Норма Бейшир - Драгоценный камень

Кэти беспокоил и разговор с Джорданом в библиотеке. В частности, его последний вопрос.

«Если бы он еще раз спросил о Родди, удалось ли бы мне выкрутиться?»

«Я люблю его. Я не хочу его потерять. Но мне страшно».

Слоун посмотрела на часы, стоящие на ночном столике. Двадцать минут четвертого. А она так и не заснула. Слоун лежала в постели в своей коротенькой сиреневой ночной рубашке и вспоминала разговор с Кэти.

Дело в том, что Джордана она не переставала любить, хотя в последнее время не могла показать ему это. Слоун знала, что причиняет ему боль, но ей не удавалось преодолеть себя. Она потеряла ребенка и теперь постепенно теряет Джордана. И то и другое исключительно по ее вине. От одной этой мысли у Слоун внутри начинало все болеть.

Она встала с постели и подошла к туалетному столику. Открыв верхний ящик, вытащила небольшой флакончик с этикеткой аптеки в Манхэттене. В нем были капсулы янтарного цвета. Их выписал ей терапевт год назад, когда во время рекламной поездки у Слоун возникли проблемы со сном. Флакончик был почти полон, потому что она приняла очень мало капсул.

Слоун взяла другой флакончик, со стимулятором амфетамином. Он был наполовину полон. Она как-то пробовала принимать эти таблетки, но не ощутила особого эффекта.

В третьем флакончике были обезболивающие. Их прописал доктор Холси, и они действовали, то есть притупляли любую боль. Но Слоун подозревала, что эти таблетки он больше ей не выпишет. «Когда капсулы кончатся, я останусь наедине сама с собой».

Слоун пошла в ванную за водой, вернулась и приняла одну капсулу. Ей хотелось принять две. Прежде она принимала по две, но сейчас решила сэкономить. Затем потянулась за барбитуратами. Слава Богу, что они у нее есть.

Раньше были не нужны, а вот теперь пригодились.

Джордан тоже не спал, беспокойно ворочаясь с боку на бок и непрестанно меняя положение. Нет, наверное, поспать сегодня не удастся.

Он взбил подушку, лег на спину и уставился в потолок. Интересно, а спит ли сейчас Слоун? Осознает ли она, что делает с ним… и со всеми?..

Джордан не знал, долго ли выдержит такую жизнь.

Дверь медленно отворилась. Он поднял голову и увидел в дверях Слоун в ночной рубашке.

– Джордан. – Ее голос был необычно мягким.

– Да, – отозвался он. – Я не сплю.

– Можно войти?

«Вот до чего мы докатились – она спрашивает разрешения войти ко мне в спальню. Неужели таков наш удел в будущем?»

– Конечно.

Слоун вошла и закрыла дверь. Было темно, но Джордан понимал, что она идет к нему. Потом почувствовал, как Слоун откинула одеяло и скользнула в постель рядом с ним.

– Я люблю тебя, – прошептала она, пристраиваясь в его объятиях. – Я очень люблю тебя, Джордан.

– Я тоже люблю… и соскучился по тебе. – Он начал целовать ее, но Слоун отстранилась и проговорила срывающимся голосом:

– Я хочу быть тебе настоящей женой, но сейчас пока нельзя…

– Шшш! Все в порядке. – Джордан прижал ее к себе. – Мы подождем.

Палм-Бич, февраль, 1988

Лошадь мчалась галопом через пустое игровое поле, направляясь к мячу, небольшому белому пятну на идеально зеленом дерне. Джордан высоко поднял клюшку, но в самый последний момент рука сорвалась, и мяч полетел в другую сторону.

– Вот черт! – пробормотал он, натягивая поводья и снимая шлем. – Отвратительный удар.

Впрочем, это его не слишком удивляло. В последние несколько месяцев Джордан не мог полностью сосредоточиться на игре, а это, в свою очередь, сказывалось во всем. И это из-за Слоун.

