Нора Робертс - Ночь разбитых сердец

– Что ты делаешь, черт побери?!

«Краду мгновения, – подумал он. – Они мне еще понадо­бятся…»

– Господи, как же ты хороша.

Нэтан пригнулся и щелкнул еще раз, поймав выражение ужаса в ее распахнутых глазах.

– Прекрати! Ты сошел с ума?! Я же голая!

– Ты потрясающая. Вся взъерошенная, румяная, еще не опомнившаяся от любви… Не закрывайся. У тебя роскошные груди.

– Нэтан. – Она лишь крепче прижала руки к груди, защи­щаясь. – Немедленно опусти камеру.

– Почему? – Он выполнил приказ, но продолжал ухмылять­ся. – Можешь сама проявить пленку – и никто не увидит. Нет ничего более художественного, чем обнаженная натура.

– Ах, вот как? – На всякий случай прикрываясь одной рукой, она протянула другую. – Тогда давай я сфотографирую тебя.

– Пожалуйста, – он протянул ей фотоаппарат, наслаждаясь ее удивлением.

– Ты совсем не смущен.

– Ни капельки, – усмехнулся Нэтан, все еще не выпуская камеры из рук.

– Я заберу эту пленку!

– Ну, милая, я и сам не собирался проявлять ее в фотоате­лье. – Он опустил глаза, проверяя, сколько кадров осталось. – Здесь всего один кадр. Позволь мне щелкнуть. Только твое лицо.

– Ну, хорошо. Но только мое лицо, – согласилась она и рас­слабилась настолько, что даже улыбнулась ему. – Снял? Теперь отдай пленку.

Но стоило ей опустить руку, затвор снова щелкнул.

– Проклятие, ты же сказал, что пленка кончилась.

– Я солгал, – покатываясь со смеху, Нэтан поставил фото­аппарат на стол. – Но теперь точно кончилась. Покажешь мне контактные отпечатки, чтобы я мог выбрать то, что мне понра­вится?

– Если ты думаешь, что я собираюсь проявлять эту пленку, ты ошибаешься!

Джо встала и схватила камеру.

– Но ведь там же твои фотографии бури! – с улыбкой сказал он и улыбнулся еще шире, увидев, что она разрывается между желанием засветить пленку и необходимостью сохранить собст­венные снимки.

– Это было очень подло, Нэтан, – наконец пробормотала она.

– Совершенно с тобой согласен! Не надевай, – сказал он, когда она наклонилась за своей рубашкой. – Она еще мокрая. Я принесу тебе сухую.

– Спасибо.

Натягивая слаксы, Джо решила, что в следующий раз не за­будет прихватить собственный фотоаппарат.

Вернувшись, Нэтан швырнул ей футболку, затем застегнул сухие джинсы, которые надел в спальне.

– Я пойду с тобой в «Приют». Надо узнать, как обстоят дела.

– Ладно. Наверное, поиски снова начались. – Джо расчеса­ла пальцами спутанные волосы. – После бури наверняка очень слякотно. Если у тебя есть сапоги, надень.

Он посмотрел на ее зеленовато-коричневые кроссовки.

– Ты же не в сапогах.

– У меня, их здесь нет.

– Тогда промокнем вместе! – Он взял руку Джо, поднес к губам и поцеловал суставы пальцев, следя за мелькающим в ее глазах изумлением. – А вечером я приглашаю тебя на ужин в ресторан.

– На ужин в ресторан?

– Ну, на ужин в «Приюте». Мы будем сидеть в столовой, изучать меню, заказывать вино. Мне говорили, что многие так делают.

– Глупо! Я живу там.

– А я нет. И я хочу поужинать с тобой. Мы сядем напротив друг друга, на столе будут гореть свечи. Мы будем разговари­вать, а все остальные – думать, какая мы красивая пара, и при­творяться, что не наблюдают за нами. – Он взял со столика бейсбольную кепку и натянул ей на голову. – И я смогу смот­реть на тебя во время всего ужина и представлять, как снова займусь с тобой любовью! Это называется романом.

