Роз Бейли - Шопинг-терапия

— Здорово ты все устроила. — Я сунула мой непривычно плоский кошелек обратно в серебряную сумочку от «Фенди» и почувствовала себя несколько неуверенно.

Я была рада, что Марчелла взялась за нас, но она не могла опекать нас двадцать четыре часа в сутки. Как я с этим справлюсь?

Как я смогу прожить без кредита?

В какие эмоциональные трясины я погружусь без шопинг-терапии?

Даже думать об этом было тяжело. Ладно, завтра будет время подумать. И еще много таких завтра в будущем.

А сегодня… за все будет заплачено. Вот и отпразднуем так, словно это последняя вечеринка на свете. Для нас с Аланой так оно и было!

Клуб в верхней части города представлял собой одно из тех заводных местечек, где ты просто обязан смеяться и аплодировать, потому что вокруг все сверкает и народ веселится на полную катушку, так что просто неприлично портить общую атмосферу веселья своим кислым видом.

Да, клуб излучал энергетику, а Тревор пребывал в раздраженном, неустойчивом состоянии и в некотором подпитии. Главной новостью являлось го, что Ксавье должен был через два дня лететь в Лос-Анджелес, где планировалась раскрутка его комедийного шоу после того, как кабельное телевидение приняло проект.

— Основные телеканалы обычно запускают такие программы ранней весной, — объяснял нам Ксавье, пока мы стояли в баре у входа в клуб. — Но на кабельном другие порядки.

— Замечательно, — сказала я, понимая, что отъезд Ксавье послужил для Тревора оправданием для того, чтобы напиться.

— Горжусь тобой, братишка. — Тревор похлопал Ксавье по щеке, чуть не упав при этом с табуретки. — Точно горжусь. Вперед, братишка!

— Как здорово! — восхищалась Марчелла. — Поверить не могу, что оказалась знакомой с комиком, ведущим собственное шоу на кабельном ТВ.

— Да, — переминалась я с ноги на ногу, — тетя Несси всегда говорила, что ты прирожденный комик.

Хозяйка клуба провела нас из бара в зал и усадила за столик. Комики еще не начали выступать, свет не погас, и я увидела в зале несколько знакомых лиц. Лидия Джексон, дочь маминой подруги, уж наверняка доложит обо всем, что видела, начиная от моих новых туфель на «шпильке» и кончая сияющим лицом. Мой бывший дружок, Иззи Дэниел, широко улыбался с другого конца зала, давая понять, что выгляжу я превосходно. Иззи — парень неплохой, но слишком увлеченный своими блюзовыми композициями, чтобы вписаться в мой образ жизни. Конечно, мне нравилось, сидя у него на постели, слушать, как он сочиняет музыку, но у меня были и свои дела, более важные, еда, сон, душ. Я помахала в ответ рукой, надеясь, что он не вздумает подходить, и с облегчением увидела, что он был с женщиной, — Иззи обзавелся подружкой. По тому, как они сидели, тесно прижавшись друг к другу, это было серьезно. Ну что ж, желаю ей удачи!

Я принужденно улыбнулась двум женщинам, с которыми мне доводилось встречаться в барах. Неясия и Шарон. По-моему, сестры. Всегда шикарно одеты, аксессуары, туфли, серьги и прочее — все в тон. Я бы поставила им «отлично» за старательность, но результат неизменно оказывался банальным и однотонным. Например, все в красных тонах, включая и оригинальные аксессуары. Или все слишком фиолетовое. Почему-то, глядя на них, я вспоминала проституток, работающих по ночам на Девятой авеню.

По-моему, я уже говорила, что люди не умеют одеваться?

Сестры тут же подбежали к нашему столику и закудахтали вокруг меня, хотя мне было ясно, что их интересует другое. Когда с тобой три привлекательных черных парня, внимание женщин тебе обеспечено. Откуда было знать сестричкам, что один из парней голубой, другой пропойца, а третий себялюбец?

— Что за красавцы сопровождают тебя сегодня? — допытывалась Шарон.

Сегодня она была вся в персиковом, и этот цвет делал ее похожей на пресс-секретаря Общества пасхальных кроликов. И хотя я не люблю злословить, но готова поклясться, что ее юбка была из синтетики. Фу!

Я представила всех друг другу, как положено девушке, с детства воспитанной мамой в строгих правилах.

Неясия вежливостью не отличалась; она быстренько втиснулась на стул между Тревором и Кайлом, на что изысканно одетая Марчелла только саркастически подняла брови, придав лицу выражение «однако?». Тревору удалось несколько протрезветь и произвести впечатление на Неясию. Или, может, она учуяла запах миллионов, которые его мать сделала, на жареных цыплятах. Трудно сказать.

С началом шоу Ксавье ушел, и я сидела между Марчеллой и Тревом. Марчелла до слез смеялась каждой шутке, Хейли тоже увлеклась, но мне было грустно. Меня как-то задел успех Ксавье, особенно по сравнению с моим провалом в качестве фотомодели рук. Несправедливо это. Почему я не получила выгодного предложения?

Извинившись, я вышла из-за стола. Мне необходим свежий воздух. Может, если проветриться, я смогу вернуться и все-таки развлечься немножко.

Но Ксавье перехватил меня по дороге к выходу.

— Куда это ты собралась, женщина?

— Какое тебе дело? — сказала я, проходя через бар.

Воздух на улице ничуть не посвежел. Парило. Стояла все та же жара. Да еще неприятные запахи. Я вздохнула, почувствовав на своем локте руку Экса.

— Что с тобой, Алана? Если бы я тебя не знал, то подумал бы, что ты переживаешь что-то вроде кризиса. Погоди-ка. Действительно, финансовый кризис. Я прав? Тогда все понятно.

— Хорошо, что тебе все понятно, — сказала я с иронией. — Все очень просто.

— Ну, хоть и просто, а людям интересно узнавать про банкротство. Замечательная тема.

Я круто повернулась к нему:

— И думать не смей использовать это в своем выступлении. Хватит с меня принцессы. Как ты мог, Экс? На самом деле.

Уличный свет бросал на его лицо голубые отблески, придавая ему туманный и загадочный вид. Коварство коварством, но Экс и в самом деле был очень красивым парнем.

— Да брось ты, Алана. Ни за что не поверю, что ты приняла это всерьез. Ты служишь мне одним из источников вдохновения в это лето. Публике нравится про принцессу.

— Да что ты говоришь? Ну что ж, один — ноль в твою пользу, Экс. Ты побеждаешь, я покоряюсь.

— Почему ты воспринимаешь это так близко к сердцу?

— Может, потому, что это близко к сердцу.

— Ну да, конечно, говорят, что в хорошей комедии всегда отражается настоящее страдание.

— О, значит, вся эта чушь про принцессу — настоящая?

Он покачал головой:

— Послушай, это не прямо про тебя. Я вовсе не хотел тебя обидеть. Ты такая крутая. Как «Хаммер» на дорогах.

— Ну вот, теперь я еще и «Хаммер»! — у меня сорвался голос, и я с трудом сдержалась.

— Господи, — пошутил он, — не допусти, чтобы меня убила женщина.

Что может быть хуже умного приятеля?

— Ты сравниваешь меня с огромной машиной?