Салли Боумен - Дестини

– Со мной все в порядке. – Она прижалась губами к его красивой батистовой рубашке; ей было слышно, как стучит его сердце. – Просто бежала и запыхалась. Хотелось вас поскорее увидеть.

– А мне – тебя, голубка. Я считал секунды…

Он взял ее за руки, отстранил, оглядел с головы до ног. Элен застенчиво отошла и стала приводить в порядок растрепавшиеся волосы. Он смотрел на ее раскрасневшееся лицо, встревоженные глаза; медленно опустил взгляд до выреза розового платья, снова поднял и протяжно вздохнул.

– Ты в нем очень хороша, Элен. – Голос его звучал тихо, а в глазах появилось знакомое Элен сосредоточенное выражение, так что она поняла: он говорит то, что думает на самом деле. – Изумительно хороша. А волосы. Ты сделала прическу. – Он поднял руку, тронул ее волосы, потом скользнул пальцами вниз и погладил по шее. – Ты знаешь, как я счастлив? Счастлив просто глядеть на тебя такую. Счастлив, что ты сразу поехала и выбрала его для меня… Подари мне один поцелуй, голубка, всего один маленький поцелуй. Разве моя девочка не хочет сказать, что рада сейчас меня видеть?

Говоря это, он привлек ее к себе, заключил в осторожное, нежное объятие и поцеловал в приоткрытые губы.

– Ох, голубка. Знала бы ты, что со мной делаешь. – Он посмотрел на поднятое к нему лицо, улыбнулся, взял ее руку и продел себе под локоть.

– У меня для тебя небольшой сюрприз. Идем – покажу…

Он повел ее к дому. Элен семенила рядом, часто перебирая ногами, чтобы приладиться к его размашистому шагу. Они обогнули кусты и вышли на лужайку перед окнами. Элен остановилась.

– Куда мы идем? Мне казалось… казалось, мы поедем в ресторан.

– Планы переменились. Я придумал кое-что получше. Сейчас увидишь. Идем.

И он провел ее, придерживая за руку, прямо в дом. Через прохладный вестибюль они проследовали в ту самую большую гостиную. Элен всей кожей ощутила царящую в доме прохладу, ее охватил озноб. Шторы были опущены, все лампы горели, хотя снаружи сияло солнце. Нед заметил, что она покосилась на окна, и улыбнулся.

– Так уютнее. Слуг я услал, нам никто не будет мешать. Полюбуйся, Элен…

Он пересек гостиную и театральным жестом распахнул высокие двойные двери, что вели в столовую.

Эту огромную комнату, где под потолком, давая прохладу, медленно вращались вентиляторы, Элен видела в первый раз. У торцевой стены стоял массивный буфет старинной работы, уставленный изукрашенными серебряными блюдами. Здесь тоже были опущены шторы; ярко горели свечи, вставленные в канделябры, размещенные по центру длинного стола красного дерева. Мерцающий свет играл на фарфоре и хрустале, на гвоздиках из поместного цветника и выращенных в теплицах фруктах. За столом свободно могли рассесться человек двадцать. В торце были накрыты два прибора.

Она застыла на месте; Нед тихо рассмеялся.

– Посмотри.

Он подошел к буфету и начал приподнимать крышки на блюдах.

– Омар. Холодная курица. Особенная подлива – наш повар готовит ее из винограда. Объедение. Пробовала такую, Элен? Дыня. Свежая малина и персики. Сливки. – Он потрогал ведерко со льдом. – Шампанское, сейчас в самый раз охладилось. Французская марка – «Краг». Слышала о таком? Все готово, Элен, можно садиться за стол. Лучше любого из окрестных ресторанов, правда, голубка?

Он посмотрел ей в лицо, уловил в нем тень сомнения и сразу вернулся к ней.

– Элен, скажи, что ты довольна. Я хотел, чтобы ты порадовалась. Хотел провести с тобой вечер именно здесь, разве не ясно? Чтобы мы хоть раз поужинали вдвоем, за моим столом, в моем доме. Девочка моя. Моя прекрасная девочка. Она у нас настоящая дама, так что займет а, столом подобающее место. Будем пить шампанское. Мы нынче празднуем, Элен, ты не догадываешься?

– А что празднуем? – неуверенно спросила она.

– Ну, это мы еще поглядим, – ухмыльнулся он. – Я бы сказал, у нас с тобой найдется много чего отпраздновать.

Он взял ее за руку и отвел в гостиную.

– Сейчас ты у меня тут устроишься, а я принесу шампанское. Пей маленькими глоточками, не торопись – помнишь, как было с бурбоном?

Что другое, а бурбон Элен помнила очень хорошо, поэтому пила осмотрительно. Бокал шампанского. Стакан вина за обедом. Но все равно алкоголь давал о себе знать. У нее приятно закружилась голова, поднялось настроение, и это ее порадовало. Нед был внимателен, развлекал ее, рассказывал что-то смешное про знакомого конгрессмена. Он держался легко и свободно, восседая под довольно безобразным портретом отца, словно ужинал с ней так каждый вечер.

Она обратила внимание, что себя он в спиртном не ограничивает: три бокала шампанского, не менее четырех стаканов вина, а когда после ужина они перешли в гостиную, он сделал себе бурбон со льдом.

Он уселся напротив, вальяжно вытянул ноги и закурил сигару. Между ними повис едкий дымок. «Как только он поставит стакан, – думала Элен, – я попрошу у него денег. Я просто обязана. Больше нельзя тянуть».

Он поставил стакан – она попросила. Наступило молчание. Он посмотрел на нее через разделяющее их пространство таким взглядом, словно ее просьба его удивила. Затем расплылся в улыбке и затянулся сигарой.

– Шестьдесят долларов?

– Взаймы, конечно. Я все верну, до последнего цента. Просто они мне сейчас очень нужны. Я… мне нужно для одной знакомой.

– Разумеется. Я ее знаю?

– Нет, нет, вы их не знаете.

– Что ж, посмотрим.

Он запустил руку в карман белого пиджака и вынул толстый бумажник из крокодиловой кожи, набитый купюрами. Поглядел на деньги, потом на Элен, закрыл бумажник и отложил в сторону.

– Иди сюда, голубка.

Он похлопал по сиденью дивана рядом с собой. Элен медленно поднялась и пошла к нему. Когда она села, он взял ее за руку.

– Ты захочешь сегодня быть со мной милой, Элен? Подаришь мне счастье? Подаришь – и я почту за честь тебя выручить. Обещаю. Ты же знаешь, как я люблю делать подарки моей девочке…

Он снова основательно глотнул виски. На ощупь рука его казалась потной, хотя в комнате было прохладно. Мягко, однако настойчиво он потянул ее руку вниз и прижал ладонью к своей мускулистой ляжке.

– Поцелуй меня, Элен. Всего один разик…

Элен подалась вперед. Губы у него были полные и красные; взгляд застывший, как в тот раз. Она осторожно прижалась ртом к его губам.

– Не так, голубка… – Он поерзал, усаживаясь поудобней. – Открой рот; ты же знаешь, какие поцелуи мне по душе. Шире. Да. Ох, голубка, да, так…

Она ощутила у него на губах вкус виски. Усы кололи ей кожу. Он заставил ее откинуться назад, налег на нее всем телом, скользя рукой вверх по платью. Его горячий язык глубоко проник ей в рот.

– Что это у тебя под платьем, голубка? – Он игриво стиснул ей грудь, так что проволочки бюстгальтера вдавились ей в кожу. – По-моему, ты купила себе не только платье, а что-то еще, чтобы меня порадовать. Правда, Элен? Купила?