Баса - Бастарды [СИ]

Сам воздух стал разреженным, колючим, холодным. Занавески на окнах справа от нашего столика колыхались сильно, не так как прежде. Почувствовала сильное напряжение в теле перед тем, как повернулась к двери.

Резкие порывы ветра взметнули волосы и налезли на глаза. Передернула плечами от холода.

Встретилась взглядом с его притягивающим взглядом, вцепившимся намертво в жертву. Сегодня жертва я. А он как демон отмщения. Его широкие, нервные шаги отдавались эхом в груди. Мужской взгляд парализовал, протаранил грудь. Заставил отдать бокал молодому человеку и панически быстро вскочить с места. И бегом сквозь небольшое количество народу взметнуться по лестнице на второй этаж, там туалеты.

Побежала не жалея ног, благо в кедах. Хаски меня чуял, шел след в след. Однако переступал быстрее обычного, но на бег не переходил пока что.

Врезалась в парня с девушкой, но не приостановилась. Бежала и бежала от когтей хищника. Рисковала быть заклейменной, как последняя тварь, за непослушание.

Хаски зол. Не видела его никуда спешащим. Никогда. А сейчас он передвигался через ступеньку по моим шагам.

Чертова энергия. Почему не формировалась, когда так необходима? Слишком нервничала, чтобы сосредоточиться на чем-то.

Туалет женский встретил полным затишьем. Здесь никого облегченно поняла и попыталась заблокировать дверь. И в тот же момент вылетела в коридор под воздействием силы, держась за ручку.

Хаски передо мной. Гневные эмоций на лице. Оранжевые нечеловеческие всполохи на яблоке глаз. Не успела подумать, что такое странное с его глазами? Энергия выходила из-под контроля? Таким я его не видела ни разу, даже когда первый раз в спортзале отказала.

— Что ты тут делаешь? — медленно отступала в помещение. Хаски шаг в шаг. По следам жертвы.

Сердце подскакивало от напряжения. Мужчина не отвечал на вопрос, но будто направлял назад — за спину, туда, где находились три раковина. Зачем?

— Что случилось? — понимала, что глупый вопрос, но так скрывала страх.

Ягодицами ударилась о холодный кафель раковины, по глупости небрежно повернула шею туда. И внезапно мое тело вслед развернулось.

— Что ты? — рука на затылке склонила мою голову вниз к раковине. Сдавила шею пальцами, нагибая низко.

— Стоять! — только один приказ прозвучал от Хаски. Я руками оперлась о раковину, пытаясь вернуть тело вертикально.

— Нет! Хаски! Слышишь! — зашипела. — Убери руки!

Услышала молнию змейки на джинсах.

— Перестань! — бедром боднула мужчину сзади, но захват усилился на шее и болью сильнее залил кожу.

— Прекрати! — взвизгнула, когда юбка задралась сзади. Ощутила пальцы там — на ниточке белья, прикрывающей самую интимную часть тела.

Правую руку сжала в кулак и локоть занесла назад, Аристократ удар с легкостью заблокировал, дернув вверх плененную конечность. Мышцы в плечах скрутило, прострелило, в глазах помутнелись цвета. Кадры реальности сбились.

Мужские пальцы без малейшего раздумья убрали ткань нижнего белья между ногами, едва прикоснулись к теплым складкам тела, на что я вздрогнула. Усилила нажим на раковину левой рукой. А мужчина продолжил действовать — раздвинул пальцами теплые складки, освобождая больше места, как будто растягивал ткани для себя.

— Прекрати, Хаски! — копошение на ширинке расслышала. Взвизгнула, не сдержавшись. — Не надо!

Подняла глаза в зеркало перед собой. Видела в отражении себя Бастарда, эту раковую опухоль среди Немийцев того, кого презирали.

В уголках глаз проступила позорная влага, но Хаски не видел. Он молчал.

Уголки раковины врезались в бедра, а я вцепилась пальцами в кафель, взвизгнув от давящего ощущения в теле. Вторая рука свободна, но больше она ни к чему, поздно.

Спрятала глаза внизу на кране. Не видеть только себя. Тебя. Этой комнаты.

Не ощущать накатов гигантских волн, в которых захлебывалась. С каждым толчком внутри тела ощущала голыми ягодицами прикосновения бедер. Твоя плоть вбивалась в меня, как кинжал, разил. Не гладил, не ласкал. Убивал, вдавливал, резал до бесконечности долго и унизительно.

Мое тело двигалось, как манекен туда-сюда, направляемое ударами сзади. Искра боли. Резкий выход до конца. Вновь удар в меня, раздвигая насильно внутренние ткани, не готовые принять мужчину. А потом опять назад и вперед. Вспарывал до конца, до основания горячую плоть.

До боли в пальцах сжимала раковину, захлебывалась от мощных волн, накрывавших с головой. Выставила руки на зеркало, чтобы не врезаться лбом. Теряла равновесие от слишком жестких толчков в себе. Закусила губы до крови, желая разодрать.

Больше ни звука от меня не было: ни мольбы, ни просьб. Только когда мужчина сзади мои волосы намотал на кулак и задрал голову по максимуму назад.

Глаза в глаза в зеркале. Наши отражения нашли друг друга и медленное наполнение, подрагивание его члена во мне. Легкая вибрация.

На мужчине ни единой эмоции. Смотри, Ананина — это то, что ты есть. Мясо. Горячее податливое мясо.

Потом отпустил мою голову, достал член и отошел назад. Моя голова наклонена вниз, опущенная, скрылась за волосами.

Молния с ног до головы разрезала плоть, едва я приподняла спину вертикально. Непослушными ногами переступала назад, пока спиной не стукнулась о холодный кафель стены. Сползла вниз. Присела на корточки, спрятав лицо в руках.

Уйди, пожалуйста.

Но шагов не было слышно. Только запах никотина пробрался в затвердевшие, как камень, легкие. Противно.

Уйди, пожалуйста. Шли секунды молчания, а потом шум воды возле раковины.

— Ты сама виновата, — произнес Хаски, почти мягко ухватил за запястье, вынуждая встать. Какой противовес. Прикосновение было легким, не грубым, и голос успокаивающим. Лопатками прислонил меня к стене, так чтобы волосы не скрывали лица, убрал мешающие пряди. Но я смотрела вскользь, через плечо на противоположную дверь у выхода. Никто не заходил и не видел позора.

— Когда я чего-то хочу, то предлагаю сделку. Если партнер согласен проблем нет. Если нет — привожу миллион доводов в пользу заключения сделки. Последний шаг вынужден применить физическое убеждение. Так или иначе, я всегда получаю то, что желаю. Но ты… — взял почти мягко за подбородок и направил в бок и вверх. Вынуждая поймать его взгляд. Почему ты так ненавидишь меня? Что я сделала? — Ты слишком упертая.

Вздрогнула, когда мужчина приблизил лицо ко мне вниз. Испуганно отвернула подбородок вбок и зажмурилась. Не прикасайся!

Но я промолчала. В момент поганая энергия запоздало забурлила по венам, предательски покалывала ладони и стопы. Рука Хаски, держащая мое плечо, стала плавно рябить. Искажаться, словно мутное пятно капнули на снимок. Искривились линии, поплыли по неизвестной траектории движения.