Диана Палмер - Трилби

— Вы знаете, я был женат. Моя жена и ребенок были убиты индейцами.

— Да.

Он отвел глаза и мял шляпу в своих больших руках.

— В течение какого-то времени я был почти как мертвый. Я не хотел… никаких увлечений.

Лайза судорожно сжала руки. Внутри у нее все оборвалось. Должно быть, она совершенно не поняла его намерений.

— Конечно, — согласилась она, в ее голосе слышались грусть и боль.

Пауэл поднял свою взлохмаченную голову, его голубые глаза, встретившись с ее взглядом, сверкнули.

— Но теперь я хочу этого. Я ужасно этого хочу, мадам!

Она вся вспыхнула от силы чувства, звучащего в его голосе. Они молча смотрели друг другу в глаза после такого откровенного заявления. Он немного неуклюже поднялся на ноги.

— Возможно, можно было бы сказать лучше, но у меня нет изысканных манер. Извините меня.

Она тоже встала.

— В этом нет необходимости, — Лайза подняла на него сияющие счастливые глаза. — Я рада, что вы… что вы…

Он подошел к ней немного ближе, чувствуя себя скованно из-за того, что дверь была открыта, ведь где-то рядом находилась миссис Мойс. А в этом доме всегда соблюдались приличия.

— О, Лайза, — хрипло произнес Тодд, его горящие глаза смотрели на нее с обожанием. — Я хочу гораздо большего, чем слов, гораздо большего…

У нее перехватило дыхание, глаза и лицо просто светилось волнением и счастьем, ноги дрожали.

Он мял руками свою шляпу, бормоча что-то невнятное, боролся с сильным желанием схватить ее в объятия и целовать ее губы, пока они не покраснеют от поцелуев.

— Я должен идти, — сердито сказал он. — Мне нужно присоединиться к полку в Дугласе. Вы же знаете, там все время происходят тревожные события. Нам нужно усилить охрану границы.

Лайза чувствовала, как он страстно желает ее, он просто не мог скрыть этого. Она отвела взгляд в сторону.

— Да, я знаю. О, Тодд, постарайтесь быть осторожным, — прошептала она обеспокоенно, глядя на него встревоженными глазами.

Ее тревога о нем доставила ему настоящее наслаждение. Его лицо напряглось, голубые глаза остановились на ее тонкой фигурке. Он смотрел так долго, что она почувствовала, как твердеют соски ее груди. Он увидел это, и глаза его загорелись.

Лайза быстро подняла руки к груди. Тодд жадно схватил ее ладонь и поднес к губам.

— Да, я буду осторожен. Как приятно, что вы… проявляете обо мне заботу. До свидания… Лайза, — его голос был неестественным, прерывающимся.

Он совсем не это хотел сказать. Чертовы приличия!

Она подумала то же самое. Полуоткрытая дверь смущала ее тоже. Лайза поморщилась.

— Всего хорошего, капитан Пауэл, — прошептала она в отчаянии. Он взглянул на нее последний раз долгим взглядом и заставил себя уйти. Вдова Мойс не сказала ни слова, но ее улыбка, с которой она взглянула на потрясенную Лайзу, была очень выразительной.

Пришел апрель. Был издан приказ в отношении «Красного Лопеса», подозреваемого в ряде убийств на границе. Мексиканский консул в Дугласе предъявил ему претензии в скандальном поведении. Но местная военная прокуратура отказалась его арестовать, отрицая, что он был пьян и буйно вел себя. Тедди прочитал это и усмехнулся. Для него Лопес был настоящим героем, и он жадно читал каждое сообщение о мятежном капитане, а потом пересказывал Трилби при каждой встрече. Тедди сообщил ей, что Лопеса назвали «El Capiun», он стал местной легендой. Торн встречался с этим человеком, но почти никогда не говорил о революции. Трилби было не по себе от того, что он ничего ей не рассказывал. Если бы только они могли поговорить друг с другом!

Группа студентов-археологов приехала в первую неделю апреля. Это была веселая счастливая компания молодых людей.

— Я хотел, чтобы мисс Бейтс тоже поехала с нами, — МакКолум говорил в своей веселой манере, — но нужно было решить проблему компаньонки. Ее мать считает, что молодой девушке неприлично путешествовать в компании молодых людей. Мисс Бейтс не стала возражать, — добавил он на случай, если Трилби не поняла ситуацию.

Итак, Сисси сама не захотела приехать. Она понимала, что Наки будет тверд в своем решении, и считала, что так будет лучше для них обоих. Но все равно Трилби загрустила. Как было бы замечательно поболтать с ней, тем более что с Торном они сейчас так далеки! Сисси не знала, что Наки нет, и что они предполагали о причинах его отсутствия. Не было никакого подтверждения, что он находится в Мексике, но они были уверены в этом.

— У меня для вас письма от мисс Бейтс и ее брата. Они передают вам привет.

— Как они поживают? — спросила Трилби неопределенно. Она видела, как напрягся и разозлился Торн, стоявший рядом с Крейгом МакКолумом.

— Кажется, юный Бен только и мечтает вернуться сюда и стать ковбоем, — засмеялся МакКолум.

— А Ричард… — он заколебался, взглянув на Торна.

— Давай, расскажи ей, — мрачно разрешил он.

— Он… э… прислал Трилби письмо.

— Я взгляну на него, если ты не против.

— Я против, — вмешалась Трилби. — Это письмо адресовано мне.

— Ты моя жена, — черные глаза Торна засверкали. — И я буду читать любовные письма моей жене от других мужчин.

МакКолум почувствовал себя неловко. Бейтс заставил его взять письмо, а он не хотел вмешиваться, так как подозревал, что Торн очень ревнует свою молодую жену.

— Мне нужно его найти, — сказал он Торну. — Оно в сумке.

— Тогда я почитаю, когда мы приедем домой, — Торн с трудом сохранял спокойствие. Черт бы побрал этого Ричарда!

Трилби не понимала, почему Ричард пишет ей письма, он же знает, что она замужем. Это ее тревожило, так же как и безосновательный гнев Торна. Ей совсем не нужно это письмо!

МакКолум виновато улыбнулся Трилби.

— Я археолог, а не дипломат. Надеюсь, я не обидел вас, — у него были темные глаза с очень длинными ресницами, худощавое суровое лицо. Он был так же высок, как Торн, но более плотного сложения.

— Нет, конечно, нет, — ответила Трилби, стараясь отогнать тревожные мысли.

— Вы изучаете всякие древности, не так ли? — Трилби сменила тему. — Разные скелеты динозавров?

МакКолум застонал.

— Это палеонтология, а не археология.

— Если вы будете говорить ему такие вещи, то можете остаться без головы, — вмешался один из студентов, смеясь. — Для образованного человека у него слишком взрывной характер, не так ли, доктор МакКолум?

— Если ты хочешь закончить мой куре, Хаскинс, ты должен относиться ко мне с должным уважением, — шутя, ответил МакКолум. — На колени, и проси прощения.

Трилби оглядывалась вокруг, приложив руку к губам.

— Что вы ищете? — спросил МакКолум.

— Людей с веревками, чтобы связать его.

МакКолум засмеялся. У него был глубокий красивый голос и раскатистый смех.

— Touche. У вас есть чувство юмора, миссис Вэнс. Несомненно, оно вам просто необходимо, чтобы жить с таким человеком, как Торн. Торн взглянул на него.