Дженис Спрингер - Опасные игры

– Миссис Блэкуэлл наорала на меня за то, что я в свой выходной день покинула дом без ее разрешения.

– Она имеет право орать на кого хочет по любому поводу.

– Нет, не имеет, – отрезала Марти. – По крайней мере, на меня.

– Она вас уволит, если что-то будет не по ней.

– Меня здесь ничего не держит.

– Да? – Паркер недоверчиво усмехнулся. – Кто-то недавно говорил совсем другое.

– А сейчас говорю то, что говорю, – упрямо сказала Марти.

– Вы не в духе, мисс Пейсон?

– Да, мистер Паркер.

– Где же вам так испортили настроение? И главное – кто?

Так я тебе и сказала, усмехнулась Марти про себя.

– Это вас не касается, мистер Паркер.

– Ошибаетесь, меня касается все, что происходит в этом доме.

– Мне испортили настроение вовсе не в этом доме, – заметила Марти.

– А где же? – продолжал упорствовать Паркер.

– Это тоже вас не касается.

Паркер поднялся и направился к двери.

– Советую вам быть более сдержанной, если все же хотите сохранить это место.

Интересно, подумала Марти, не так давно я слышала ту же фразу от Роя Холби. Что это все взялись меня предупреждать?

– У тебя что-то сегодня кислый вид, Марти, – сказал Эдди за ужином.

Сара хмыкнула и красноречиво посмотрела на нее, но не сказала ни слова. Впрочем, этого и не требовалось: Сара замечательно умела испортить человеку настроение и без помощи слов.

– Я тоже заметила, что с тобой что-то происходит, – сказала Клэр. – Скажи, что случилось. Мы тут одна семья, возможно, найдем все вместе способ помочь тебе.

На этот раз настала очередь Марти хмыкнуть.

– Семья – это люди, которые живут вместе очень долго и знают друг о друге практически все, – заметила она.

– Марти хочет сказать, – резюмировал Рой, – что мы не сойдем даже за приятелей. Незачем нам доверять свои тайны.

– Она вовсе не это хотела сказать! – воскликнула Глори, которая, несмотря ни на что, всегда старалась защищать Марти.

Марти не стала ни возражать Рою, ни подтверждать слова Глори.

– Со мной все в порядке, – сказала она. – У меня такой характер. Я никогда не искрюсь весельем. Это не в моих привычках.

– Марти Пейсон – мрачная личность. Я бы даже сказал, загадочная. Вполне возможно, когда-нибудь мы обнаружим какой-нибудь пожелтевший от времени скелет в ее шкафу, – с усмешкой изрек Рой, который был сегодня на редкость разговорчив.

– Не выйдет, – встряла Сара. – У нас общий шкаф, и пока никаких трупов я там не обнаружила.

– Еще не вечер.

Марти со стуком положила вилку рядом с тарелкой и поднялась из-за стола. У нее не было никакого настроения слушать весь этот бред. По правде сказать, у Марти вообще не было никакого настроения. Она чувствовала себя на грани отчаяния. Когда Марти встала, все замолчали, исподтишка наблюдая за ней. Она вышла в сад и закрыла за собой дверь, тут же услышав, как разговор возобновился. Марти знала, что говорят о ней, но не собиралась подслушивать.

Ну и пусть, думала она, все равно им на самом деле безразлично, что со мной происходит.

Она прошла вглубь сада и отыскала качели. Наверное, дочь Арнольда Блэкуэлла любила качаться на них, когда была маленькой, мелькнуло в голове у Марти. Знает ли она, какой гнусный человек ее отец? И что она почувствует, когда его посадят в тюрьму?… Если посадят, конечно.

Марти уселась на качели. Видно, никто давно на них не катался, они скрипели так, что у нее свело скулы, поэтому Марти предпочла просто сидеть на них. Она задумалась и просидела бы так еще долго, если бы из задумчивости ее не вывел голос Роя Холби:

– Я смажу их, если хочешь, и они не будут скрипеть.

Марти взглянула на него.

– Вряд ли у меня будет время приходить сюда для того, чтобы развлекаться, качаясь на качелях.

– Что с тобой? – спросил он участливо. Марти молча покачала головой, давая понять, что не собирается ничего объяснять. В этом доме слишком многие старались залезть ей в душу, и Марти это совсем не нравилось.

– Пойдем прогуляемся по саду? – предложил Рой.

Он закурил сигарету, дожидаясь ответа. Марти взглянула на него. Несомненно, чем-то Рой напоминает Мартина, хотя принадлежит к совершенно другому типу мужчин. Мартин был невысоким, светловолосым и сероглазым. А Рой – полная ему противоположность – рост выше среднего, густые темные волосы, выразительные карие глаза… Если Мартин был романтическим героем, то Рою вполне подошла бы роль героя-любовника, коварного соблазнителя. И все же чем-то они были похожи. Но вот чем?…

– Пошли, – сказала Марти и легко встала с качелей.

В этом саду можно было заблудиться ночью.

Дом Марти обследовала почти полностью, но сад не представлял для нее никакого интереса. Оказалось, зря она так думала, потому что они с Роем (кстати, гуляя в полном молчании) вышли к другому концу сада, и Марти наткнулась на еще одни ворота. Вернее сказать, это было нечто среднее между маленькими воротами и калиткой.

– Это что? Черный ход? – Марти подергала массивный замок, который висел на калитке. – Я думала, что этот дом вполне может носить название крепости.

– В любом случае, сюда никто не сможет войти, – сказал спокойно Рой, который вовсе не выглядел удивленным. – Даже перелезть не удастся.

– И тем не менее… – проронила Марти задумчиво.

Ей почему-то не понравилась эта калитка. Марти даже не знала почему. Глупо, конечно.

Этой ночью Марти не спалось. Она проворочалась в кровати до четырех утра и наконец решила, что нет смысла дальше себя мучить. Сара и Глори так мирно посапывали, что Марти им даже позавидовала. Она накинула халат и решила пойти сварить себе кофе. Однако, дойдя до кухни, Марти услышала там тихие голоса.

Кого это еще кроме меня мучает бессонница? – подумала Марти и прислушалась.

Один голос был женский, а другой мужской. Слов Марти не могла разобрать, но поняла, что это шепчутся Ариадна и Паркер.

Марти поплотнее запахнула халат, решив для себя, что если ей суждено быть пойманной с поличным, то, по крайней мере, она всегда может изобразить недоумение и представить все так, будто просто спустилась выпить воды. Сквозь приоткрытую дверь лился приглушенный свет от лампы, укрепленной над рабочим столом. Марти заглянула в щелку и действительно увидела Ариадну и Паркера. Первое, что мелькнуло у нее в голове: эти двое вполне могут оказаться любовниками. Но неужели им негде встречаться, кроме как на кухне, куда каждый может войти? Приглядевшись повнимательнее, Марти увидела, что они не одни, как показалось ей сначала. На стуле у стены сидел худой мужчина средних лет с изможденным лицом. Глаза у него были закрыты, и Марти показалось, что он крепко спит. Еще шире приоткрыв дверь, Марти смогла расслышать все, о чем разговаривают Ариадна и Паркер.