Энн Стюарт - Танец теней

— Ты, наверное, купалась сегодня, — прошептал он. — Твоя кожа пахнет морем…

Джульетте хотелось сказать что-нибудь, что слегка охладило бы его пыл, но она сама была словно в огне. А Фелан, склонившись над ней, вдруг прижался губами к низу ее живота. Даже сквозь плотную черную ткань бриджей Джульетта почувствовала жар его дыхания и внезапно подалась вверх всем телом. Руки Фелана обвили ее бедра, он тихонько покусывал ее сквозь ткань, и Джульетта вдруг с изумлением поняла, что жар и влага исходят не только от него, но и от нее.

Дыхание ее становилось все более частым. Джульетта закрыла глаза, но тут же в испуге открыла их, почувствовав, как Фелан прижимает ее ладонь к своей напрягшейся плоти.

— Нет! — вскрикнула она.

— Нет? — Фелан и не думал отпускать ее руку. — Ты передумала? — В холодном голосе его сквозило напряжение, граничившее с отчаянием, но не было слышно гнева.

Девушка покачала головой:

— Нет, я не передумала, просто ничего не получится.

— Почему же нет?

Она не собиралась говорить ему, боясь, что он снова посмеется над ней. Ведь из них двоих он гораздо опытнее. Фелан, однако, был твердо намерен услышать ответ.

— Почему же? — настаивал он, припадая губами к ее губам, в то время как рука его скользнула меж бедер Джульетты.

Он нежно ласкал ее, и Джульетта снова не понимала, откуда исходит этот жар — от его губ и рук или от нее. От этого ей было немного тревожно, но не менее приятно. А рука Фелана становилась все настойчивее, и Джульетта вдруг осознала, что ее ладонь тоже прижимается все крепче и крепче к его возбужденной плоти.

— Потому что он… слишком большой, — сказала она наконец, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

Фелан и вправду рассмеялся, но как-то мягко и нежно.

— А до сих пор у меня всегда получалось, — успокоил он Джульетту.

— Значит, что-то не так со мной, — не сдавалась девушка. — Лемур гораздо меньше, но он не мог… то есть ему было очень трудно… — Она осеклась под пристальным взглядом Фелана.

— Это большая разница, — спокойно произнес он. — Было трудно или не мог?

Джульетта знала, что произойдет, если она скажет правду. Сколько бы ни издевался Фелан над собственными понятиями о чести, он ни за что не овладеет ею, узнав, что замужняя дама оказалась девственницей.

А она хотела этого! И вовсе не ради какой-то призрачной мести. То, что происходило с ней сейчас, заставило ее забыть обо всем. Оставалась только правда, которой она до сих пор просто боялась смотреть в глаза. Она хотела Фелана, хотела, чтобы он овладел ее телом, прежде чем им придется расстаться навсегда.

И Джульетта сделала то единственное, что подсказывал ей инстинкт. Пальцы ее обвили плоть Фелана, лаская ее все настойчивее, а кончиком языка девушка коснулась его губ.

Реакция Фелана поразила ее. С тихим стоном он прижался к ней всем телом и с такой страстью ответил на ее поцелуй, что она задрожала. Джульетта почувствовала вдруг страстное желание слиться с этим человеком в единое целое, проникнуть ему под кожу. Она целовала его, не думая больше ни о чем, двигалась под ним, обуреваемая желаниями, которых сама не понимала до конца.

Дрожащей рукой Фелан буквально содрал с нее бриджи, а затем расстегнул свои.

— Только не останавливайся сейчас! — прошептал он. — Ты только начинаешь входить во вкус этой игры.

— Игры? — гневно воскликнула Джульетта. — Ты называешь это…

Но он снова зажал ей рот таким страстным поцелуем, что Джульетта тут же позабыла все свои возражения. Фелан снова прижал ее руку к своей напряженной плоти, уже не скрытой теперь под плотной тканью, и держал ее до тех пор, пока страх и стеснение Джульетты не уступили место странному, чувственному любопытству. Казалось, она должна была бы испытывать отвращение, но вместо этого пальцы ее скользили сами собой, и она отмечала про себя с восторгом, что от каждого ее движения у Фелана вырывается сдавленный стон.

Рука его снова скользнула между ее ног, и Джульетта напряглась в ожидании боли. Но боли не было. Его длинные пальцы нежно ласкали ее самые чувствительные места, и Джульетта почувствовала незнакомый жар, который она не в силах была сдержать или скрыть. Внутри ее нарастала волна восторга. Она знала, что это не продлится долго, что вот-вот к ней вернутся боль и страх. Но она уже получила куда больше, чем мечтала, и не собиралась останавливаться.

— Пообещай мне одну вещь, — вдруг едва слышно прошептала Джульетта.

— Все, что угодно! — тут же ответил Фелан, и его пальцы еще глубже проникли в ее лоно.

Джульетта заставила себя открыть глаза и заглянуть прямо в глубину его глаз, которые из серебристо-серых превратились в черные от пылавшего в них дикого огня страсти. Казалось, это должно было бы испугать Джульетту, но на самом деле ей совсем не было страшно.

— Не останавливайся, — попросила Джульетта. — Даже если я буду умолять тебя об этом — все равно ни за что не останавливайся.

Фелан вдруг замер, и это уже по-настоящему испугало Джульетту.

— Но я не могу… — начал он.

— Не останавливайся! — снова сказала она. — Пусть тебя ничто не смущает. Я знаю, чего хочу.

— И чего же ты хочешь? Мести? Что ж, совсем неплохой предлог. Но сейчас им обоим было не до предлогов.

— Нет, — решительно произнесла Джульетта. — Я хочу тебя.

Фелан тихо выругался — слова Джульетты лишили его последних остатков самообладания. Он прижал ее к кровати и встал на колени между ее ног. Она почувствовала его жар, его возбуждение, и по телу ее пробежала дрожь ответного желания. Но Фелан медлил, словно сомневаясь.

— Пообещай, что ни за что не остановишься! — снова потребовала Джульетта.

— Обещаю!

С этими словами он вошел в нее одним сильным рывком — и все, что скрывала Джульетта, наконец открылось ему. Фелан застыл в ее объятиях и слегла отодвинулся, но не вышел из ее тела совсем.

— Открой глаза, черт побери! — приказал он, и в голосе его звучала нескрываемая ярость.

Джульетте совсем не хотелось этого, но у нее не было другого выхода. Она молча посмотрела ему в глаза.

— Так ты девственница? — с горечью произнес Фелан.

— Да.

— Он никогда не прикасался к тебе?

— Пытался. Но не смог.

Джульетте вдруг захотелось плакать. Самые противоречивые чувства разрывали на части ее душу, самые невероятные ощущения, которым она не знала названия, владели ее телом. Она была уверена, что сейчас Фелан отстранится, оставит ее, и знала, что не переживет этого.

— Фелан!.. — дрожащим голосом позвала она.

— Мне кажется, я сказал тебе, что не жажду жертвы. — Холодный голос не вязался с жаром его тела, который продолжала чувствовать Джульетта.

— Но ты обещал мне! — Джульетта крепко прижимала его к себе. — Сказал, что не остановишься, даже если я буду молить тебя об этом.