Даниэла Стил - Перепутье

— Это я прочел. И на борту оказалась всего лишь одна женщина — медсестра с двумя детьми.

— Не совсем медсестра, дядя Джордж, — улыбнулась Лиана, — просто я и девочки.

— Боже милостивый… — Он снова что-то залопотал, а потом спросил, когда она собирается вернуться в Сан-Франциско. Лиана ответила, что не собирается вовсе. — Что ты сказала?

— Мы вчера приехали в Вашингтон. Я собираюсь снять здесь дом.

— Этого я не допущу.

После всего, что пришлось пережить, спорить с дядей было выше ее сил.

— Мы тут прожили пять лет, у нас здесь друзья, девочки любят свою школу.

— Но это же смешно! Почему Арман сразу не отправил тебя ко мне?

— Потому что я сказала ему, что хочу жить здесь.

— Ну ладно, когда придешь в себя, знай, что здесь все тебе будут рады. Женщина не может жить одна в чужом городе. А тут ты можешь поселиться со мной. Ты жила здесь еще до всякого Вашингтона. Что за глупости, Лиана9 Странно, почему ты тогда не поехала в Лондон или Вену?

Его остроты нисколько ее не забавляли.

— Я хотела остаться с Арманом в Париже, — тихо произнесла Лиана.

— Хорошо, что ему хватило ума не разрешить тебе этого. Хотя, думаю, он и сам не долго там пробудет. Насколько я понимаю, этот болван де Голль уже сбежал в Северную Африку, а остальные члены правительства разбрелись по всей Франции. Странно, что Арман до сих пор в Париже. Он ушел в отставку?

Лиана старалась говорить спокойно, она не собиралась сообщать дядюшке, что Арман перешел к Петену.

— Нет, не ушел.

— Значит, он в бегах, как и остальные. Ты очень умно поступила, что вернулась домой с девочками. Как они? — Голос его помягчел, и Лиана представила ему полный отчет, после чего передала трубку девочкам, чтобы они поговорили с двоюродным дедушкой. И все же, когда разговор наконец закончился, она почувствовала облегчение. У Лианы никогда не было ничего общего с дядей. Он ничем не напоминал ей отца и всегда порицал их образ жизни, считая, что девочке ни к чему сложности и заботы взрослого мужчины и не стоит посвящать ее во все мировые проблемы. Он был убежден, что так воспитывать девочку нельзя, и продолжал осуждать Лиану и когда она превратилась в молодую женщину. «Слишком уж ты современная, на мой вкус». Он и не думал скрывать свои чувства И когда Лиана познакомилась с Арманом, тот ему также не понравился. Он решил, что Арман слишком стар для Лианы, и неоднократно повторял это, а когда они поженились и собрались в Вену, пожелал Лиане удачи и добавил, что таковая ей потребуется. В последующие годы они виделись редко, а когда виделись, то выяснялось, что они расходятся абсолютно во всем, включая и то, что касалось фирмы. Однако дело продолжало процветать, и, хотя Лиана во многом не соглашалась с дядей, тут у нее не было оснований жаловаться Благодаря дяде Джорджу дело расширялось, и в один прекрасный день она сможет оставить девочкам больше, чем когда-то получила сама, — это ее очень радовало. Однако на этом положительные эмоции, связанные с дядей Джорджем, кончались. Он был самоуверенным, властным и невероятно скучным ретроградом.

В то же утро она позвонила агенту по недвижимости и договорилась посмотреть три меблированных дома в Джорджтауне. Лиана хотела поселиться в каком-нибудь небольшом и скромном доме, где, ведя тихую жизнь и время от времени принимая друзей, она сможет переждать с девочками войну. Миновало время роскоши во французском посольстве и других подобных местах, но Лиана знала, что она не будет скучать по нему.

Она сняла второй из предложенных ей домов и договорилась, что переедет туда через неделю Затем наняла прислугу, которая будет жить вместе с ними, — очень симпатичную пожилую негритянку, прекрасно готовившую и любившую детей Лиана купила новые вещи для себя и девочек, и они снова стали напоминать тех, кем когда-то были Она даже купила им новые игрушки, ведь с собой девочки ничего не взяли И главное — она была счастлива, что ей все время приходится что-то делать, готовясь к переезду Это хотя бы ненадолго помогало отвлечься от мыслей о Нике, но бывали времена, когда ей казалось, что она больше не вынесет Лиана постоянно думала, чем он сейчас занят, съездил ли в Бостон и забрал ли Джона. В мыслях она все время возвращалась к кораблю, словно это было главное, что произошло с ней в жизни. Невозможно поверить, что она провела на «Довиле» всего лишь тринадцать дней. Снова и снова она повторяла себе, что должна думать не о Нике, а об Армане.

Она написала мужу и сообщила ему новый адрес и через две недели после переезда получила от него первое письмо Оно было кратким — он писал, что спешит, а половину к тому же вычеркнули цензоры. По крайней мере, Лиана знала, что с ним все в порядке и он занят делами, а Арман в свою очередь надеялся, что ей с девочками хорошо в окружении старых друзей. Он просил Лиану передать горячий привет Элеоноре, и Лиана поняла, что этот привет в равной мере распространяется и на президента.

Но в целом Лиану и девочек ждало долгое одинокое лето. Все их друзья разъехались из Вашингтона в Мейн, в Кэйп-Код и другие места. Рузвельты, как всегда, проводили лето в Кампобелло Теперь до самого сентября ей не увидеть живой души, и скоро Лиане уже начало казаться, что она сойдет с ума, развлекая девочек и пытаясь заставить себя не думать о Нике. Что ни день она надеялась, что он позвонит или напишет, несмотря на данный ими обет молчания. Вместо этого каждую неделю она получала письма от Армана, в которых он не сообщал почти ничего нового, да и то большая их часть была вымарана нацистскими цензорами Лиане казалось, что они с девочками живут в каком-то вакууме, и иногда она задумывалась, надолго ли ее хватит.

Политические новости только укрепляли ощущение, что, уехав из Европы, они очутились на другой планете В трех тысячах миль отсюда бушевала война, а здесь люди ходили по магазинам, ездили на машинах, смотрели кино — и это в то время, когда ее муж жил среди нацистов в Париже, а немцы продолжали грабить Европу. Здесь же на первых страницах вашингтонских газет сообщалось, что ювелирная фирма «Тиффани и компания», тридцать четыре года пребывавшая на одном месте, переехала на 57-ю улицу. Ее новое здание представляет собой архитектурное чудо и снабжено кондиционерами, сохраняющими в магазине прохладу, какая бы жара ни стояла снаружи. Когда первую страницу занимала такая информация, Лиана не раз задумывалась, кто сошел с ума: весь мир или она сама.

17 августа Гитлер заявил о блокаде водного пространства Великобритании, и Арману удалось написать об этом в таких выражениях, что цензоры оставили эту часть письма в неприкосновенности. Лиана уже знала об этом. 20 августа она прочитала в газетах проникновенную речь Черчилля, которую он произнес в палате общин. А еще через три дня немцы бомбили Лондон, и началась так называемая блицвойна, когда бомбежки велись ночь за ночью, и лондонцы стали проводить больше времени в бомбоубежищах, чем в собственных домах. К тому времени, когда Элизабет и Мари-Анж вернулись в свою старую школу, англичане начали вывозить детей из Лондона. Дома рушились, каждую ночь погибали целые семьи. Уже несколько кораблей с детьми отправились из Великобритании в Канаду.