Сандра Браун - Алиби

— А я думал, поклонников не бывает слишком много, — попытался пошутить он, но, увидев неподвижное лицо Юджин, осекся. — С тобой все в порядке? — заботливо спросил он.

— Все нормально, — ответила Юджин и через силу улыбнулась. Все было, наоборот, очень плохо. Неожиданное появление Бобби напомнило ей о том, что за меч занесен над ее головой. Каждый час, каждую минуту Бобби мог вторгнуться в ее жизнь и разрушить все, и ей негде было от него спрятаться.

— Послушай, Юджин, как ты смотришь на то, чтобы позавтракать вместе? — предложил Дуглас. — Мне бы хотелось в качестве благодарности за лекции угостить тебя креветками по-креольски и фруктовым салатом.

— Что ж, предложение соблазнительное, но я пас. У меня действительно через пятнадцать минут сеанс.

На самом деле Юджин не смогла бы, наверное, проглотить ни куска пищи, даже если бы от этого зависела ее жизнь. Научный мир, в который она погружалась каждый раз, когда приезжала читать лекции в университет, казался ей единственным безопасным убежищем, но сегодняшнее появление Бобби разрушило эту иллюзию. Юджин чувствовала себя потрясенной, чего этот негодяй, наверное, и добивался.

— Как бы не опоздать, — озабоченно добавила она, бросая взгляд на часы. — Я и не знала, что уже столько времени.

— Хорошо, я тебя отвезу.

Дуглас был столь любезен, что сам заехал за ней утром и привез в университет на своей машине. Теперь он снова усадил Юджин на переднее сиденье своего видавшего виды “Форда” и повез обратно в центр города. Когда они уже подъезжали к кварталу, где жила Юджин, Дуглас снова заговорил о том, как он признателен ей за то, что она нашла время для его студентов.

— Не благодари меня, — ответила она. — По правде говоря, я и сама получала от этих лекций удовольствие… — “Пока Бобби все не испортил”, — прибавила она мысленно.

— Все равно я твой должник, — сказал Дуг. — Если тебе что-нибудь понадобится, сразу обращайся ко мне — я постараюсь помочь.

— Хорошо. Обязательно. Скрывая свою тревогу, Юджин всю дорогу расспрашивала Дугласа об общих друзьях и коллегах. Но когда Дуг в свою очередь поинтересовался, как она поживает, Юджин вдруг поняла, что не знает, что ему отвечать. Если бы она сказала правду, Дуглас все равно бы не поверил. “Не захотел бы поверить”, — уточнила она мысленно, когда машина уже сворачивала на узкую улочку, где стоял ее дом.

— Что за черт! — вырвалось у Дугласа. — Похоже, тебя обчистили!

Но Юджин сразу поняла, что две полицейские машины, стоявшие на тротуаре напротив ее дома, не имеют никакого отношения к грабителям. Действительно, два копа в форме замерли по сторонам крыльца, как часовые, полицейский в штатском, привстав на цыпочки и заслонившись от солнца руками, пытался заглянуть в окно, а на дорожке, ведущей от ворот к дому, стоял Смайлоу и разговаривал о чем-то с пациенткой Юджин, приехавшей, очевидно, раньше назначенного срока.

Дуглас остановил “Форд” у ворот и собирался вылезти, но Юджин остановила его:

— Не вмешивайся в это, Дуглас. Я не хочу…

— Во что не вмешиваться? Что происходит, Юджи?!

— Я потом тебе все расскажу.

— Но…

— Прошу тебя. Я позвоню.

Торопливо пожав ему руку, она выбралась из машины и прошла через ворота в сад, машинально отметив, что на тротуаре уже начали собираться зеваки. Квартал, в котором она жила, был малонаселенным, но зато в нем было много домов, представлявших исторический интерес, и на улицах часто появлялись туристы и целые экскурсионные группы. Даже сейчас какая-то женщина фотографировала ее дом, несомненно, радуясь возможности не только запечатлеть памятник архитектуры, но и предъявить знакомым документальные свидетельства “кошмарного происшествия”, очевидцем которого ей посчастливилось стать.

— Доктор Кэрти! — бросилась ей навстречу пациентка. — Что тут происходит? Не успела я позвонить в дверь, как появились полицейские и сказали…

— Извините, Эвелин… — Юджин посмотрела поверх ее плеча на Смайлоу, который ответил ей внимательным и настороженным взглядом. — Как ни жаль, но нам придется перенести нашу встречу на другой день.

Обняв Эвелин за плечи, она проводила ее до ворот, чтобы усадить в машину. Ей потребовалось несколько минут, чтобы убедить пациентку в том, что все в порядке. Это было тем более трудно, что сама она так не думала. Юджин терзало предчувствие чего-то страшного, ощущение неизбежной катастрофы, хотя, в чем тут может быть дело, она понятия не имела.

— Но все правда в порядке? — спросила Эвелин, садясь за руль своего новенького “Корвета”.

— Уверяю вас — да. Еще раз простите, что придется перенести нашу встречу. Я позвоню вам, как только это недоразумение разрешится. Не беспокойтесь.

Только когда Эвелин отъехала, Юджин повернулась и зашагала обратно.

— Что, черт побери, вам здесь нужно? — резко спросила она, глядя прямо в глаза Смайлоу. — Так вы распугаете всех моих пациентов и добьетесь того, что я вынуждена буду через суд потребовать возмещения убытков. А это не маленькая сумма, детектив, совсем не маленькая…

— Боюсь, из этого ничего не выйдет. — Смайлоу неприятно осклабился и достал из кармана пиджака какую-то бумагу. — У меня есть ордер на обыск. Взгляните…

Но Юджин смотрела не на него, а на двух копов и еще одного детектива в штатском, которые топтались теперь перед ее входной дверью. Только потом она перевела взгляд на Смайлоу.

— Последний пациент придет ко мне сегодня около двенадцати. Вы не можете подождать, пока я с ним закончу?

— Боюсь, что нет.

— Я сейчас позвоню Фрэнку Перкинсу!

— Сделайте одолжение. — Он издевательски поклонился. — Звоните кому хотите, доктор Кэрти. Только должен предупредить: чтобы войти в дом, мы не нуждаемся ни в разрешении вашего адвоката, ни даже в вашем. Так что будьте добры — откройте дверь сами, чтобы нам не пришлось ее ломать.

— Пожалуйста. — Юджин достала из сумочки ключ. Больше всего ей хотелось швырнуть его под ноги Смайлоу, но она сумела справиться с собой. Поднявшись на крыльцо, она отперла входную дверь и отступила в сторону. — Прошу.

Смайлоу махнул рукой, давая своим людям знак начинать, и копы — а за ними и детектив в штатском — устремились внутрь.

Юджин осталась стоять на крыльце, с трудом сдерживая слезы. Самым оскорбительным ей показалось не то, что копы готовы были взломать ее собственную дверь в ее присутствии, а то, что прежде, чем сделать это, они натянули на руки тонкие резиновые перчатки, словно боялись столкнуться внутри дома с грязью или с инфекцией, от которой требуется специальная защита.

Сначала она просто вскрикнула.

Потом, сидя на постели и прижимая простыню к обнаженной груди, громко зарыдала.