Марика Крамор - Вторая

Медленно бреду и неотрывно любуюсь проплывающими мимо картинами.

Стараюсь улыбаться сама себе, наслаждаясь ярким солнечным днём, несмотря на то, что в душе, как и обычно в последнее время, мрак и тучи.

Иногда совершенно нет сил разбираться со своим внутренним состоянием, гораздо проще смотреть на обложку, заранее удостоверившись в её абсолютной привлекательности и красоте.

Хотя… внешние качества любого человека разными людьми всегда воспринимаются по-разному. А я ещё и привыкла к тому, что внешность бывает крайне обманчива. Далеко ходить незачем.

Взять хотя бы меня. Кроме не самого высокого морального поведения, жуткой худобы, вечной застывшей печали в глазах и каких-никаких успехов на служебном поприще, вряд ли могу похвастаться другими достижениями.

У меня в жизни наступил период, когда я не знаю, чего хочу. Не совсем понимаю, к чему дальше стремиться. Все мои личные ценности и цели в один миг рассыпались в прах. А я оказалась прямо посреди останков разрушенного здания – того самого, которое выстраивала годами. И эти руины теперь давят на меня с каждым днём все больше и больше. А когда-то… кажется, целую сотню лет назад я была счастлива. Собственная жизнь мне казалась воплощением радости, улыбок, трепетных чувств, постоянных стремлений, достижением новых целей и решением сложных задач.

И всё это вместе взятое неотделимо от мужчины, который бессменно присутствует в моей жизни вот уже почти шесть лет.

Когда-то Миша казался мне идеалом, недосягаемой мечтой для простых девушек, взрослым, рассудительным мужчиной, справедливым и достойным уважения человеком со своими принципами.

Что же такого яркого случилось за последнее время, что моё осознание резко повернулось в другую сторону? Кто так разительно изменился? Я сама или «мой» мужчина? Наверное, оба. И самое главное – того, что я имею, мне уже недостаточно. Абсолютно.

Сейчас вечная искусственность, постоянная закрытость, напускные улыбки, которые мы с Мишей до сих пор ловим на себе, противостояние всем вокруг, кто норовит осуждающе ткнуть в нас пальцем… всё это заставляет меня впадать в уныние. Обыденная недосказанность, частые увёртки, логичные оправдания… Да, я сама понимала, что это будет, но раньше всё воспринималось совершенно по-другому.

Жалость? Нет. Она мне не нужна. Даже от себя самой. Жалеть себя – очень неблагодарное и разрушительное дело. Я просто хочу разобраться в собственной жизни, понять, где я пропустила тот самый поворот в нужную сторону. Как его найти. Как исправить. Как повернуть бурный поток судьбоносной реки в другую сторону.

Когда-то давным-давно я задавала себе те же вопросы. И, как ни странно, на помощь пришёл Миша. Он ворвался в мою жизнь подобно бурному потоку, сметающему все препятствия на своём пути. Не оставляющему времени задуматься над тем, куда плыть, зачем, что там ждёт, что будет после…

Да. У нас с мужчиной не совсем обычные отношения. Официальной семьёй он обзавёлся очень давно. Задолго до нашего знакомства. А я для него лишь вторая. Мне это нравилось всегда. Почти…

Держать мужчину на расстоянии вытянутой руки, чуть отстраняясь, чувствовать, как он привязывается ко мне с каждым днём всё сильнее, знать, как чрезмерно он мной дорожит, понимать, что для него я не просто женщина, про которую он забудет на следующий же день после мимолетной связи… меня всё это устраивало. Возможно, назвать Мишу честным, искренним, порядочным семьянином и не получится, но в наших с ним отношениях практически нет места лжи. Во всяком случае, наглой, грубой и грязной. Конечно, в силу своей особенности, всегда бывают мелкие недоговоры, но это нормально, ведь они обусловлены своеобразной спецификой, чтобы ни его, ни меня не ставить в неловкое положение. В «моем» мужчине вот уже шесть лет я уверена, как в самой себе, если не больше. Он всегда держит слово, а не бросает на ветер. У мужчины твёрдый, сильный, закалённый характер. В свои сорок четыре года Миша добился довольно серьёзных результатов на служебном поприще. Всю жизнь он проработал в прокуратуре. Когда мы познакомились, он всё ещё был на вторых ролях, но теперь занимает просто неприлично высокую должность, о которой не принято говорить вслух.

Возможно, работа сделала его более чёрствым, жёстким и даже грубым. Несмотря на то, что когда он смотрит на меня, его взгляд до сих пор каждый раз наполняется нежностью, мужское поведение периодически отдаёт чистейшим эгоизмом и высокомерием.

Раньше он таким не был. Особой мягкостью он, конечно, никогда не отличался. Это прямолинейный, суровый, строгий и временами грозный мужчина, но раньше даже со мной он вёл себя по-другому. Более трепетно, более мягко. Слушая собственные мысли со стороны, я бы, наверное, подумала, что это от безделья.

Пусть он остался таким же внимательным и предусмотрительным, как и раньше. Пусть я всё также плотно занимаю его мысли и свободное время. Пусть он, как и раньше, стремится провести со мной любую лишнюю минутку, которых в его жизни теперь не так уж и много. Больше мне этого недостаточно.

Я хочу быть единственной в жизни мужчины. Я хочу строить свои собственные отношения, которые не зависят от посторонних людей. Я хочу свою семью, хочу видеть тёплые улыбки, слышать звонкий детский смех в доме, хочу, чтобы мужчина присутствовал только в моей постели, хочу, чтобы он прикасался лишь ко мне одной. Хочу, чтобы мне было, с кем встретить старость. Я просто хочу от всего сердца искренне сказать: «Я счастлива». Кто-то может подумать, что я просто устала быть на вторых ролях и нестерпимо хочу замуж. Но мне-то, как никому другому, известно. Штамп в паспорте не является гарантией женского счастья.

Вспомнила, каково было на сердце в момент, когда меня бросил любимый муж. На сегодняшний день, слава Богу, бывший.

А ещё перед глазами неожиданно всплыла судьбоносная встреча с Мишей.

– Девочка, у тебя всё в порядке?

Гляжу прямо перед собой. Кажется… этот мужчина ко мне обращается? Немолодой. Лет на десять он меня старше. Это как минимум. Его никак не отнести к разряду смазливых красавчиков, скорее он похож на всемогущего барина с суровой внешностью. Внимательный взгляд, обеспокоенное ожидание, холодный прищур глаз. В шевелюре уже отчётливо проступает седина. Мужчина выглядит представительно, но его внимание меня очень напрягает.

– Да. Спасибо. Всё хорошо, – раздражённо опускаю глаза, пытаясь обогнуть нежеланного собеседника и пройти мимо него.

– А вот твоё траурное выражение лица говорит об обратном.

Ему-то какая разница? Чего прицепился? Нет, он наглым образом идёт рядом со мной. Приключений, что ли, человеку не хватает?