Лесли Пирс - Камелия

Энтузиазм Дили был заразителен. Оглядываясь вокруг, Камелия уже представляла, как эта комната превратится в прекрасную гостиную, когда из нее вынесут столы, стулья и коробки с кофе и сахаром. На столе у окна стояла печатная машинка и лежала небольшая стопка бумаги.

— Это та самая книга? — спросила Мэл.

Конрад кивнул.

— Я переписываю ее заново. Я знаю, что у меня в сердце она прекрасна, только надо подобрать нужные слова. Кстати, писанина меня терзает, я ею одержим.

— Можно будет почитать?

Конрад зарделся и опустил голову.

— Мне бы очень этого хотелось. Никто еще не проявлял к ней интерес.

Мэл догадалась, что он хотел сказать: «Никто никогда не интересовался мной». Ей было знакомо это чувство.

— Меня интересует все, что связано с вами, — сказала она, вдруг осознав, что на самом деле хочет у него работать. — А сейчас покажите мне здесь все.

— Придется напрячь воображение, — предупредил он Камелию еще раз. — Я буду очень рад любым предложениям насчет того, чтобы сделать это место более уютным.

В квартире было все необходимое. Кон сказал, что бывшие владельцы дома продавали ее отдельно от магазина. За большой комнатой находилась маленькая кухня. Рядом с ней были две небольшие комнаты, одна служила кабинетом, а вторая спальней. На полу не было ковра, везде валялись коробки.

— Это тебя вряд ли впечатлит, — сказал он, указывая на старые вещи и мебель. — Но, поверь мне, я наведу здесь порядок. — Он прошел вперед и открыл еще одну дверь, за которой была ведущая наверх лестница. — Там еще две комнаты и ванная. Вот там ты и будешь жить!

Мэл комнаты наверху сразу понравились, несмотря на то что они еще пустовали. Это были маленькие комнатки со скошенным потолком, с выкрашенными в белый цвет стенами.

— Я не хочу, чтобы мой ресторан был шикарным, — кричал Дили из кухни, наливая чай. — Я хочу, чтобы здесь царила веселая, теплая атмосфера, такая, как в Дублине. Ты понимаешь, что я хочу сказать?

Мэл никогда не была в Дублине, но она понимала Конрада. Хотя он и прожил в Англии много лет, все же у него был чисто ирландский характер. Он напоминал ей Айдена своим веселым нравом и неординарным чувством юмора. Но вряд ли Конрад был сердцеедом. Было невозможно представить, что у него есть жена или уголовное прошлое. Мэл могла вообразить, как он танцует, даже играет на скрипке, но знала, что приставать к ней он точно не будет.

Может быть, ей придется выполнять львиную долю работы, может быть, она потеряла голову от этого места, но Камелия чувствовала, что все дороги вели ее к Конраду и к его ресторану.

Дили почти не спрашивал ее о том, что она делала до того, как начала работать в кафе Пегги. Он просто показал меню, которое составил сам, и спросил, знакома ли она с блюдами.

— Я могу себе все это представить, — заверила его Мэл, про себя отметив, что в его десертах отсутствует разнообразие и что скоро она ему все равно об этом скажет. — Мне очень нравится эта работа.

— Но я же еще не показал ресторан! — воскликнул Кон, удивившись. — И ничего не сказал о зарплате.

За два часа, проведенные с Конрадом, Камелия успела изучить его характер и вкусы, поэтому могла в точности предсказать, каким будет результат. Ей понравились зеленые, в разводах, стулья и столы, сложенные до потолка, и кухня была первоклассной. Но больше всего ее подкупило обаяние Дили. Он со своей стороны старался угодить ей в зарплате, чтобы она получала не меньше, чем у Пегги, а она, в свою очередь, готова была рискнуть.

По тому, как он смеялся, рассказывая о своей семье, Мэл поняла: он долго привыкал к тому, что родные не любили его и не нуждались в нем. Он был совершенно не сексуален, но благодаря этому с ним будет легче жить. В глубине души они уже стали братом и сестрой.

— Кон, я просто чувствую, что это мне подходит, — сказала Камелия. В ее душе появилось радостное чувство, почти такое же, как тогда, когда Магнус предложил ей начать все сначала. — Я знаю, что ты еще не сделал свой выбор, но надеюсь, что ты выберешь меня.

— Тогда эта работа уже твоя, — улыбнулся Конрад. — Двадцать фунтов тебя устроит? Когда откроемся, можно будет пересмотреть зарплату и договориться о премиальных.

Столько же Мэл зарабатывала у Пегги, но ей еще приходилось платить за квартиру.

— Прекрасно! — проговорила она, широко улыбаясь.

— Тогда завтра же увольняйся и позвони мне, чтобы сказать, когда ты сможешь переехать, — произнес Кон, при этом его глаза заблестели от удовольствия. — Как только ты позвонила, я понял, что ты подойдешь.

Три недели спустя Мэл, стоя на коленях, мыла пол в кухне. Конрад сидел на стуле в ресторане и составлял список покупок.

— Нам нужно средство для мытья плиты, — крикнула Мэл.

— Подожди, ее еще надо запачкать, — рассмеялся Конрад, подходя к двери и глядя на Мэл. Ее волосы выбились из-под резинки и упали на раскрасневшееся лицо, руки были по локоть в грязной воде. На джинсах виднелось пятно от краски, на футболке была грязь, а из кроссовки выглядывал большой палец. Но выглядела она счастливой. Ее взгляд уже не был потерянным, как в тот вечер, когда она пришла на собеседование.

Мэл присела на корточки, держа тряпку в покрасневших от воды руках.

— Надо думать наперед, — объяснила она. — Если мы будем ждать, пока загрязнится плита, то окажемся в затруднительном положении. Надо купить еще моющее средство для кафеля, его надо будет мыть ежедневно.

— Какой источник мудрости! — подшутил Дили. — Тебе известна ирландская пословица: когда по кухне бегают цыплята, бесполезно мыть каминную решетку, не говоря уже о плите? Это будет веселое место, запомни это!

— У инспекторов здравоохранения нет чувства юмора, — парировала Мэл. — Ты, мой сказочный гном, будешь застигнут врасплох!

— У Пегги ты тоже так хамила? Кстати, я купил резиновые перчатки для такой работы. Твои руки похожи на руки моей матери!

— Скоро у нас будут рабы для того, чтобы делать грязную работу, — крикнула Камелия, когда Кон направился к выходу. — Не забудь средство для плиты!

Снаружи, на темно-зеленом фасаде, мужчина выводил золотыми буквами «Конрадз Саппер Румз». Завтра, 15 апреля, состоится открытие.

Мэл думала, что у Пегги тяжело. Но последние три недели она работала еще тяжелее: распаковывала стаканы, фарфор и ножи, убирала за рабочими, двигала мебель, готовила блюда про запас и складывала все в морозилку. Приготовления подходили к концу.

Камелия вымыла пол в кухне, потом в ресторане. Пока он высыхал, она села на стул возле бара и с удовольствием осмотрела их совместную с Конрадом работу.

Кон был гением. В эту узкую, длинную, обычную комнату он вселил свой характер. Белые, обшитые пластиком стены, зеленые стулья и ковер создавали ощущение света, а большое зеркало в конце комнаты увеличивало пространство. Медные бра с зелеными узорами делали ресторан похожим на деревенскую кухню, но современные картинки естественных тонов облагораживали помещение. Бар, находившийся прямо за дверью, был очень маленький и придавал заведению интимный, уютный вид. Оставалось еще повесить белые кружевные шторы на медный карниз. Завтра на каждом столе будут стоять цветы и свечи.