Инга Берристер - Мстительница

Расследование... Ничего они не узнают, успокаивал он себя. Не смогут... И тут он вспомнил об Элизабет. Где она? Надо отыскать и вернуть ее домой, а потом он займется Пеппер Майденес.

Выходя из здания, он натолкнулся на хорошо знакомого ему члена парламента, но лишь грубо выругался, не видя ни его, ни кого бы то ни было вокруг. Виновата Пеппер. Он заставит ее пожалеть о том, что она сделала!

Симон чувствовал, как его заливает волна ярости, в которой тонут все остальные чувства. Он вспомнил о Тиме и о том, как Пеппер отняла у него друга. А ведь Тим хотел принести ее в жертву. Он верил, что, убив Пеппер, сможет вызвать дьявола из ада. Тогда Симон смеялся над ним, но, может быть, Тим был прав? Безумие охватывало его... Однако Симон взял себя в руки, зная, что должен сохранять спокойствие...

Сначала надо найти Элизабет. У нее нет денег и почти нет друзей, так что с ней проблем не будет.

Глава семнадцатая

Выйдя от парикмахера, Пеппер не обратила внимания на припаркованный неподалеку автомобиль. Да и с чего бы? Машина ничем не отличалась от тысяч других, а у нее хватало и других забот.

Салон, где Пеппер обычно причесывалась, располагался рядом с ее офисом, и, если погода была хорошей, Пеппер машину не брала. Она думала о том, что, когда вернется, в первую очередь позвонит Джеффу Стауэллу насчет теннисиста, на которого хотела взглянуть, и вдруг нахмурилась. Миранда не подала ей список неотложных дел, а ведь секретарша никогда и ничего не забывала. Похоже, Миранда была сегодня чем-то взволнована и даже как будто с завистью смотрела на нее. Верно, у нее проблемы с женихом...

Майлс следил за ней, сидя в машине, и ему доставляла удовольствие притягательная женственность ее походки. Едва Пеппер покинула офис, как Миранда, в полном согласии с предварительной договоренностью, позвонила Майлсу.

Сначала он собирался управиться сам без помощи секретарши, однако это оказалось не так-то легко. В итоге Майлс все спланировал с точностью до минуты, наверное, раз десять вместе с Мирандой проштудировав расписание Пеппер.

Решающий день настал. Если ему не удастся перехватить ее сейчас, то придется попытаться еще раз во время ланча.

Едва Пеппер поравнялась с машиной, как Майлс открыл дверь и шагнул к ней, отмечая про себя сначала удивление в ее глазах, а потом страх, когда он встал у нее на пути.

Пеппер открыла рот, собираясь закричать, и едва не задохнулась, потому что Майлс прижался губами к ее губам. Неожиданный поцелуй, да еще на улице при всем честном народе, лишил ее способности соображать. Правда, Пеппер все-таки сделала слабую попытку освободиться, но в ответ Майлс еще крепче прижал ее к себе. В ужасе она поняла, что он подталкивает ее к машине. Похищает!

Едва Пеппер оказалась внутри, как он отпустил ее, но тотчас прижал к ее боку что-то холодное и твердое. Револьвер! От страха сердце у нее забилось еще громче.

— Порядок! — сказал Майлс шоферу. Пеппер встрепенулась, но Майлс грозно прошептал ей на ухо:

— Всего одно слово, и обещаю, оно будет последним!

Обычная уверенность в себе покинула ее. От страха Пеппер не могла пошевелиться. Не отводя револьвер, Майлс делал вид, будто обнимает ее. Губы еще подрагивали после его поцелуя. Она задыхалась, не в силах вынести запах его тела. Мозг отказывался ей служить. Но стоило Пеппер тихонько застонать, как Майлс еще ближе привлек ее к себе в жутковатом подобии страстного объятия.

Пеппер поглядела в окно. Куда они едут? Ей вновь вспомнились Оксфорд, почти пустая комната. По спине побежали мурашки. Тошнота подступила к горлу. Все тело покрылось холодным потом. Хотелось кричать... Надо было кричать, но она молчала. Шофер не поможет. Наверняка они в сговоре.

Неожиданно свет сменился тьмой. Однако Пеппер быстро взяла себя в руки, сообразив, что это всего лишь подземный гараж. И словно желая успокоить ее, Майлс тихо проговорил:

— Не бойся, я не причиню тебе зла...

Ничего себе! А сам угрожает револьвером. Машина остановилась. Шофер вышел и открыл дверь. Не ослабляя хватки, Майлс вылез, таща Пеппер за собой... Шофер отвел глаза, словно они и в самом деле похожи на любовников, в смятении подумала Пеппер.

Майлс несколько слов сказал шоферу, но Пеппер ничего не поняла, разве что разобрала свое имя. А потом Майлс почти понес ее к лифту.

Содрогаясь, Пеппер попыталась представить, что ее ждет... Неужели они все там? Алекс Барнетт, Ричард Хауэлл и Симон Геррис...

Вот они в лифте. Здесь темно и душно, но невыносимо холодно, и, словно понимая это, Майлс растирает ей плечи. Наверное, будь на его месте кто-то другой, это успокоило бы ее... Пеппер стало бы легко и свободно, словно она маленькая девочка... Но она тотчас выбросила эту мысль из головы, испугавшись собственной податливости. Разве не так поступают все похитители? Сначала они приучают свои жертвы зависеть от себя, а потом терпеть и даже нуждаться в тех, кто больше всего внушает им страх. Но Пеппер им не поддастся. Это нацисты во время войны выработали такую тактику обращения с пленными? Выход, должен быть выход!..

Лифт остановился, но Пеппер прижалась к двери, отказываясь из него выйти. Несколько секунд Майлс молча смотрел на нее своими темными, все понимающими глазами, а потом поднял и понес, еще больше испугав легкостью, с какой сумел с ней справиться. Пеппер словно одеревенела. Однако когда Майлс остановился, чтобы открыть дверь, она судорожно забилась в его руках, но это ни к чему не привело.

Не успела Пеппер опомниться, как дверь с шумом захлопнулась, и они оказались в узком коридорчике, который вел в просторную комнату с великолепным видом из большого окна.

— Это квартира моих знакомых, — сказал Майлс, усаживая ее в кресло.

Пеппер сразу поняла, что квартира принадлежит сильной чувственной женщине, которая умеет наслаждаться удобными креслами и пушистыми коврами. Его бывшая любовница? Или не бывшая?

— Итак, — спокойно произнес Майлс, — мы можем все быстро уладить. Зависит от вас...

— Где остальные? — не удержалась от вопроса Пеппер, у которой от ужаса так пересохло во рту, что она не узнала собственный голос. — Разве вы не позволите им насладиться моим унижением?

— Кто конкретно вас интересует? — холодно спросил Майлс, смерив ее всезнающим взглядом. — Симон Геррис?

Пеппер побелела, и на мгновение Майлс растерялся. Как бы ни было непроницаемо ее лицо, он знал, что она насмерть перепугана, хотя и старается этого не показать. Однако он слишком много узнал о ней, чтобы поверить, будто Пеппер менее чувствительна, чем другие. С чувствами у нее все в порядке, и сейчас она чертовски истерзана ими!

— Пеппер, мы постараемся уладить наше дело вдвоем. В конце концов, достаточно одного мужчины, чтобы...