Даниэла Стил - Семейный альбом

– Будь осторожнее… Отдохни, милый… Столько любви звучало в этих словах, что сердце Лая подпрыгнуло. Пол сел в машину, махнул рукой, серебристый «порше» сорвался с места, и мальчик скользнул в свой автомобиль. Он едва мог дождаться вечера, а приехав на свидание, был в свежей рубашке, в свитере, в безупречных замшевых брюках, аккуратно причесанный и благоухал лосьоном после бритья, купленным днем. Пол заметил его старания и был тронут. У него не было времени даже принять душ перед уходом со съемочной площадки – не хотелось опаздывать. Он обнял Лайонела и понял – мальчик вне себя от счастья при виде его. Лай трепетал.

– Как прошел день, Пол?

– Замечательно, благодаря тебе. – Он широко улыбнулся, и мальчик засиял. – Я знал роль, и все прошло очень гладко. Мы сегодня хорошо поработали. – Пол оглядел себя – он все еще был в солдатской форме, как на съемках, перед уходом ему никто даже не напомнил, что неплохо бы переодеться.

– Поехали, мне надо привести себя в порядок. Полу хотелось пригласить Лайонела в бар для голубых, куда он любил иногда заглянуть поужинать или выпить, но рановато вводить мальчика в мир гомосексуалистов. Он инстинктивно чувствовал, что и Лайонел еще не готов, и хотел, чтобы такой выход стал событием, чтобы между ними возникло что-то особенное, хотел доиграть начатую игру… Пока они побудут вдвоем, в стороне от его дружков. Лайонел снова решил ехать в машине Пола. По дороге в Малибу они купили шесть банок пива, немного вина, все для салата, пакет свежих фруктов, два бифштекса, – хороший ужин на двоих. Лайонел сказал, что умеет готовить.

И это подтвердилось, когда они приехали домой. Пол вышел из ванной, обернув полотенце вокруг талии. Лайонел подал ему стакан белого вина и с улыбкой сообщил:

– Ужин будет готов через пять минут.

– Прекрасно, я проголодался.

Пол поставил свой бокал на столик, потянулся к Лайонелу, поцеловал его. Когда они оторвались друг от друга, сердце Лайонела воспарило.

– Я так скучал.

– Я тоже. – Полотенце медленно соскользнуло с бедер Пола, он что-то зашептал мальчику, нетерпеливо расстегивая ремень на его брюках. – Бифштексы не сгорят? – Естественно, его это не слишком волновало… Сейчас он ни о чем не мог думать, только об этом юном теле. Лайонел оказался одним из самых его восхитительных любовников – такой активный, свежий, каждая клеточка его тела источала сладость, аромат, податливую упругость. Он рывком спустил замшевые брюки друга и нашел, что искал. Лайонел застонал, когда Пол припал к нему ртом. А через мгновение их тела сплелись на влажном полу. Ужин был забыт, они слились в страстном порыве.

Любовная связь длилась всю осень, и Лайонел никогда в жизни не был так счастлив. Дела в университете шли хорошо, а Пол успешно продолжал работу над фильмом. Однажды после большого перерыва Лайонел заехал на съемочную площадку. При виде Пола ему слишком трудно было притворяться равнодушным. Он боролся с собой, заставлял себя отводить от него глаза, опасаясь, что мать все увидит.

– Но всего-то не увидит, – подшучивал над ним Пол, – хотя она и твоя мать. И я думаю, что она бы смогла понять тебя, узнав обо всем.

Лайонел вздохнул.

– Я тоже так думаю. – Но тут он вспомнил об отце. – А вот отец – ни за что.

Пол кивнул, соглашаясь.

– Думаю, ты прав. Отцам тяжелее узнавать такое про сыновей.

– А твои родители знали? Пол покачал головой.

– Нет. Я еще довольно молод, чтобы они заинтересовались, почему я не женат. Но лет через десять начнут приставать.

– Может, к тому времени ты и впрямь женишься и заведешь кучу детей?

Оба расхохотались от абсурдности подобной мысли. Это совсем не привлекало Пола. Он не бисексуал. Женщины никогда его не волновали. А от Лайонела он был без ума, почти все вечера они занимались любовью в его огромной постели, или на кушетке перед камином… или на полу… или на берегу… Это была восхитительная связь, все друг в друге их возбуждало. Лайонел получил ключи от дома в Малибу и иногда приезжал прямо из университета или, заехав по дороге к себе, встречал Пола в городе, когда тот работал допоздна. В своей комнате он не ночевал уже несколько месяцев, и соседи постоянно подначивали его.

– Ну, Тэйер… Кто же та деваха?.. Как ее зовут? Когда мы тоже развлечемся с ней? Или ты собираешься один ею пользоваться? Ну какая она, а?

– Забавная. – Лайонел уходил от ответа, но иногда думал – узнай они правду, что бы тут началось! В общем-то известно, что: обозвали бы его поганым вонючим педерастом и вышвырнули из дома.

– А кому-нибудь из друзей ты рассказывал? – как-то вечером спросил Пол, обнимая его перед камином. Они уже насладились друг другом.

Лайонел покачал головой.

– Нет. – Он подумал о ребятах, с которыми арендовал дом. Типичные первокурсники, молодые интеллектуалы, грызущие гранит науки, их сексуальная жизнь совсем другая, чем у Лайонела, совсем другая… Они пришли бы в ужас, увидев его сейчас. Но Лайонел чувствовал себя счастливым и нежно смотрел на Пола, внимательно наблюдавшего за ним.

– Ты всю жизнь собираешься прятаться, Лай? Это никуда не годится. Я уже через такое прошел.

– Но я еще не готов открыться. – Они оба это понимали.

– Ясно. – Пол не торопил. Он никуда не брал его с собой, хотя мальчик совершенно прелестный, его друзья изошли бы слюной от зависти. Но он пока не хотел раскрывать секрет. Это дело времени. В один прекрасный день они появятся вместе, и люди узнают, кто его любовник. Сын Фэй Тэйер. Пол хотел, чтобы они разделили свой выход в мир; это решение казалось ему мудрым, ведь его карьера будет поставлена на карту, если Фэй с Бардом взбесятся. Мальчику всего восемнадцать, а Полу уже двадцать девять. Может начаться такая вонь! Полу ничего хорошего ждать не придется. Агент сейчас пытается всеми способами связывать его имя с разными актрисами, потому что люди обожают совать нос в жизнь звезд и едва ли обрадуются, узнав, что их идол – педераст.

День Благодарения Лайонел провел в кругу семьи, чувствуя себя чужим, взрослым, и с удивлением обнаружил, что ему не о чем говорить с домашними. Он молча слушал остальных, Грег дурачился, как дитя малое, а близняшки вообще показались свалившимися с Луны. Лай был не в состоянии отвечать на вопросы родителей и выносил только Энн. После ужина он с облегчением понял, что теперь может ехать к Полу. Сказав родителям, что отправляется на озеро Тахо с друзьями, он все выходные проводил в доме Пола. У него было несколько недель, свободных от съемок, и оба отдыхали.

Вскоре подошло Рождество. Лайонел купил подарки и решил днем заехать на съемки. Пол был в своей уборной.

Родителей, судя по всему, поблизости не было. Лай сразу направился в маленькую, хорошо знакомую комнатенку и плюхнулся в кресло. Пол курил марихуану и предложил Лаю. Юноше не нравилось курить, он затянулся и вернул обратно. Оба улыбались, глядя друг на друга. Пол дотронулся до его бедра.