Джордан медленно ехал по игровому полю и думал о ней. Потеряв ребенка, Слоун очень изменилась. Правда, состояние ее немного улучшилось, худший период, несомненно, миновал, но Джордан не был уверен в том, что все окончательно наладилось.

Порой Слоун казалась ему совершенно чужой. Его раздражали постоянные смены ее настроения. То она лежит в постели, не желая вставать, замкнутая, ни с кем не разговаривает, а буквально на следующее утро весела и бодра, даже шутит, готова танцевать всю ночь и настоящая тигрица в постели. Но это была как бы гипертрофированная версия прежней Слоун, женщины, которую он полюбил.

«Наверное, я схожу с ума», – подумал Джордан.

– Что делать, ты знаешь.

Тот, что помоложе, кивнул:

– Еще бы! Чтобы все выглядело, как будто это случайно.

– Никто не должен ничего заподозрить.

– Конечно. – Тому, что помоложе, слушать постоянные напоминания об этом уже изрядно надоело.

– Когда работа будет выполнена, я позвоню и дам знать, где и когда получить деньги.

– Ладно.

– Сейчас мне нужно идти. Не хочу рисковать, нас могут увидеть вместе.

Тот, что помоложе, нахмурился:

– Я тоже не очень-то горю желанием, чтобы нас засекли.

– Важнейшее правило – никакого ненужного риска.

– Да, верно. – Тот, что помоложе, немного помолчал. – Я хотел бы задать тебе два вопроса. Первый: когда ты намерен с этим заканчивать? И второй: не хочешь ли объяснить, зачем тебе все это нужно?

– Нет, не хочу. Я плачу, а остальное не твое дело.

Тот, что постарше, повернулся и пошел прочь.

– Мне кажется, ты меня избегаешь.

Ланс посторонился, пропуская Надин в комнату, а затем спросил с деланной веселостью:

– Почему ты так решила?

– Не знаю. – Она начала расстегивать его рубашку. – Я думала, ты мне это скажешь.

– Дело в том, что твой муж не дает мне скучать…

– Чепуха! Не так уж ты и занят. – Распахнув рубашку, Надин потерлась о его грудь. – Правда, мне случайно стало известно, что он серьезно подумывает о том, чтобы выгнать тебя из команды.

Ланс похолодел.

– Он сам сказал тебе это?

Надин хрипло рассмеялась и принялась расстегивать ему пояс.

– Конечно, сказал. Иначе как бы я узнала? – Надин залезла в его брюки и нежно взяла в руки вялый член. Впрочем, под воздействием ее манипуляций он стал довольно быстро твердеть. Ее дыхание участилось. – Не беспокойся, Ланс, – выдохнула она, – я Гейвина от этого шага отговорила и сделаю это столько раз, сколько потребуется. Пока место в команде за тобой сохранится. Пока…

– Видимо, я должен выразить тебе благодарность.

Она посмотрела ему в глаза:

– Да. Но не словами, а делом.

Ланс присосался к ее губам, одновременно расстегивая молнию на платье.

– Вылезай скорее из этой шкуры, мы разыграем с тобой маленькое шоу.

Повеселевшая Надин сделала шаг назад и сбросила со своего стройного тела одежду. Наконец-то найден способ, позволяющий удерживать молодого любовника. Теперь все пойдет по-другому.

Слоун достала из своей дорожной сумки небольшой пузырек и слегка встряхнула. Пусто.

«Что же теперь делать? Следовало бы позаботиться об этом в Нью-Йорке».

Она задумалась. Наверняка в Палм-Бич найдется доктор, который выпишет стимуляторы, не задавая вопросов. Их часто принимают для похудания, а в этом городе полно богатых, красивых и худых женщин. Наверное, доктора делают здесь неплохой бизнес, выписывая своим пациенткам «таблетки для похудания». Но как найти такого доктора? Не спрашивать же на улице. Ей надо соблюдать осторожность. Господи, если только Кэти или Адриенна когда-нибудь узнают…