Барбара Майклз - Шаг во тьму

– Я бы не советовал. Но вы можете поступать как хотите.

– Нужно решать вместе. Нам же нужен человек.

– Делайте как хотите. – Он захлопнул за собой дверь.

«Надо бы его проучить и снова нанять Кэнди», – подумала Мег. Она была уверена, что он уволил Кэнди не из-за оскорблений в адрес Мег – ему-то какое дело до этого, – а потому, что Кэнди загнала его в эмоциональный тупик. Мег с удовольствием представила страстное объяснение Кэнди с Райли в их последнюю встречу. Райли отступает в угол от страстного натиска женщины в половину меньше его ростом. Какое удовольствие увидеть невозмутимого Райли в подобной ситуации, даже стоит потерпеть присутствие Кэнди!

Но нет, хотя идея соблазнительная, от нее придется отказаться: она тоже не желает видеть Кэнди в своем магазине и, взяв ее на работу, похоронить всякую надежду установить нормальные отношения со своим колючим партнером. Как будто работаешь с эмоционально неустойчивым ребенком: два шага вперед, один назад. Приходится следить за каждым словом, никогда не знаешь, на что он может обидеться. Что сделало его таким недоверчивым и подозрительным? Вьетнам? Ветераны той войны страдали не только на поле сражения, но и после возвращения домой. Отношение сейчас изменилось, но некоторые люди так и не излечились от эмоционального потрясения. С Райли нельзя сражаться, нужно пытаться завоевать его доверие. Она хотела только этого – не любви или дружбы, а доверия, такого же, которое он испытывал к Дэну.

Если она сможет доверять ему, она оставит на него магазин. Это будет такое облегчение… Или она будет скучать по магазину? Беда в том, что она не знает, чего же она хочет. А Райли не решит ее дилемму.

Фрэнсис приготовила ей с собой ленч, поэтому Мег не уходила из магазина. Около часа дня Райли выполз из берлоги. Он был в белой рубашке с галстуком, пиджак на руке. Тот же костюм, в котором он был на похоронах. Неужели он у него один?

– Я ухожу, – объявил он.

– Вы отлично выглядите. Взяли с собой чистый носовой платок?

Райли моргнул.

– И постриг ногти и вымыл уши. Пока.

Мег проводила его до двери. Вскоре ржавый серый «пикап» проехал со стоянки. Она видела за рулем Райли. Он не посмотрел в ее сторону. Суровый профиль словно высечен из камня. Теперь ей с трудом поверилось, что он ответил на ее шутку. Слова знакомые, то ли из книжки, то ли из фильма.

Она выждала минут пятнадцать и направилась к двери мастерской. Она оказалась закрытой. Машинально или намеренно не хочет ее пускать в свое царство? Ему надо бы знать, что закрытая дверь ее не остановит. Она достала из сумки тяжелую связку ключей Дэна.

В детстве мастерская была таинственным и волшебным местом для Мег. Ее редко впускали туда, ведь там находилось множество опасных предметов: инструменты, острые, как бритва, горшки с кислотами, канифоль, паяльники. В редких случаях, когда ей разрешалось войти, Дэн не делал ничего серьезного – он же не мог сосредоточить внимание на работе и одновременно следить за внучкой. Но он познакомил ее с различной ювелирной техникой. Она увидела, как изменяется эмаль после обжига, какую филигрань плетут из золотого волоса. Она наблюдала, как дед вставлял жемчужины в перстенек, готовя ей подарок к десятилетию.

Самый приятный момент наступал, когда Дэн доставал из сейфа поднос с драгоценными камнями и разрешал ей потрогать их. Ей не позволялось трогать большие ценные камни, хранящиеся в отдельных коробочках: бирманские рубины, красные, как кровь дракона, колумбийские изумруды, как яркие весенние газоны сапфиры, в глубине которых можно увидеть звезды. И бриллианты. Наверное, от Дэна она унаследовала равнодушное отношение к холодным бело-голубым камням, которые обожествлял весь мир. Цветные камни находили отклик в ее душе. Полудрагоценные камни были не менее прекрасны, только стоили дешевле – нежная голубизна аквамарина и топаза, разноцветье гранатов. Дэн научил ее отличать зелень турмалина и изумруда от редчайших зеленых гранатов. Он научил ее играть в игру, которая была вовсе не игра: она на ощупь отличала подлинные топазы. Она помнит тот день, когда впервые узнала их все без ошибки. Это был радостный день для нее и для Дэна.

Она постаралась не вспоминать прошлое. В последний раз она вышла из магазина в восемнадцать лет, отказавшись от обещаний и трудностей, которые он таил. Она не входила в мастерскую со времени своего возвращения. И теперь она радовалась, что была одна. Было бы трудно справиться с воспоминаниями и эмоциями в его молчаливом присутствии.

Это помещение не напоминало пещеру Али-бабы. Здесь не было окон, стены и потолок были сделаны с учетом утилитарных потребностей. На полу лежал палас, но не для красоты: если камень выпадет из рук ювелира, он не закатится далеко. Вторая дверь вела на улицу, ее сделали по требованиям пожарной безопасности, но ею никогда не пользовались. В комнате находились туалет и раковина. Единственные лишние вещи на столе – кофейник и поднос для сигар Дэна: сейчас здесь лежало несколько окурков от сигарет. По стенам стояли станки для обработки драгоценных металлов. Скамья и стол, сделанные специально для ювелира, – поверхность вогнутая, чтобы камни не рассыпались со стола на пол, – на полках целые наборы ювелирных инструментов.

Мег подошла к столу и почувствовала, что держит руки за спиной – еще одно из правил Дэна: смотри, но не трогай. В больших и малых мисках лежали обрывки золотой проволоки и несколько мелких камней. Изумруды. Мег огорчилась, что не могла понять, над чем сейчас работает Райли. Если он работал над чем-то, то он убрал материалы в сейф.

Тот же самый старый сейф. Она не знала шифра. Надо спросить Джорджа, может, он знает. Или она спросит у Райли. У нее есть право знать все.

Она осмотрела комнату, находя ее безличной, как номер в гостинице. Ее раздражение усиливалось. Если бы она не отличалась чуткостью и внимательностью, она бы давно потребовала, чтобы ее сюда впустили, и спросила бы Райли, над чем это он работает. Видимо, у него новая идея, потому что он почти не покидает мастерскую, пока она в магазине. А может, именно из-за нее он не показывается в магазине? Может, он читает здесь журнал «Плейбой» или нюхает кокаин? Ну, это она погорячилась. Она видела кокаинистов. Журналы на полках были по ювелирному делу и геммологии – науке о драгоценных камнях. Наверное, другие журналы он хранит в ящике вместе с бутылкой бурбона и наркотиками.

Поддавшись вульгарному любопытству, Мег внимательно рассмотрела содержимое стола. Кусочки золота поблескивают тут и там, несколько инструментов… нитка, нет, похоже на человеческий волос. Иногда волосы использовали при работе с мелким жемчугом. Но этот волосок был слишком темного цвета.