Рэдклифф - УЗЫ ЧЕСТИ

Кэм глубоко вдохнула. Ей так не хотелось просить об этом, но другого выхода не было.

– Мне бы хотелось, чтобы ты еще раз подумала о воскресном марафоне. Я бы предпочла, чтобы ты в нем не участвовала.

Блэр напряглась, перестав водить карандашом.

– Но я должна. Я открываю этот марафон и произношу главную речь.

– Может быть, ты просто выступишь, но не побежишь? – предложила Кэм.

Отложив альбом в сторону, Блэр повернулась к Кэм. Впервые за все это время она посмотрела Кэм прямо в глаза.

– Для меня это не просто политическое событие. Это личное.

Кэм кивнула, она прекрасно все понимала. В воскресенье должен был состояться ежегодный благотворительный марафон с целью сбора средств для лечения рака груди. Мать Блэр умерла от этой болезни, когда девочке было девять лет. Кэм понимала, что значит потерять одного из родителей, к тому же будучи ребенком.

– Я прошу тебя не участвовать в забеге, настоятельно рекомендую прислушаться ко мне.

Блэр знала, что Кэм не может приказать ей не принимать участия в марафоне.

– Почему ты просишь меня об этом?

Кэм замешкалась с ответом. Ее работа заключалась не только в обеспечении безопасности девушки, но и в том, чтобы хотя бы немного дать ей почувствовать, что она живет нормальной жизнью. Кэм не хотела волновать Блэр без особой надобности. Это ей платили за то, чтобы она волновалась. Поэтому Кэм ушла от прямого ответа.

– Не уверена, что пробегу почти двадцать пять километров, – сказала она.

Кэм не собиралась говорить Блэр, что процесс охраны во время марафона будет сущим кошмаром для всей службы безопасности. И что даже при содействии полиции Нью-Йорка и департамента транспортной полиции и при наличии агентов по всему маршруту Блэр не будет хорошо защищена. Обеспечить охрану на таком масштабном мероприятии трудно даже в обычных условиях, а теперь, когда Блэр угрожал Ухажер, исключить на все сто процентов вероятность покушения становилось практически невозможной задачей.

Кэм подумала, не попросить ли директора Секретной службы, связаться с начальником охраны президента и таким образом попытаться переиграть Блэр. Но Кэм слишком хорошо знала, что, если запретить девушке принимать участие в чем-то важном для нее, она, скорее всего, поступит в точности до наоборот и вообще может отказаться сотрудничать с охраной. Кэм промолчала, давая девушке время обдумать ее просьбу.

– Мне нужно сделать это, – спокойно сказала Блэр. – Я видела, как вы бегаете, коммандер. Вы справитесь с этой дистанцией. Со мной все будет в порядке. – Не успев подумать, Блэр добавила: – Мне будет приятно, если вы составите мне компанию.

Кэм молча взвешивала варианты. Как раз по этой причине личные взаимоотношения с охраняемым объектом категорически не поощрялись. Кэм не могла рассуждать объективно, потому что делала скидку на чувства Блэр. Она боялась, что, возможно, больше заботится как раз о чувствах девушки, чем о ее безопасности. Личное участие подрывало ее позиции, ее авторитет и хуже всего – мешало принимать решения без эмоций. Кэм выругалась про себя.

– Я очень надеюсь, что Старк тоже сможет пробежать эту дистанцию, потому что нам обеим придется быть рядом с вами.

– Спасибо, – тихо поблагодарила Блэр. Она знала, что Кэм пошла ей на уступку. Она быстро прикоснулась к руке коммандера, давая понять, что ценит это. – Все будет нормально, – сказала Блэр, отчаянно надеясь, что все действительно так и будет.

Кэм знала, что ей пора идти. В этом тихом уголке Блэр искала уединения и спокойствия, а она лишь принесла с собой ощущение опасности и неуверенности. Впервые за все время, с момента ее повторного назначения, Кэм пожалела, что у нее такая работа.

– Прости, что мне пришлось сообщить тебе все это, – призналась Кэм, удивив тем самым и Блэр, и себя. – Мне лучше уйти и дать тебе возможность поработать.

– Тебе не за что извиняться. И не обязательно уходить, – мягко возразила Блэр.

Прежде чем Кэм смогла ответить, в ее наушнике раздался голос. Она слегка отвернулась, прислушиваясь. Лицо коммандера помрачнело, но голос остался по-прежнему невозмутимым, когда она заговорила в крошечный микрофон, прикрепленный к лацкану блейзера.

– Тогда направьте его сюда.

Повернувшись к Блэр, Кэм сообщила:

– Похоже, у нас будет компания.

Блэр обвела взглядом сквер и увидела крупного мужчину, спешно приближающегося к ним.

– Должно быть, это ФБР, – сквозь зубы процедила девушка, слегка скривившись от отвращения.

Кэм невольно рассмеялась.

– Вы очень наблюдательны, мисс Пауэлл. Возможно, вам стоит задуматься о карьере в разведке.

Блэр слабо улыбнулась, но ее взгляд остался серьезным.

– Поверьте, коммандер, я могу распознать сотрудника любой нашей уважаемой разведслужбы лишь по покрою его костюма и степени высокомерия, сквозящей в походке. Агенты Секретной службы, по крайней мере, всегда вежливы.

– Мисс Пауэлл, – властно произнес крепкий мужчина, глядя на сидевших на скамейке женщин, но подчеркнуто игнорируя Кэм. – Специальный агент Патрик Дойл, Федеральное бюро расследований. Я бы хотел переговорить с вами лично, поскольку буду курировать вашу охрану до тех пор, пока мы не обезвредим вашего преследователя.

Блэр почувствовала, как напряглась Кэм, и очень холодно ответила:

– Мистер Дойл, мою охрану возглавляет коммандер Робертс. Если вы хотите обсудить со мной какие-либо вопросы по этой части, вы можете сделать это через нее. Одной встречи в день с руководством охраны для меня более чем достаточно, – с этими словами Блэр подхватила свой альбом и карандаши и резко поднялась с места, заставив Дойла отступить на шаг назад.

Блэр бегло посмотрела на Кэм. Для Дойла выражение лица коммандера было практически непроницаемым, а вот Блэр увидела смешинку в ее взгляде. Она тепло улыбнулась Кэм на прощание и ушла со словами:

– Оставлю вас, разбирайтесь между собой.

Патрик Дойл развернулся, провожая Блэр взглядом. На его лице заходили желваки. Когда он снова посмотрел на Кэм, к ярости в его взгляде прибавилось презрение.

– Она не понимает, как лучше для нее, – сказал он снисходительно. – Думаете, вы знаете, что для нее лучше?

Кэм поднялась со скамейки, оказавшись почти вровень с Дойлом. Они схлестнулись взглядами.

– Не стану притворяться, будто знаю, что лучше всего для мисс Пауэлл, но могу заверить вас в одном: я точно знаю, что лучше делать для обеспечения ее безопасности. И еще, советую вам поделиться со мной всей информацией и рекомендациями, касающимися этого дела. Таковы инструкции, и я полагаю, вы не станете их нарушать.

Дойл шагнул вперед, безуспешно попытавшись заставить Кэм отступить. Теперь они стояли почти вплотную друг к другу.