Мерил Сойер - Поцелуй в темноте

Ройс сидела в кресле. Специалист укрепляя у нее на голове обруч с проводками, готовя ее к проверке на детекторе лжи. Ее глаза закрывали особые линзы. Скосив глаза, она разглядела Митча и Пола – они беседовали с врачом, присутствовавшим на сеансе.

Ройс уже сделали анализ на присутствие наркотиков в организме. Митч проявил себя безупречным профессионалом. Она не сомневалась, что такую нее степень профессионализма он проявил бы и в постели.

Впрочем, она кляла себя за недавнюю готовность отдаться ему. В случившемся была виновата одна она.

Сознайся, Митч привлекает тебя как мужчина. Что бы он ни натворил, твоему телу нет до этого никакого дела. Впрочем, разговор с Уолли ее отрезвил: в решающий час – а он, судя по всему, уже пробил – следует рассчитывать прежде всего на близких. Отец любил ее, и она не желала предавать его память.

– Мы готовы, – сказал ей врач. – Включаем лазер. – Бело-синий луч света был так тонок, что мог бы пройти в угольное ушко. Она несколько раз моргнула, прежде чем освоилась с лучом.

– Лазер фиксирует малейшие изменения в размере зрачка.

– Если я солгу, зрачок сузится, – сказал она. Технологию проверки ей объяснил Пол; Митч по дороге отмалчивался.

– Верно, – сказал врач. – Лазер отметит любое изменение. Митч и Пол сидят у мониторов. Они тоже будут задавать вам вопросы.

– Сеанс даст нам всю необходимую информацию, – сказал Пол. Сидевший рядом с ним Митч не сводил с Ройс глаз.

– Я тоже готова, – сказала Ройс, которой хотелось побыстрее разделаться со всем этим. Идея рекламной кампании была ей неприятна, но Митч настаивал, что залог выигрыша любого дела – правильный подбор присяжных. Митч хотел, чтобы еще до суда будущие присяжные усомнились в вине Ройс, а единственным способом повлиять на них было провести громкую кампанию.

Врач начал с вопросов о ее прошлом, а потом сказал:

– Ответьте, почему вы уверены, что это преступление – дело рук Элеоноры Фаренхолт.

– Она всегда плохо ко мне относилась. Когда я открыла сумочку и нашла в ней драгоценности, клянусь, она злорадствовала!

– Вы считаете, что и наркотики подложила она.

– Да. Все знали, где мой тайник с ключом. Сомневаюсь, чтобы она сама взяла на себя грязную работу – скорее всего наняла кого-то.

– А осведомитель? – вмешался Митч.

– Тоже ее работа. Не знаю, что и как, но денег у нее куры не клюют. Для нее не существует никаких проблем.

– Приведите пример какого-нибудь нехорошего поступка Элеоноры перед преступлением.

– Она всегда говорила мне гадости: например, предлагала обратиться к ее портнихе, чтобы я лучше одевалась, рекомендовала прочесть ту или иную книгу для пополнения знаний и так далее. Но главное – она вечно ставила мне в пример Кэролайн. Кэролайн – само совершенство, о чем Элеонора никогда не забывала мне напомнить. – Ройс заколебалась. Сказать ли им?..

– Сужение! – объявил врач. Господи, ну и прибор!

– Элеонора предложила мне присоединиться к одной из ее благотворительных акций. Это был просто предлог сойтись и поболтать, но раз в год женщины устраивали ленчи для сбора средств на помощь слепым детям. Готовили они сами – забавное зрелище: ведь у всех этих дам собственные повара. Элеонора была председателем комитета по салату. Каждый год кто-то привозил салат прямо с грядки. Моя обязанность заключалась в том, чтобы мыть листья. Дамочки придумали способ, как мыть грязный салат. Отъявленная глупость: они клали его в наволочку, засовывали в стиральную машину и включали ополаскивание. Они утверждали, что успешно делали это из года в год. Главное – остановить машину, прежде чем включится отжим. И вот картина: я нахожусь в подвале особняка, слежу за салатом в стиральной машине и коротаю время за резкой сельдерея. Со мной только Элеонора. Я поднимаю глаза – а машина уже вовсю отжимает!

В кабинете воцарилась тишина. Ройс скосила глаза и заметила, что Пол делает над собой усилие, сохраняя серьезный вид.

– Знаю, это звучит глупо, но Элеонора специально переключила машину. Эта особа обожает делать гадости.

Молчание. Ройс не стала упоминать о том, какое унижение испытала тогда.

– Элеонора убедила своих подруг, что в случившемся виновата я. Ленч был испорчен.

– Опишите свои отношения с Уордом Фаренхолтом.

– Никаких отношений не было, – ответила она врачу. – Он часами точил лясы с Кэролайн, а со мной разговаривал только тогда, когда никак не мог избежать этой неприятной необходимости.

– Как он относился к Бренту? – спросил Митч.

– Уорд мало кого любит. С Брентом он очень суров. Он слишком многого требует от сына. Он с ним жесток.

– Как вы относитесь к Кэролайн? – спросил врач.

– Она всегда была со мной мила, но любить человека, которого вам постоянно ставят в пример, очень трудно.

– Отношение Брента к Кэролайн.

– Братская любовь. – Ответ предназначался Полу. – Он всегда был к ней добр. Элеонора души не чает в Кэролайн, словно та ей родная дочь. Даже Уорд, который во всех видит кучу недостатков, любит ее. Он проводит с ней не меньше времени, чем Элеонора, а то и больше.

– У вас были основания заподозрить кого-то из них в употреблении наркотиков?

– Никогда.

– А сами вы когда-нибудь употребляли наркотики?

– Однажды, еще в колледже, я пробовала марихуану. Это все.

– Вы знали, что в вашем доме хранится кокаин?

– Понятия не имела.

– Вы когда-нибудь встречались с женщиной по имени Линда Аллен?

– Никогда. – Она впервые услышала это имя час назад от Митча, рассказавшего ей об осведомительнице.

– Это вы украли сережки?

– Нет, не я. Я к ним не прикасалась.

– Давайте поговорим о Бренте Фаренхолте, – предложил Митч.

Давайте не будем, подумала Ройс. Сначала она тешилась глупой надеждой, что Брент вспомнит о ней, потом, когда он не удосужился даже позвонить и узнать, как ее дела, обида сменилась злостью. Впрочем, злилась она больше на саму себя. Как ее угораздило не разглядеть эту черту Брента?

– Как вы встретились? – настаивал Митч. Выслушав ее ответ, он спросил: – Талиа давала тебе основания подозревать, что твое встречи с Брентом ее огорчают?

– Нет, но я всегда испытывала чувство вины. Она потеряла от него голову, а он вдруг взял и утратил к ней всякий интерес. Я бы ни за что не согласилась с ним встречаться, но Талиа настояла.

– Что ты нашла в Бренте Фаренхолте? – спросил Митч.

Ройс замялась. Ей не хотелось, чтобы Митч задавал ей такие вопросы. У нее в душе осталась незажившая рана: Брент подвел ее в момент, когда она больше всего в нем нуждалась. Как теперь объяснить, за что она его полюбила?

– С ним хорошо. С ним женщина чувствует себя королевой. Он заботливый и… – Она едва не назвала его верным!