Эприлинн Пайк - Крылья

В школу она решила надеть свободную футболку с короткими рукавами и полностью закрытой спиной. Ее майки наверняка бы скрыли бугор, но Лорел не хотела рисковать. Если эта дрянь увеличится и станет совсем мерзкой, лучше спрятать ее под футболку. Бугор пощипывал от малейшего прикосновения – когда она задевала его волосами, одеждой и тем более когда щупала его пальцами, убеждаясь, что он настоящий. По дороге в школу Лорел чувствовала, что каждый нерв ее тела соединен с жуткой шишкой.

К четвергу она уже не могла отрицать, что бугор, выросший на спине, не прыщ. Он не просто рос, он рос все быстрее. К утру он стал размером с мяч для гольфа.

Лорел спустилась завтракать с твердым намерением рассказать родителям о странной шишке. Она даже сделала глубокий вдох и открыла рот, готовясь все выложить, но в последний миг передумала и попросила отца передать дыню.

Последние дни Лорел носила футболки и распущенные волосы, поэтому никто ничего не замечал. Однако если бугор не перестанет расти…

«Если – повторила про себя Лорел, – если не перестанет. Вдруг мамин бальзам подействует».

Она мазалась им уже три дня, а толку не было. Ну разве может масло чайного дерева вылечить такую здоровую и быстро растушую штуку? А вдруг это опухоль? Лорел вроде бы слышала истории о людях с опухолями позвоночника. Да, скорее всего…

– Эй, ты меня слушаешь? – Голос Челси вернул ее к реальности.

– Что?

Челси рассмеялась.

– Так я и думала! – И уже тише добавила: – Что с тобой? Ты как будто не с нами.

Лорел подняла глаза и целую секунду не могла вспомнить, какой впереди урок.

– Все хорошо, – с досадой ответила она, – просто задумалась.

Челси внимательно пригляделась к ней и недоверчиво вскинула бровь.

– Как скажешь…

Тут их догнал Дэвид. Челси пошла на свой урок, а Лорел попыталась уйти вперед. Он поймал ее и притянул обратно.

– Где пожар, Лори? До звонка еще три минуты.

– Не называй меня так! – невольно огрызнулась она.

Дэвид захлопнул рот и больше ничего не сказал. Мимо сновали люди. Лорел подумала, что должна извиниться, но как? «Прости, Дэвид, я немного нервничаю из-за опухоли»?! Вместо этого она выпалила:

– Терпеть не могу прозвища!

Дэвид уже наклеил свою фирменную улыбку.

– Я не знал, прости. – Он взъерошил себе волосы. – Ты… А, ладно! Пойдем, провожу тебя до класса.

Теперь Лорел было неловко идти рядом с ним. Как только они добрались до кабинета, она торопливо помахала на прощание.

– Пока!

– Слушай…

Она обернулась.

– Что ты делаешь в субботу?

Лорел помедлила.

– Может, сходим все вместе на пикник, посидим у костра… Я знаю отличное место на пляже. Пойдут Челси, Райан, Молли и Джо, еще несколько человек вызывались…

Еда, песок и дым. Хуже не придумаешь.

– Сейчас еще холодно, плавать нельзя, ноты же знаешь, кого-нибудь все равно затащат. Будет клево.

Натянутая улыбка Лорел окончательно испарилась. Она ненавидела соленую воду. Даже душ не смывал соль с ее кожи – она словно бы впитывалась через поры. Когда Лорел последний раз купалась в океане (много лет назад), то несколько дней потом ходила вялая и сонная. К тому же купальник не скроет злосчастную шишку.

Лорел вздрогнула, представив, какой большой она станет через пару дней. Нет, идти нельзя.

– Дэвид, я… – Ей ужасно не хотелось его расстраивать. – Не могу.

– Почему?

Она могла сказать, что должна работать в магазине (почти каждую субботу Лорел помогала отцу), но врать Дэвиду было противно.

– Просто не могу… – буркнула она и ушла в класс, не попрощавшись.

К утру пятницы бугор вырос до размеров теннисного мяча. Лорел даже не стала смотреться в зеркало – она его чувствовала.

Тут никакая футболка не поможет.

Лорел откопала в шкафу пушистую кофту, которая немного маскировала шишку, и до самого выхода из дома просидела в комнате. Затем слетела по лестнице, крикнув родителям: «Доброе утро! Пока!» – и убежала в школу.

День тянулся бесконечно. Бугор теперь горел постоянно, а не только от прикосновений. Он занимал все ее мысли, преследовал, как непрерывный звон в ушах. За обедом Лорел ни с кем не общалась и корила себя за это, однако ни о чем, кроме шишки, думать не могла.

К концу последнего урока она ответила неверно четыре раза, хотя каждый новый вопрос был легче прежнего – сеньора Мартинес словно пыталась дать ей возможность исправиться… Впрочем, с тем же успехом она могла спрашивать на суахили. Как только прозвенел звонок, Лорел выскочила из-за парты и первой ринулась к двери, пока никто не успел ее окликнуть. И пока сеньора Мартинес не спросила ее, почему она так ужасно отвечала.

Лорел увидела, что Дэвид и Челси болтают возле ее шкафчика, и пошла в другую сторону, надеясь, что они не обернутся и не узнают ее со спины. Выйдя из школы, она пересекла футбольное поле и остановилась, соображая, куда идти. Ее преследовал страх: «Вдруг это рак? Рак просто так не уйдет. Надо сказать маме».

– В понедельник, – прошептала Лорел; ее волосы развевались на холодном ветру. – Если шишка не исчезнет в понедельник, расскажу все родителям.

Она взошла по трибунам на самый верх, прислонилась к перилам и посмотрела на верхушки деревьев на западном горизонте. Здесь, высоко над привычным окружением, Лорел была сама по себе – как раз то, что нужно.

Услышав чьи-то шаги, она резко вскинула голову и обернулась. Рядом стоял смущенный Дэвид.

– Привет…

Лорел не ответила: у нее внутри сражались облегчение и досада. Облегчение побеждало.

Дэвид посмотрел на скамейку, на которой она стояла.

– Можно сесть?

Лорел помедлила, затем села и с легкой улыбкой похлопала по месту рядом с собой.

Дэвид осторожно присел, как будто не поверил ее приглашению.

– Я не хотел за тобой идти… – проговорил он, опершись локтями на колени. – Думал дождаться тебя внизу, но… что тут скажешь? Я нетерпелив.

Они немного посидели в тишине.

– У тебя все нормально? – наконец спросил Дэвид.

Его голос, отразившись от железных скамеек, прозвучал неестественно громко.

Глаза Лорел наполнились жгучими слезами.

– Да, порядок.

– Ты всю неделю молчишь…

– Прости.

– Я… я что-то натворил?

Лорел вскинула голову.

– Что?… Нет, Дэвид, ты… ты классный. – Ее переполняло чувство вины. Она с трудом выдавила из себя улыбку. – Просто тяжелые дни выдались. Увидишь, после выходных я приду в себя. Обещаю.

Дэвид кивнул, и между ними опять воцарилась гнетущая тишина. Он откашлялся.

– Можно проводить тебя домой?

Лорел покачала головой.

– Я еще побуду здесь. Все хорошо, не волнуйся.

– Но… – Он умолк, кивнул и собрался уходить. Потом обернулся. – Если что, у тебя есть мой номер.