Нора Робертс - Плененные

Поскольку семья Донован с незапамятных времен отличалась финансовым благополучием, вполне можно было проводить время в праздности, возглавляя трастовые фонды. Решение заняться предпринимательством пришло очень просто. Хватило амбиций и гордости, чтобы самостоятельно зарабатывать на жизнь.

Магазин предоставил заманчивую возможность окружить себя любимыми вещами. С первого раза понравилось продавать людям вещи, которые будут их радовать.

Собственный бизнес имеет определенные преимущества — ощущение удачи, собственническая гордость, постоянный поток покупателей, которые входят в твою жизнь и уходят. Впрочем, наряду с достоинствами имеются недостатки. Ответственная хозяйка не имеет права попросту запереть дверь, опустить жалюзи на витрине, желая побыть в одиночестве.

Среди многих даров Морганы, безусловно, присутствует чувство ответственности.

В данный момент очень хочется, чтобы родители позволили ей вырасти слабой, взбалмошной, самовлюбленной женщиной. Если б не их воспитание и влияние, задвинула бы засовы, села в машину и каталась, пока тоска не уймется.

Не привыкла тосковать и дергаться. Тем более из-за мужчины. Насколько помнится, легко справлялась с любым представителем мужского пола. Тоже своего рода дар. Даже в детстве умудрялась обводить вокруг пальца отца и дядей, добиваясь цели с помощью обаяния, хитрости и упрямства. С Себастьяном хуже, но и тут можно пробиться.

В юности быстро научилась разбираться с парнями, поняла, что надо делать, если заинтересуешься, и как быть, если нет. С годами выработались простые правила с легкими вариациями.

Собственная сексуальность радует. Это мощная сила. Она не злоупотребляет силой и властью. Общение с мужчинами, дружеское или романтичное, всегда было успешным.

До сих пор. До встречи с Нэшем.

В чем ошибка, гадала Моргана, упаковывая для покупательницы длинную тонкую бутылочку с женьшеневым бальзамом. В том, что послушалась шестого чувства и впервые заговорила с ним в этом зале? В том, что поцеловала его, поддавшись желанию и любопытству?

Возможно, первый серьезный ошибочный шаг совершен прошлым вечером, когда ею завладели эмоции. Когда привела его в рощу, туда, где гудит воздух и льется лунный свет.

По крайней мере, оглядываясь назад, почти ясно, что именно место и ночь заставили признать себя влюбленной.

Страшно подумать, что это случилось так быстро, почти не оставив ей выбору

Поэтому лучше не признаваться и покончить с этим.

Почти вслух захихикали духи. Не обращая внимания, Моргана вышла из-за прилавка помочь покупателю.

Утром поток клиентов жидкий, но постоянный. Неизвестно, что лучше — когда они нахлынут или когда в магазине только она и Луна.

—По-моему, ты во всем виновата. — Моргана облокотилась на стол, наклонившись к кошке, — Не держалась бы так дружелюбно, и я не сочла бы его безопасным.

Луна, дернув хвостом, сделала умный вид.

—А он далеко не безопасный. Теперь поздно давать задний ход.

Луна сморгнула.

—Можно, конечно, объявить договор расторгнутым. Извинюсь, сообщу, что мы больше не будем встречаться. Могу даже признаться, что струсила. — Моргана глубоко вздохнула, прижалась лбом к кошке, — Хотя я не струсила.

Луна игриво потерлась о щеку.

—Не подлизывайся. Если ситуация выйдет из рук, последствия обрушатся на твою голову.

Взглянув на открывшуюся дверь, она с облегчением улыбнулась вошедшей Минди:

—Привет. Уже два?

Почти. — Минди сунула сумочку под прилавок, быстро почесала Луну за ушами. — Как успехи?

Неплохо.

Вижу, ушел большой розовый кварц...

Примерно час назад. Попал в хорошие руки молодой пары из Бостона. Ждет отправки в подсобке.

Хочешь, я сейчас займусь?

Нет, пожалуй. Немного отдохну и сама отправлю, а ты поработаешь в зале.

Ладно. Вид у тебя печальный. Моргана повела бровью.

Правда?

—Угу. Дай, мадам Минди посмотрит. — Взяла руку, уставилась на ладонь. — Ах, конечно. Мужчина.

Несмотря на досадную правильность заключения, Моргана усмехнулась:

Не хочется сомневаться в вашем искусстве хиромантии, мадам, но вы вечно ссылаетесь на мужчину.

По теории вероятности, — объяснила Минди. — Ты не поверишь, сколько народу сует мне в глаза руки исключительно потому, что я работаю у колдуньи.

Моргана заинтригованно склонила голову:

Почему мне самой не суют?

К тебе многие опасаются подходить, а ко мне не боятся. Может, подозревают, что я от тебя заразилась, как гриппом, но не так сильно, чтоб беспокоиться.

Моргана рассмеялась впервые за долгое время:

Понятно. Наверняка огорчились бы, если б узнали, что я не умею читать по ладони.

От меня не узнают. — Минди взглянула в зеркальце с серебряной ручкой. — Только, знаешь, милочка, не надо быть гадалкой, чтобы увидеть высокого блондина с потрясающими глазами, за которые можно и умереть. — Она уложила на лбу кудряшку и вновь глянула на Моргану. — Он доставил тебе неприятности?

Ничего страшного. Справлюсь.

С мужчинами легко справиться. — Положив зеркало, Минди развернула жвачку. — Пока они для тебя не имеют значения. — И сверкнула улыбкой. — Только слово скажи, заступлюсь.

Моргана со смехом потрепала ее по щеке:

—Спасибо, это мои игры.

Несколько развеселившись, пошла в подсобку. В любом случае чего дергаться? Можно справиться. Справимся. В конце концов, она не так хорошо его знает, чтобы переживать.

Дел по горло, сказал себе Нэш. Куча дел, есть чем заняться. Растянулся на диване длиной в шесть футов с выцветшими, продавленными подушками, купленном на распродаже за то, что он явно предназначен для послеобеденной дремы. На коленях и на полу навалены книжки.

На телевизионном экране у другой стены кипят страсти дневной мыльной оперы. На захламленном журнальном столике бутылка с газировкой для утоления жажды. В соседней комнате компьютер обижается на невнимание, чуть не плачет.

Вообще-то работа идет. Нэш лениво вырвал из блокнота страницу и принялся складывать. Он думает, хоть и лежит на диване все утро, глядя в пустоту. Может, дело слегка затягивается, но не зашло в тупик. Пусть немного поварится.

В последний раз свернув листок, запустил в воздух миниатюрный бумажный бомбардировщик. Добавил ради удовольствия звуковые эффекты, в сопровождении которых самолетик пошел вниз, приземлившись на ковер среди прочих моделей.

— Саботаж, — мрачно пробормотал он. — Шпион-вредитель на конвейере. — Поворочавшись для удобства, принялся мастерить другой самолет, думая о другом.

...Интерьер, день. Большой гулкий ангар пуст. Сумрачный свет просачивается в окна и щели над серебристым корпусом истребителя. Медленно приближаются шаги. В них слышится что-то знакомое, женское. Шпильки стучат по бетону. Лицо скрывают широкие поля мягкой шляпы, но хорошо видна фигура в коротком красном кожаном костюме, скользящая из света в тень. Длинные красивые ноги шагают по полу. В изящной руке черный кожаный портфель.