Ли Райкер - Полюбить ковбоя

– Привет! – крикнула ему Дейзи вызывающим тоном и помахала рукой, заметив, что он наконец посмотрел в сторону кораля.

– Что ты здесь делаешь? Собираешь в корале грязь на маску для лица? – Ничего больше не сказав, он повернулся и снова вошел в фургон, а Дейзи обернулась к Эрин.

– У вас с Кеном Синклером есть что-то общее. Неудивительно, что он считает себя самым подходящим для тебя мужчиной. Вы оба иногда как полумертвые. Поверь мне, я знаю. Как и Денни, я видела обратную сторону.

– Теперь ты этого не видишь.

Дейзи ничего не ответила, но ее глаза сделались холодными. Она увела Кемосабе из кораля через боковые ворота конюшни, не пожелав воспользоваться главным выходом, ближайшим к микроавтобусу Кена. Слишком рассерженная, Эрин не стала ее сопровождать, а осталась стоять, разговаривая сама с собой: «Пусть защищает Денни, она всегда это делала; мне не нужны ничьи советы ни в отношении разведения животных, ни в отношении замужества; особенно от того, кто, как Дейзи, лжет самой себе».

– Преданный, – услышала она бормотание Дейзи, – слишком преданный.

Как-то утром на следующей неделе Денни тихо вошел с черного хода в дом, бросил свою спортивную сумку в комнате-прачечной, а кроссовки оставил на коврике у порога и, пройдя через кухню, в одних носках направился по коридору к лестнице наверх. В кухне в центре стола он заметил четвертушку шоколадного торта с кремом, которую его мать скорее всего оставила для Люка, а не для него. Денни подвез Люка в Скотсблафф, штат Небраска, дожидаться автобуса; у Люка по расписанию было назначено клоунское выступление на детском родео неподалеку оттуда, а потом он должен был встретиться с Денни и его фургоном в Бель-Фурше, в Южной Дакоте, для участия в загоне скота на следующий уик-энд.

Денни потер затылок, длинное путешествие из Канзаса измотало его, да еще на полпути до Парадиз-Вэлли у его пикапа вылетел радиаторный шланг. После Небраски он скучал по компании Люка, но еще больше он скучал по Эрин и надеялся, что она будет так же рада ему, как он был рад снова увидеть ее. В тишине скрипнула, как это всегда бывало, вторая ступенька лестницы; он поднялся наверх и заглянул в комнату к сыну. Тимми спал, зарывшись в одеяло, как степная собачка в нору, так что в темноте виднелись только его обезьянка и кусочек гипса. Денни пошел на цыпочках дальше по коридору и обнаружил, что дверь в спальню закрыта, словно его не хотели впускать. Наверное, ему следовало позвонить. Отворив дверь, он услышал нежное дыхание Эрин во сне; прежде чем он увидел ее в кровати, Денни почувствовал, как у него все напряглось, и, сбросив одежду, он голым забрался в постель, надеясь, что они смогут поговорить не только о ранчо. После того как он восемь лет спал один, за неделю в Шайенне Денни успел привыкнуть к тому, что Эрин рядом с ним.

Со вздохом он прижался к теплому телу Эрин, повторяя все его изгибы и дыша ей в затылок, просунул под нее руку, коснулся теплой, мягкой груди и заворчал от удовольствия.

– Эрин, я здесь.

– Убирайся вон из этой постели!

Она сбросила одеяло, и прохладный ночной воздух обдал его голую кожу, как ледяная вода, погасив всякое желание. Эрин стремительно вскочила с постели и, спотыкаясь, отошла от кровати, на ходу натягивая халат поверх хлопчатобумажной ночной сорочки, а ее глаза метали молнии, словно трассирующие пули.

– Совести у тебя нет!

– Я сказал, что буду дома в среду. – Денни подался назад и оглянулся по сторонам в поисках календаря вроде того, что они с Люком держали в фургоне, отмечая квадратиками даты родео. – Сегодня…

– Утро четверга, если быть точными.

Он сделал попытку оправдаться и рассказал ей о радиаторном шланге и о том, что подвозил Люка к автобусу в Скотсблаффе. Эрин включила лампу, и комната наполнилась резким светом, от которого они оба зажмурились. Эрин стояла выпрямившись, в ее взгляде, в каждом дюйме ее тела светилась ярость, и у Денни упало настроение. Последние пятьдесят миль пути он чуть ли не считал каждый оборот колес, приближавший его к Парадиз-Вэлли. Но разве можно было ожидать там теплый прием?

– Ладно, – сказал оскорбленный в своих чувствах муж, – в чем я на этот раз провинился?

Повернувшись к нему спиной, Эрин произнесла:

– Разведение животных.

Он ожидал, что когда-нибудь она произнесет их именно так, как ругательство.

– Кто тебе сказал? – Денни присел на край кровати, оперся локтями в раздвинутые колени и уставился в пол.

Об этом мало кому было известно, на родео он никому не рассказывал о своих планах, не хотел, чтобы кто-нибудь знал, пока он сам не примет для себя окончательного решения, он ничего не говорил Люку и никогда не упоминал об этом при Тиме.

– Кен, – похолодев, пришел к выводу Денни и поднял голову.

Видимо, Кен и Эрин поссорились перед Шайенном, и теперь, после того как она осталась довольна проведенной там неделей, Кен решил отомстить.

– Денни, – Эрин повернулась лицом к нему, – почему я не услышала об этом от тебя самого?

– Моя ошибка.

– Ты знал все с самого начала. – Ее взгляд все время держался строго выше его талии. – С того момента, как ты приехал домой из-за того, что Тимми сломал руку, пока работал у меня в магазине, потому что я думала, что ты хотел…

– Я, черт побери, действительно хотел помочь!

– Ты чинил все эти загородки, и я думала, как приятно снова видеть тебя за работой здесь. – Она оборвала себя, раздраженно махнув рукой. – Люк знает?

Отрицательно покачав головой, Денни снова уставился в пол.

– Значит, это будет для него сюрпризом, – заметила Эрин. – А Мег?

Он ничего не говорил матери, потому что не хотел обмануть ее ожидания. Ведь он еще не решил все окончательно.

– Нет.

– Почему нет? – Она криво усмехнулась. – Если бы ты сказал ей, она поверила бы в тебя, одобрила бы разведение животных и все ранчо перевернула бы ради того, чтобы только видеть тебя дома. – Эрин резким нервным движением завязала пояс халата. – Ты же знал, что я буду против. – Наклонившись, она изо всех сил вцепилась ему в плечи. – Разве нет? Именно поэтому ты ничего мне не сказал.

– Пожалуй, так, – тихо произнес Денни.

– Как ты посмел лишить меня законного права принимать решение!

– Эрин, ты не хочешь принимать решение.

– Одно я уже приняла. Какое ты имеешь право приносить опасность в мой дом?! – Она впилась ногтями ему в кожу.

– Ты беспокоишься о Тиме? – Он посмотрел на нее снизу вверх.

– Это, наверное, никогда не кончится! Ты не остановишься и не изменишь свою жизнь. Все, что ты говорил мне в Шайенне, было ложью. Вы ни за что не хотите назвать родео спортом самоубийц. А теперь еще разведение животных!

– Ты дашь мне хоть слово сказать? Эрин, за последние двадцать лет, с тех пор как я начал объезжать быков, в официально разрешенные родео было с дюжину смертей и тысячи полетов кувырком, но не все до одного пострадавшие были наездниками на быках. Уверен, что в большинстве других опасных видов спорта происходит все то же самое.