Лесли Пирс - Камелия

Хелен нервно теребила юбку. Сэру Маелзу было неловко, но это, скорее всего, объяснялось его возрастом и усталостью. Ник наклонился вперед. Он внимательно слушал и с нетерпением ждал развязки. Только Магнус был абсолютно спокоен.

— Я не собираюсь ходить вокруг да около, — продолжал Конрад, стараясь сохранять спокойствие. — Мэл уверена, что это Эдвард убил ее мать, потому что Бонни что-то знала и грозилась об этом рассказать. Эдвард думал, что Бонни передала все Камелии, поэтому он и пытался ее убить. Так как в газете было написано, что Хелен хочет ее найти, Мэл уверена в том, что мисс Фостер замешана во всем этом.

— Большей чепухи я не слышал за всю свою жизнь, — закричал сэр Маелз, прежде чем Конрад успел перевести дыхание. — Эта девушка просто дура, если считает, что Хелен к этому причастна.

— Мэл не дура! — возмущенно возразил Конрад. — Она сейчас очень расстроена, и было бы странно, если бы было по-другому. Она чуть не погибла. Насколько я понимаю, причиной являются те письма, которые Мэл нашла после смерти Бонни. И каждый из вас втянут в это дело из-за них. Кто-то в этой комнате знает секрет, из-за которого Эдвард убил Бонни. Пока вы не расскажете обо всем Мэл, она не сможет доверять никому из вас.

— Она может доверять мне, — выпалил Ник. — Я делал все, чтобы разгадать эту тайну. Как она ко мне относится?

— Страдает, — спокойно ответил Конрад. Если бы он встретил Ника при других обстоятельствах, он засомневался бы, что этот парень способен любить кого-то, кроме самого себя. Но Кон чувствовал, что Ник любит Мэл. Магнус рассказал ему обо всем, что сделал его сын. Голубые глаза Ника были полны искренности, и он так внимательно вслушивался в каждое слово Конрада, как будто так он мог стать ближе к Мэл. — Как только Камелия узнала, что вы сын Магнуса, она потеряла покой. Я думаю, она захочет увидеть вас только тогда, когда вы предоставите ей истинные доказательства того, что она не ваша сестра. Если вы так за нее переживаете, то вы должны вытянуть из людей, сидящих в этой комнате, все, что им известно.

Несколько минут никто не мог произнести ни слова. Ник вопросительно оглядывался по сторонам. Магнус смотрел на Хелен, как бы уговаривая ее заговорить. Сэр Маелз внимательно разглядывал свое колено, при этом его подбородок скрылся в складках кожи.

— У меня есть доказательства, — раздался хриплый голос Хелен.

Все посмотрели на нее. Ник оживленно к ней повернулся, Магнус наклонился в кресле, а сэр Маелз широко открыл глаза и с ужасом взглянул на нее.

Конрад внимательно смотрел на Хелен, ожидая театральных трюков. Но взгляд ее был спокоен, в глазах блестели странные огоньки. Ее полная нижняя губа дрожала от волнения.

— Как бы мне хотелось рассказать вам обо всем этом и покончить с этой тайной, — сказала она, понизив голос. Ее глаза наполнились слезами. — Но то, что я хочу сказать, предназначено только для ушей Камелии. Конрад, вам надо ее убедить, что я дала интервью только ради того, чтобы найти ее и рассказать ей свою историю. Она не должна бояться никого из сидящих в этой комнате.

Конрад оживился. Он хотел пригрозить, что все расскажет полиции. Но теперь такая необходимость отпала.

— Я передам ей, если вы скажете, почему Манинг хотел убить Мэл.

Хелен раздумывала всего секунду.

— Он знал, что, как только я с ней встречусь, его место в моем сердце будет занято.

Конрад удивился такому ответу, но это было похоже на правду. Магнус привстал на стуле, как бы желая к ней подойти. Ник был поражен, как и Конрад. Сэр Маелз немного заволновался.

До этого момента он почти не принимал участия в разговоре. Он сидел в кресле, сложив руки на большом животе, вид у него был непроницаемый, как у судьи. Но сейчас Маелз выказал участие. У него на лбу выступил пот. Он нервно облизывал губы и пристально смотрел на Хелен.

Конрад вздохнул и торопливо спросил, пока смелость окончательно не покинула его:

— А вы, сэр? Вы не скажете мне, какую роль сыграли во всем этом?

— Роль глупца, — ответил сэр Маелз. — Старого глупца, которому надо было несколько лет назад смело признать свои ошибки и послушать чужих советов, а не отмахиваться от них.

Конрад собирался спросить, что он имел в виду, как вдруг увидел то, что когда-то заметил Ник.

Глаза старика были не видны из-за складок кожи, но когда он говорил, они открылись шире, и Конрад увидел в них правду. У сэра Маелза были такие же миндалевидные глаза, как у Мэл. Сходство было несомненным.

— После заявления Хелен я тоже хочу внести ясность в это дело, — продолжал Маелз. Его спокойный голос гремел на всю комнату. Он посмотрел на актрису, как будто ожидая согласия. — Но, как и Хелен, я должен сказать об этом только Камелии. Но я могу вас заверить, Конрад, что никто из присутствующих здесь не связан со смертью Бонни, и никто из нас не знает, почему Эдвард скрыл от Хелен письмо Камелии. К своему стыду я должен признать, что считал Манинга иррациональным и душевно нестабильным человеком, но не буду обсуждать эти инстинктивные чувства. Я твердо могу сказать: я не догадывался, что этот человек способен такое придумать.

Наступила тишина, в воздухе повисло напряжение. Конрад понял, что сегодня у него ничего не получится.

— Я очень благодарен вам за вашу искренность, — произнес он, — завтра я передам Мэл все, что вы сказали, а потом сообщу вам о ее решении.

— Спросите ее, позволит ли она мне забрать ее сюда до полного выздоровления? — озабоченно попросил Магнус.

Конрад вспомнил, что Мэл как-то сравнила этого мужчину со львом. Теперь он понял почему. Не только из-за широкого носа, гривы волос и величественной осанки. В Магнусе чувствовалась гордость и сила.

— Вам лучше самому у нее об этом спросить, — произнес Конрад. — Есть опасность того, что Манинг может прийти сюда. Его ведь не поймали.

Полиция еще не напала на след Эдварда. Хелен думала, что он в Манчестере. Полицейские попросили помощи у общественности в поисках темно-синего «Ягуара», но ни одно сообщение не подтвердилось. Хелен даже не знала, что он все еще владел старым домом своей бабушки. Она думала, что он продал его несколько лет назад.

— Сомневаюсь, что он придет сюда. Но я могу сделать из «Окландз» форт Нокс, если появится такая необходимость, — заявил Магнус таким тоном, что стало понятно: он убил бы Манинга голыми руками, если бы тот переступил порог его дома.

— Подождем, что скажет Мэл. — Конрад поднялся. — Но я бы допросил, чтобы никто из вас не приближался к ней до тех пор, пока она не будет к этому готова.

Ник недовольно ухмыльнулся.

— Даже я?

— Особенно вы. — У Конрада было странное чувство, когда он это произнес. Раньше ему не приходилось отказывать таким людям, как Ник. — Она все еще уязвима. Пусть сначала послушает, что ей скажут Хелен и сэр Маелз. Дайте ей немного свободы.