даже незнакомы с ним. Знаешь, так иногда бывает — видишь кого-то и понимаешь, что если не познакомишься с этим человеком, не удержишь его, то сделаешь большую ошибку и будешь об этом жалеть. Вот так у меня с катамаранщиком и произошло. Но я к нему не подошла. Только… просто смотрела на него.
— А не подошла почему?
— Он ведь был не прохожим, которого надо удержать, а стал работать рядом с моей вышкой. Мои руки постоянно сами собой тянулись к биноклю, подстраивали резкость и поворачивали его в ту сторону. Я за ним уже целый месяц наблюдаю. Но только сегодня поняла, что даже имени его не знаю.
— И? — удивилась Фулата. — Так из-за чего ты из моей палатки убежала?
— Ты же мне сказала, что косички отросли, и я отвернулась к зеркалу, чтобы их рассмотреть. И увидела в отражении этого парня. Он быстро прошел мимо. В ту секунду я опять перестала владеть своим телом. Не могла поступать разумно. Понеслась за ним, как привязанная. Не знаю, что со мной происходит… Чем он так привлекает меня? В городе же столько парней, но мой разум только при виде него отключается! Я побежала за ним. Он стал в очередь за коктейлем. Я тоже стала. Ты себе просто не представляешь, что со мной творилось, когда я стояла рядом с ним. От него исходили какие-то мощные волны, от которых я теряла голову. Если бы ты слышала, какую ерунду я ему говорила… Мне стыдно за себя… Но совладать с собой я не могла… Так, как к нему, меня притягивает только к морю. Магия какая-то, честное слово, по-другому и не выразишься. Я думаю об этом катамаранщике целыми днями. Я не понимаю саму себя, — заключила я, не зная, что еще добавить к рассказу, как в полном объеме описать свои непонятные чувства. Непонятные в первую очередь мне самой.
— Это влюбленность, — компетентно заявила Фулата.
— Ты хочешь сказать, любовь? — поправила я подругу, думая, что она ошиблась в слове.
— Нет, именно влюбленность. Любовь — это уже проверенное временем, испытания прошедшее чувство. А вот влюбленность — это как раз то, что сейчас с тобой.
— Да? — прошептала я. — Не знаю…
До этого момента я как-то не задумывалась о том, что мое чувство к катамаранщику в коей-то мере связано с любовью. Он мне просто нравится. При чем тут любовь, правильно? Мне нравится смотреть на него в бинокль, любоваться его телом, но за месяц моих наблюдений я ни разу не подумала, что это какая-то разновидность любви. И теперь после слов Фулаты мне стало немного страшно, ведь любовь (ну, или влюбленность) влечет за собой какую-то ответственность, поступки, действия. Получается, мне теперь надо что-то делать? Сказать по правде, мне по душе просто за ним наблюдать. До заявления Фулаты у меня даже не возникало мыслей, что с катамаранщиком мы можем встречаться, разговаривать, гулять. Мне нравится наблюдать за ним со стороны, ничего не требуя от него взамен. Я просто была счастлива, что такой человек существует на свете. По вечерам бегаю на свой пляж и там вспоминаю катамаранщика. И каждый раз от этих сладких воспоминаний хочется взлететь в небо и парить вместе с чайками над морской гладью… А теперь Фулата говорит — влюбленность. Не нравится мне это определение. Слишком оно конкретное и обязывающее. Печать какая-то, а не слово. Нет, так не пойдет. Уж лучше просто «нравится наблюдать».
Я не знала и не знаю о нем ровным счетом ничего — ни имени, ни места проживания, ни номера телефона, знаю только то, что он работает на базе у волнореза. И все. Я не думала о том, что у него есть своя жизнь, наполненная вкусами, привычками, кругом знакомых. Я просто на него смотрела… И испытывала счастье от того, что он есть…
Странно, но я ни разу не видела его в городе, хотя мы, местные, зрительно знаем почти каждого. Может, он не местный? Приехал, как Фулата, на лето, чтобы подзаработать денег?
Впрочем, я никогда и не задавалась целью высматривать его на улицах города. Почему-то мне казалось, что его можно увидеть только на пляже. Вечером засыпала с мыслями о том, что завтра увижу черноволосого парня с выгоревшими прядями у висков, но как-то не догадывалась, что его можно встретить и в городе, последить за ним… С другой стороны, зачем за ним следить? И вообще, если быть до конца откровенной, его образ для меня всегда заключен в рамку, похожую на знак бесконечности — перевернутую цифру «8». И только сейчас, сидя в «Пирамиде», я поняла, что это за рамка. Это — бинокль. Катамаранщик впечатался в мою память через окуляры бинокля.
Ну зачем Фулата устроила мне встряску? Думать теперь буду, переоценивать…
— Что же мне теперь делать? — простонала я.
— А зачем что-то делать?
— Ну, как это? Я же ему сказала… Ой, ты же не знаешь, что именно я сказала, когда заняла очередь за ним!
— Что? С каким сиропом он коктейль любит? — Фулата обнажила в улыбке свои белые зубы.
Я посмотрела на подругу, как на наивного ребенка. Затем склонилась к ней еще больше и монотонно проговорила:
— Я сказала, что ему очень идут его синие плавки.
Фулата замерла на пару секунд, как статуя, с соломинкой во рту. А после этого отмерла и заливисто расхохоталась, — так, что оживленные голоса в соседних кабинках стихли. Потом люди, слышавшие смех Фулаты, демонстративно покашляли и вновь забубнили что-то свое.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: