Коди Кеплингер - Простушка

— Смешно, — сказал он, его губы все еще оставались на моей ключице. — Потому, что я уверен, что твой бывший уже уехал из города. — Одна из его рук заползла под простыню между моих коленей. — А ты все еще здесь, разве не так? — Его пальцы скользили вверх и вниз по внутренней стороне моего бедра, заставляя меня забыть о том, что я хотела сказать в ответ. Ему, по-видимому, это нравилось, потому что он снова засмеялся. — Я не думаю, что ты ненавидишь меня, Простушка. Я думаю, что я тебе очень нравлюсь.

Мне ужасно хотелось оспорить его заявление, пока ловкие пальцы Уэсли танцевали вдоль моей ноги, заставляя меня беспрерывно извиваться и посылая электрические разряды по позвоночнику.

Наконец-то, когда я уже думала, что вот-вот взорвусь, его рука передвинулась мне на бедро, и он отстранился от меня.

— О благодарю тебя, боже, — прошептала я, зная, что последует дальше, когда Уэсли потянулся за презервативом в ящике прикроватной тумбочки.

— Это, должно быть, хорошо, что я не возражаю против твоего присутствия, — сказал он с самодовольной ухмылкой. — А теперь позволь мне ответить на все те вопросы о моей ориентации, что не дают тебе покоя.

И моя голова снова наполнилась ватой.

Но я не могла отрицать того, что ситуация как-то выходит из-под моего контроля. Мне четко стало ясно, что что-то явно не так, в пятницу на английском.

Миссис Перкинс раздавала старые работы с оценками и болтала о какой-то книге Норы Робертс, которую она только что прочитала — совершенно не замечая того, что никто ее не слушает. Оставновившись у моего стола, она одарила меня широкой, глупой улыбкой, как у гордой бабушки.

— Твое сочинение было замечательным, — прошептала она. — Очень интересный взгляд на Эстер. Вы с мистером Рашем отличная команда. — Затем она протянула мне бежевую папку и похлопала меня по плечу.

Она отошла, и я открыла папку, немного смущенная ее словами. Внутри лежало несколько листов, которые я сразу же узнала. « Спасение Эстер: Анализ выполнен Бьянкой Пайпер и Уэсли Рашем ». В верхнем левом углу миссис Перкинс красной ручкой поставила нам оценку. Девяносто восемь. Отлично.

Я не могла не расплыться в улыбке. Мне не верилось, что прошел всего месяц с того момента, как мы с Уэсли написали это сочинение в его спальне после того, как впервые переспали. Было такое ощущение, словно прошло несколько десятилетий. Может даже и век. Я посмотрела через класс в его сторону, и моя улыбка испарилась.

Он разговаривал с Луисой Фарр. Нет, не просто разговаривал. Разговоры включали в себя вибрации голосовых связок, а тут происходило намного большее. Его рука лежала на ее колене. Ее щеки розовели. Он одарил ей своей милой, самоуверенной улыбкой.

Нет! Его отвратной улыбкой . С каких это пор я начала думать об этом помпезном свине, как о ком-то милом? И что это за странное ощущение у меня в животе?

Я отвернулась, когда Луиса начала вертеть пальцами свои бусы — безусловный знак флирта.

Шлюшка .

Я встряхнула себя, удивленная и немного обеспокоенная. Что со мной происходит? Луиса Фарр не была шлюшкой. Да, она из группы поддержки — зам капитана Тощей команды — но Кейси ни разу ничего плохого о ней не говорила. Девчонка просто разговаривает с симпатичным парнем. Почему бы и нет? Уэсли не занят, он ни с кем официально не встречается.

Даже со мной…

О Боже! — подумала я, понимая, что означают эти колики в животе.

О Боже! Я ревную. Черт подери, я серьезно его ревную. Вот, блин!

Решив, что я наверное больна — температура или ПМС, или что-то еще серьезно нарушало функционирование моей мозговой деятельности, потому что я просто не могла ревновать такого бабника, как Уэсли, особенно когда он заигрывал с кем-то другим. Я к тому, что это было нормальным. Земля бы перестала вращаться, если бы Уэсли не флиртовал с какой-нибудь бедной, наивной девчонкой. Так чего же мне ревновать? Это просто глупо. Я, должно быть, больна. Вот и все.

— Бьянка, ты в порядке? — спросила Джессика. Она развернулась на месте, чтобы посмотреть на меня. — Ты выглядишь раздраженно. Злишься на что-то?

— Я в порядке. — Но я процедила это сквозь зубы.

— Окей, — ответила Джессика. Она была такая же доверчивая, как и моя мама. — Послушай, Бьянка, я правда думаю, что тебе стоит поговорить с Кейси. Она расстроена, и вам давно пора поговорить по душам. Может сегодня после школы?

— Ага… ладно. — Но я ее не слушала. Я придумывала возможности подпортить красивенькое личико Луисы.

ПМС. Это точно просто острый приступ ПМС.

Как только прозвенел звонок, я пулей вылетела из класса. Моя голова взорвалась бы, если бы я еще раз услышала ее о-я-так-рада-что-ты-со-ной-флиртуешь-Уэсли хихиканье. И что с того, что она тощая, как мой мизинец и ее сиськи размером с два баскетбольных меча! Уверена, ее IQ равняется двадцати семи.

Прекрати это! — сказала я себе. — Луиса никогда мне ничего не делала. У меня нет права думать так о ней… даже если она и полная дура .

Я закинула учебники в свой шкафчик и поспешила в столовую, мечтая убраться от школьного здания подальше. Я была настолько сфокусирована на своих мыслях о моей, вызванной ПМСом, ревности, что я даже не заметила Тоби, пока не остановилась как вкопанная в нескольких сантиметрах от него.

— Торопишься куда-то? — спросил он.

— Вроде того, — вздохнула я. — Извини, что чуть не врезалась в тебя.

— Не переживай на этот счет. — Он нервно поправил свои очки. — Но ты не против немного сбавить скорость? Я бы хотел с тобой поговорить.

Я не была особо удивлена. Мы с Тоби за последние недели стали друзьями. По большей части, мы разговаривали на политологии, но знаете, это был большой шаг вперед.

Я даже начала комфортно чувствовать себя с ним. Хоть мое сердце и трепетало немного в груди, когда он заходил в класс, я больше не волновалась о том, что у меня внезапно пропадет голос.

— Конечно. — По крайней мере, он отвлечет меня на несколько минут.

Он улыбнулся и приравнялся к моему шагу.

— Ты умеешь хранить секреты? — спросил он, когда мы подошли к столовой, где собралась толпа учеников, ожидающих последнего звонка.

— Больше да, чем нет. А что?

— Помнишь, я пропустил школу пару недель назад? После Дня Святого Валентина?

— Ага. На мой взгляд, это был худший день в жизни мистера Чосера. Я думала, он заплачет, поняв, что никто за него большую часть работы делать не будет.

Тоби засмеялся — но это был короткий смешок — и сказал:

— Я пропустил школу… ну, для интервью. — Он достал большой конверт из-под пиджака и прошептал: — Я подал документы в Гарвард. И сегодня утром мне пришел ответ.

— И почему же это секрет?

Его щеки покрылись очень милым румянцем.