Тиффани Сноу - Безвозвратно

— Да, — медленно кивнула я, пытаясь понять, куда она клонила, потому что подозревала, что мне это вряд ли понравится.

— Я подумала, было бы потрясающе, если бы ты была Бритни, а я… Мадонной! Я уже переговорила с Джилл, и она будет нашей Кристиной, а из Дидре выйдет приличная Бейонсе. Что скажешь?

К этому моменту я уже перестала натягивать гирлянду, и мой рот открылся, но я не знала, что сказать.

— Ты ведь несерьезно, — наконец, произнесла я, покачав головой. — Я не смогу это вытянуть.

Тиш тут же отмахнулась, поведя плечами.

— Разумеется, сможешь! У меня уже даже есть костюм для тебя. — Когда я все еще продолжала на нее смотреть, она пояснила, пожав плечами: — Несколько лет назад я изображала Бритни на одной вечеринке. Костюм в раздевалке. Я отдам его тебе в конце смены.

Судя по ее тону, я поняла, что не было никаких вариантов даже пытаться ее от этого отговаривать. Тиш, конечно, была милой девушкой, но если ей чего-то хотелось, она превращалась в настоящего бульдога. У меня было дурное предчувствие по поводу этой затеи, но, возможно, все могло обернуться не так уж и плохо. В конце концов, я не одевалась в костюм на Хэллоуин уже целую вечность.

— Хорошо, — согласилась я неохотно. — Но предупреждаю, целоваться с тобой я не стану.

Она рассмеялась, и я наградила ее кислой гримасой, прежде чем направиться в кладовку за очередной коробкой черно-оранжевых свечей, которые должны были декорировать центр столов.

К тому моменту, когда мы закончили с украшением, мое настроение значительно улучшилось, потому что я была неисправимой любительницей праздников. Причем, любых праздников, начиная от «Блинного дня» и заканчивая «Днем Флага».

Посетителей, как и следовало ожидать, было немного, и все они успели разойтись до конца смены, что всегда было хорошо, потому что у нас оставалось время перед уходом подготовить бар к следующему дню.

Я как раз завершала натирать последние стаканы, когда Тиш поставила передо мной на барную стойку бумажный пакет.

— Не забудь про косы, — напомнила она, улыбаясь, и я, не сдержавшись, закатила глаза.

— Уже уходишь?

Она кивнула:

— Да, если только ты не хочешь, чтобы я тебя подождала.

— Нет-нет, — поспешно покачала головой я. — Все в порядке. Я уже тоже заканчиваю.

Бар располагался в достаточно респектабельном квартале, и я припарковалась на ближайшей стоянке, поэтому не было смысла задерживать Тиш.

Уже пятнадцать минут спустя, я, балансируя с бумажным пакетом и сумочкой в руках, закрыла бар и, спустившись со ступеней, резко застыла на месте, потому что увидела стоявшего в тени мужчину. Страх волной прокатился по моему позвоночнику, прежде чем я поняла, что силуэт был знакомым.

Блейн.

Он стоял, прислонившись к припаркованной вдоль бордюра машине, одетый в демократичную кожаную куртку, темный свитер, джинсы и достаточно массивные черные ботинки. Его руки были скрещены на груди, а его взгляд не отрывался от меня.

— Если бы ты перестал пугать меня до полусмерти всякий раз, когда появляешься, я была бы тебе крайне благодарна, — бросила я сухо, подозревая, что он делал это намеренно.

— Ты получила цветы? — поинтересовался он, игнорируя мой выговор, и я сразу же почувствовала вину за то, что не поблагодарила его за цветы, которые, вероятно, стоили ему небольшого состояния.

Для моей матери цветы всегда были роскошью, и хотя она постоянно высказывала отцу по поводу того, что букеты были слишком дорогим удовольствием, в глубине души она любила цветы, и ее особое к ним отношение, в конечном итоге, привилось и мне.

— Получила, — кивнула я скованно. — Спасибо. Они очень красивые. — Я сделала шаг назад для того, чтобы проложить между нами безопасную дистанцию.

Его губы дрогнули, сдерживая улыбку.

— Это так тяготит тебя, просто быть мне благодарной? — поинтересовался он, и я поспешно покачала головой.

— Конечно, нет, — солгала я, и мои щеки вспыхнули от неловкости из-за того, что он мог подумать, будто я дурно воспитана. — Просто, мне не совсем понятно, зачем ты мне их подарил, вот и все.

Он оттолкнулся от машины и через пару шагов стоял слишком близко для того, чтобы мое сердцебиение оставалось комфортным. Я инстинктивно отступила назад, уперевшись поясницей в перила, в то время как Блейн продолжал приближаться до тех пор, пока мне не пришлось запрокинуть голову, чтобы видеть его.

Тусклый свет от фонарного столба за его спиной бросал блики на его лицо, и он стоял достаточно близко, чтобы я чувствовала едва уловимый терпкий запах его парфюма.

— Как прошло твое свидание? — мягко спросил он, и его рука, потянувшись к моим волосам, заплетенным в косу, лениво стянула резинку. У меня перехватило дыхание, и хотя я слышала, что он о чем-то спросил, мне было крайне трудно сосредоточиться. В конечном итоге, его вопрос достиг моего сознания.

— Хорошо… все прошло хорошо, — выпалила я, пытаясь безрезультатно разглядеть в темноте его лицо, в то время как его пальцы продолжали методично расплетать мои волосы.

— Звучит впечатляюще, — сухо заметил он, и я пожалела, что не подготовила для него более продуманную версию.

К этому моменту он уже полностью расплел мои волосы и теперь пропускал волнистые локоны между пальцев. Мне всегда нравилось, когда касались моих волос, и если добавить к этому чувственность и врожденную харизму Блейна, то, признаться, я чувствовала себя так, словно вот — вот превращусь в желейную лужицу на асфальте.

— Чт… что ты делаешь? — выдохнула я, запинаясь.

— Касаюсь тебя, — ответил он едва слышно, и мне показалось, что мое сердцебиение утроилось. Всего два слова породили в моем сознании образы, которые не имели права на существование. Я усиленно пыталась вспомнить, почему должна была держаться от него подальше, но у меня не слишком получалось.

— Остановись, — выдохнула я, наконец, но этот протест прозвучал как-то совсем жалко. В действительности, я даже удивилась, что он не рассмеялся надо мной после этого.

— Ты хочешь, чтобы я остановился? — спросил он сипло, и по моему телу пронеслась предательская дрожь. Я не могла думать, когда он находился так близко, с его пальцами в моих волосах и его рукой поверх моего бедра. Поэтому я выпалила первое, что пришло мне в голову, чтобы снова восстановить свою оборону.

— Ты выяснил что-нибудь по поводу тех номеров… из сотового Шейлы?

Его рука застыла в моих волосах.

— Я знаю, что это ты забрал телефон, — настаивала я. — Это, кстати, было низко с твоей стороны, знаешь?

— Почему ты решила, что это я его забрал? — спросил он, и на этот раз в его голосе слышалась резкость, заставившая меня содрогнуться в нехорошем смысле этого слова. Я запоздало осознала, что находилась в крайне уязвимом положении. Блейн притупил мою настороженность, и теперь мне оставалось пенять только на саму себя за свою типичную легковерность.