Тиффани Сноу - Безвозвратно

— Да, спасибо тебе, — отрезала я, не уступая ему в холодности тона.

— Верно. Бизнесу не идет на пользу, когда по офису дефилируют шлюхи, вроде тебя, — презрительно скривил губы он. — Скажи мне, ему хотя бы какое-то усилие пришлось приложить, чтобы забраться тебе под юбку, или ты сама бегала за ним, как во время течки?

Кровь мгновенно схлынула с моего лица.

Я не могла поверить, что он говорил со мной в подобном вульгарном тоне, и вопреки всем своим усилиям сдержаться, почувствовала, как к моим глазам подступили слезы. Но уже через несколько секунд эти слезы сменились злостью, и я, замахнувшись, со всей силы влепила ему пощечину.

— Не говори со мной так! — выплюнула я дрожащим от злости и смятения голосом, совершенно не успев среагировать, когда его рука метнулась вперед, задев кулаком мою скулу и заставив мою голову откинуться в бок. От болевого шока перед моими глазами поплыло. Схватив меня за волосы, он потянул мою голову на себя, и я вскрикнула от боли.

— Блейн закончит с тобой уже через месяц, а потом вышвырнет, как мусор, которым ты в действительности и являешься, — прошипел он поверх моего уха. — И тогда ты пожалеешь, что предпочла его мне. А я, поверь мне, позабочусь о том, чтобы ты жалела об этом еще очень-очень долго.

Слезы боли жгли мои глаза, в то время как я тщетно пыталась убрать его руку с моих волос.

— Отпусти ее! — Раздавшийся позади нас жёсткий женский голос застал нас обоих врасплох, и Джеймс резко обернулся. В дверях соседней квартиры стояла Сиджи, державшая в руке оружие. От чувства облегчения, которое окатило все мое тело, я чуть не осела в сторону стены.

— Отпусти ее, — резко повторила Сиджи, и я была приятно удивлена тем, что ее рука уверенно держала Джеймса на прицеле.

Губы Джеймса дрогнули в пугающей улыбке, которая казалась на половину безумной. Он отшвырнул меня в сторону, и я с силой ударилась о дверной проем, морщась от болевого спазма, пронзившего мое плечо.

— Без проблем, — произнес он, пожав плечами. — Я с ней в любом случае уже закончил.

На этом он направился к лестнице, и мы обе, молча, смотрели, как он спускался вниз, не двигаясь до тех пор, пока не услышали, как его машина выехала со стоянки.

— Спасибо, — умудрилась выдавить я, взглянув на Сиджи, которая сразу же поспешила ко мне.

— Давай приложим немного льда ко всему этому, — произнесла она, помогая мне пройти в свою квартиру. Я была слишком подвержена эмоциональному и болевому шоку, чтобы как-то реагировать на то, что она буквально тащила меня в гостиную. Усадив меня на диван, Сиджи принесла с кухни пакет льда, обернутый в полотенце, и я, морщась от боли, прижала холодный компресс к саднившей щеке.

— Какого черта ему было от тебя нужно? — вскинулась она, и мои губы поджались. — Кто он вообще такой?

— Мой бывший босс, — ответила я, все еще находясь под впечатлением агрессивной конфронтации. Реакция Джеймса с трудом поддавалась объяснению. Он вел себя так, словно поймал меня на измене, и хотя я была крайне раздосадована на него из-за увольнения, я даже представить себе не могла, что он мог меня ударить.

— Вот сволочь, — скривилась Сиджи в презрительной гримасе. Ее взгляд прошелся по квартире теперь уже с нескрываемым любопытством. — Вау… здесь, похоже, неплохо поработали.

— Да-а, — согласилась я уклончиво. Мне сейчас не слишком хотелось думать о Блейне, поэтому я, поднявшись с дивана, прошла на кухню, чтобы бросить пакет со льдом в раковину. Моя голова раскалывалась настолько, что мне пришлось принять две капсулы болеутоляющего.

— Могу я предложить тебе что-нибудь выпить? — окликнула я Сиджи из кухни.

— Конечно, — согласилась она.

Просмотрев незнакомое содержимое холодильника, я откапала бутылку холодного чая и разлила его по стаканам. Бутылочный чай, на мой взгляд, был крайне сомнительным удовольствием, но многим людям этот напиток нравился.

— Спасибо еще раз за помощь, — слабо улыбнулась я, вернувшись в гостиную и протянув ей стакан. — Честно говоря, я удивлена, что ты не спала в это время… Разве ты не говорила, что спишь днем, потому что работаешь ночью?

Сиджи сделала глоток, прежде чем ответить.

— Да-а, обычно, так и есть, но сегодня у меня возникли… некоторые проблемы со сном.

— И чем ты занимаешься, работая по ночам? — спросила я с любопытством. — И почему у тебя есть оружие?

— Я программист, — ответила она, крайне удивив меня этим. — Работаю на японскую компанию, поэтому приходится придерживаться их рабочего графика. А револьвер мне нужен для самозащиты. — Последнее она произнесла так, словно считала этот мой вопрос совершенно идиотским. После произошедшей сцены с Джеймсом я не могла с ней не согласиться.

— Это впечатляет, — произнесла я, совершенно не преувеличивая, потому что она, как минимум, казалось слишком юной для подобных вещей. — Почему ты, в таком случае, не переедешь в Японию, раз уж у тебя там есть работа?

Сиджи покачала головой:

— Без вариантов. Ты когда-нибудь видела то безумие, которое они там едят? Нет, спасибо. Я останусь здесь, в старых добрых Соединенных Штатах.

Опустив руку в карман черного жакета, Сиджи вытянула сигарету.

— Ты не против? — уточнила она, и я невольно поморщилась, потому что ненавидела сигаретный дым. Она поймала мой взгляд и с легким вздохом убрала сигарету назад в карман.

— Не слишком ли ты… молода, чтобы курить? — спросила я, потому что она, определенно, выглядела гораздо моложе меня.

В ответ Сиджи только повела плечами.

— Я программирую компьютеры с десяти лет и уже с шестнадцати живу самостоятельно, поэтому… полагаю, если я хочу курить, то я буду курить.

Ладно, с этим было трудно поспорить, и мне оставалось только уважать ее независимость.

— А чем занимаешься ты? — спросила она после некоторой паузы, и я заметно помедлила, прежде чем ответить, потому что, если оставаться до конца честной, на фоне ее талантов моя жизнь казалась абсолютно жалкой.

— Ну… этим утром меня уволили, — произнесла я неохотно.

— Это паршиво, — поморщилась Сиджи, и в ее голосе слышалось искреннее сочувствие.

— Да-а… но у меня все еще осталась моя вечерняя работа, поэтому, думаю, все не так уж и плохо.

Заговорив о работе, я вспомнила, что мне следовало пойти и проверить, остался ли все еще мой костюм в машине, потому что сейчас как никогда мне нужны были чаевые, которые я надеялась получить, обнажив немного своей кожи.

— И чем ты занимаешься по вечерам?

— Работаю барменом в баре «Дроп». — Меня начинала беспокоить мысль, не суждено ли мне было заниматься этой деятельностью всю свою оставшуюся жизнь, если учесть, что все мои попытки начать карьеру были полностью дезинтегрированы.