– Я, признаться, не очень сильна в романах.

– То же самое ты говорила о сексе – и ошибалась. – Он взял ее за руку и повел к двери. – Давай посмотрим, что получится. Может быть, Брайан испечет нам открытый фруктовый пирог…

Джо не смогла сдержать смех.

– Увидев меня за столиком, все просто подумают: «Как странно!»

– Ну, по крайней мере им будет о чем поговорить.

Они спустились с веранды, и их ноги сразу захлюпали по грязи. Жара возвращалась, поднимая с земли пар, сгущая воз­дух. Лес словно ожил, и его темная зелень казалась особенно зрелой и щедрой. Когда они повернули к реке, листья окатили их освежающим душем.

– Река вспенилась, – заметила Джо. – Вода поднимается очень быстро. Она может выйти из берегов, но не думаю, что нанесет серьезный урон.

Она подошла поближе к реке и, утонув по щиколотки в гря­зи, философски восприняла гибель кроссовок.

– Думаю, папа захочет взглянуть, но вряд ли тут что-то мож­но сделать. В кемпинге наверняка больше ущерба. Правда, с пляжем ничего не должно было случиться. Ветер был не таким сильным, чтобы разрушить дюны. И будет хороший урожай ра­ковин.

– Истинная дочь своего отца! Джо рассеянно оглянулась.

– Нет. Я редко задумываюсь над тем, что здесь происходит. Хотя, наверное, в сезон ураганов я больше прислушиваюсь к информационным сообщениям об этом районе. Но уже много лет на острове не было ничего серьезного.

– Джо Эллен, ты любишь этот остров. И совсем не стыдно признаться в этом. Множество вещей, множество людей могут иметь для тебя значение, но при этом не претендовать на твой образ жизни. Вот ты, например, очень много значишь для меня…

Ее сердце подало сигнал тревоги, и она поспешно отступила на шаг.

– Нэтан… – Земля поплыла из-под ног, и Джо чуть не упала.

– Все закончится тем, что ты снова окажешься в реке. – Он крепко схватил ее за руки. – И снова обвинишь меня в том, что я столкнул тебя. Ничего подобного, Джо Эллен. Я не толкаю тебя. Но не стану жалеть, если ты поскользнешься…

– Мне нравится твердо стоять на ногах и знать, что земля подо мной не провалится!

– Но иногда приходится исследовать новые территории. Для меня это тоже терра инкогнита.

– Неправда. Ты был женат, ты…

– Она не была тобой, – тихо сказал Нэтан, и Джо замерла в его руках. – Я никогда не испытывал к ней таких чувств, как к тебе. Она никогда не смотрела на меня так, как сейчас смот­ришь ты. И я никогда не хотел ее так сильно, как хочу тебя! С ней все было неправильно с самого начала. Но я не понимал этого, пока снова не увидел тебя.

– Постой, Нэтан! Ты слишком спешишь…

– Так догоняй, Джо Эллен! И, черт побери, неужели ты не можешь поддаться хоть немного, уступить?

Когда их губы встретились, Джо почувствовала, как в ней снова поднимается желание – более глубокое, чем она позволя­ла себе видеть. Восторг боролся с вспыхнувшей паникой, и теп­лый мерцающий огонек в крови она восприняла как надежду.

– Может, ты и не толкаешь, но мне кажется, что я тону. – Она положила голову на его плечо, постаралась привести мысли в порядок. – Какая-то часть меня хочет, чтобы это происходи­ло, а другая заставляет барахтаться, чтобы выплыть на поверх­ность. И я не знаю, что лучше – для меня и для тебя.

Нэтану тоже был необходим мерцающий огонек надежды. И ему послышался чей-то легкий шепот, обещающий, что если они достаточно сильно любят друг друга, то смогут пережить случившееся в прошлом. И то, что грядет.