Сандра БРАУН - ШАРАДА

Чтобы собрать эту информацию, потребовались месяцы, но удивляло то, как много можно было узнать о человеке, если посвятить этому асе свое время. Конечно, из-за ее известности многое можно было почерпнуть из прессы, хотя правдивость этой информации иногда вызывала сомнения. Газеты не всегда точны, поэтому собранные из них «факты» надо было проверить.

Интересно, отчего с ней произошла такая перемена. Она собиралась сменить свою сказочную жизнь в Голливуде на нечто вроде благотворительной деятельности в Сан-Антонио в Техасе.

Кэт Дэлани умеет заинтриговать, ее будет очень любопытно узнать поближе.

И не так-то просто убить.

Май 1994 г.

– Послушайте, может быть, я кажусь вам сумасшедшим, но, знаете, я тут сижу вон в той кабине и думаю, где же я вас видел, и вдруг меня осеняет. Вы ведь Алекс Пирсон?

– Нет.

– Уверены в этом?

– Абсолютно.

– Черт возьми. Я мог бы поклясться, что вы – это он. Вы очень на него похожи. Писатель, может, знаете? Написал тот криминальный роман, что все сейчас читают. Вы его двойник.

Это продолжалось уже достаточно долго. Алекс протянул ему правую руку.

– Алекс Пирс.

– Черт побери! Я знал, что это вы! Узнал вас по фотографии на обложке вашей книги. Мое имя Лестер Доббс. -Дружелюбный незнакомец с энтузиазмом потряс его руку. – Рад с вами познакомиться, Алекс. Можно, я буду называть вас просто Алексом?

– Конечно.

Не дожидаясь приглашения, Доббс проскользнул в кабинку и сел напротив Пирса. В этот час в кафе «У Денни» В самом разгаре было время завтрака. Помещение было забито теми, кто спешил на работу, и теми, кто зашел сюда после ночной смены.

Доббс поманил к себе официантку и заказал еще одну чашечку кофе.

Алекс сложил утреннюю газету, которую читал, и положил ее рядом с собой на сиденье, чувствуя, что ему не скоро можно будет к ней вернуться.

Доббс начал разговор:

– Я читал, что вы из Техаса. Не думал, что вы все еще живете здесь, в Хьюстоне.

– А я и не живу здесь. По крайней мере, не постоянно. Так, переезжаю с места на место.

– Думаю, ваша работа позволяет вам свободно передвигаться.

– Я могу воткнуть компьютер в розетку в любом месите, где есть почта и телефон.

– А мне так путешествовать нельзя, – с сожалением проговорил Доббс. – Я работаю на нефтеперегонном заводе. Уже двадцать два года. Он себе все стоит и стоит на одном месте, ну и я с ним. Работа дает мне хлеб насущный, но это все, что я могу про нее сказать. А бригадир у меня – так и просто негодяй. Настоящий скряга и зануда, когда дело касается учета рабочего времени, вы меня понимаете?

– Да, я знаю таких людей, – сочувственно ответил Алекс.

– А вы ведь когда-то были полицейским, не так ли?

– Верно.

– Поменяли диск автомата на флоппи-диск? Алекс удивленно взглянул на него.

– Недурно сказано, а? – рассмеялся Доббс. – Это не я придумал. Прочел в статье о вас в воскресном приложении несколько месяцев назад. Ну и вроде как засело у меня в голове. Здесь что, не курят? Черт. Одним словом, я и моя жена – ваши рьяные почитатели.

– Рад это слышать.

– Я вообще мало читаю, знаете ли. А вот она носа из книг не высовывает. Покупает их у букиниста – по дюжине и больше за раз. А мне нравится только то, что пишете вы, чем больше крови, тем лучше.

Алекс кивнул и отпил глоток из своей чашки. Доббс наклонился вперед и понизил голос до интимного шепота:

– И чем больше порнухи, тем тоже лучше, вы меня понимаете? Господи, чего там только в этой вашей книжице не было! Я возбуждался через каждые двадцать страниц. И от жены вам тоже спасибо. – Он заговорщически подмигнул.

Алекс с трудом удерживался, чтобы не рассмеяться.

– Рад, что вы приняли сюжет так близко к сердцу.

– Э-э, а вы и вправду знакомы с бабами вроде той, что у вас в книге? Вам когда-нибудь показывали тот финт с перышком, как эта девица вашему герою?

Всем Лестерам Доббсам в этом мире хотелось верить, что он описывал эпизоды из собственной жизни.

– Не забывайте, что я пишу художественную прозу.

– Что да, то да, но ведь надо хоть немного знать, о чем пишешь, верно?

Алексу не хотелось ни разочаровывать своего почитателя, ни жаловаться на одиночество, поэтому он промолчал, предоставив Доббсу строить собственные умозаключения. Тот пришел к выводам, которые нравились ему самому, и теперь посмеивался с хрипотцой завзятого курильщика.

– Везет же некоторым курицыным сынам. Мне такого ни одна баба не сделает, это уж точно. Да, может, оно и к лучшему, – философски добавил он. – Я бы, наверное, умер от сердечного приступа. Лежать вот так, раскинувшись на постели в чем мать родила, член, как флагшток, поднят вверх, а…

– Еще кофе, мистер Пирс? – Официантка уже поднесла кувшин к его чашке.

– Да нет, спасибо. Можете принести мой счет. И прибавьте туда счет мистера Доббса.

– Вот это очень достойно с вашей стороны, – растроганно произнес Доббс, – спасибо.

– Пустяки, на стоит благодарности.

– Жена просто штанишки намочит, когда я расскажу ей, что познакомился с вами. Когда выходит ваша следующая книга?

– Примерно через месяц.

– Вот здорово! Она такая же хорошая, как и первая?

– Думаю, лучше, хотя писатель редко может беспристрастно судить о своей работе.

– Что ж, по мне, чем скорее она выйдет, тем лучше. – Спасибо. – Алекс забрал со стола чек и взял с сиденья газету. – Извините, я должен бежать. Приятно было с вами познакомиться.

Он заплатил в кассу и вышел из людного кафе, хотя не прочь был бы не спеша выпить еще одну чашечку кофе. В сущности, когда к нему подошел Доббс, он был занят делом. Его ум напряженно впитывал атмосферу кафе, изучал людей, их неповторимые манеры и черты лица, делая мысленные пометки на будущее. Он старался вести себя ненавязчиво, не желая привлекать к себе внимание. Удивительно, как Доббс вообще заметил его.

Алекс все еще испытывал удивление, когда его узнавали читатели, хотя, надо признать, это случалось не так уж и часто. Его первый роман, изданный в твердом переплете год назад, имел средний коммерческий успех.

Но, когда вышло издание в мягкой обложке, благожелательные устные отзывы и рекламные усилия его издателя достигли цели. Теперь его книга стояла в нескольких списках бестселлеров и рассматривалась в Голливуде как возможная основа для телефильма. Читающая публика с нетерпением ждала романа номер два, который должен был выйти из печати в следующем месяце.

За третий роман его агент потребовал огромный аванс, который, тем не менее, издатель безропотно выплатил. Книга была с энтузиазмом воспринята его редактором и вызвала фурор в издательстве. Была создана умопомрачительная обложка, и еще до выхода романа в свет намечались планы широкой рекламной кампании.