Сад пленённых сердец

И вот утренний ветерок стал услаждать душу и призывать ее проснуться. Юноша с бледными ланитами и тоской в сердце вышел из дому в поисках лекаря, который вылечил бы его от любовного недуга, надеясь, что он обезвредит желчь этой тоски зельем и успокоит душу, готовую покинуть тело из-за разлуки с возлюбленной.

Раздумывая так, он пришел к решению и сказал себе: «Надо отправить к ней послание и рассказать о моем раненом сердце и изнывающей душе. И, быть может, она смилостивится и будет благосклонна, ибо благородный человек не станет ненавидеть того, кто влюблен в него, так же как лучезарное солнце, обходящее всю вселенную, — царь звезд и владыка светил, — находясь в апогее своего величия, не презирает мельчайшей пылинки. Ведь даже румяноликая в зеленом одеянии, с кокетливым взором, будучи царицей ароматных лугов и украшением садов, не стыдится соседства с шипами. Может быть, мои тяжкие вздохи и подействуют на нее, а мои слезы увлажнят ее глаза, которые не ведают слез. И тогда расцветет роза свидания, стряхнув шипы разлуки».

С этими мыслями юноша взял калам и бумагу и написал эти страстные излияния:

Затем юноша описал вкратце свою любовь, дал возлюбленной знать о страждущем сердце, о тайне своей и отправил письмо к ней с доверенным лицом.

Когда девушка получила письмо и прочитала его от начала до конца, она сказала:

— Передайте этому юноше, чтобы он больше даже и не пытался говорить об этом. Пусть он не равняет меня с другими женщинами, не болтает попусту, не стремится к недосягаемому, пусть не раскалывает расколотые орехи и не бьет молотом по холодному железу, ибо:

— Пусть он знает, что я при всей своей красоте целомудренна, никогда пыль подозрения не сядет на мое одеяние добродетели и моя роза-чистота не будет запятнана шипом-позором.

Услышав такой ответ, юноша вспомнил:

Затем он сказал себе: «Из письма ничего не получилось, — надо от пера перейти к золоту и дорогим одеждам».

Юноша отправил возлюбленной вместе с письмом золото и драгоценные одежды, но она только сказала:

— Передайте этому юноше, что

— Если бы можно было достичь посредством золота желаемого и искомого, то все сердца влюбились бы в рудник-вместилище сокровищ. Если бы каждая красавица бросалась в объятия из-за шелков, то шелкопряд — основа всех шелков и атласов — был бы возлюбленным всех душ. Брачная комната, хоть она и разубрана, не предназначена для покоя. Золотые кольца хороши на шлее под хвостом мула, а не в ушах пленительной красавицы.

Она вернула назад золото, одеяния и письмо с таким грубым ответом. Огорченный и удрученный юноша слег в постель и стал от тоски петь любовные стихи:

Розовые щеки юноши от переживаний стали шафранными; под бременем скорби и разлуки, которые достались ему от судьбы, его стан, стройный, как стрела и кипарис, согнулся, как лук, разбитый превратностями судьбы и бурями событий. Он жил только мечтой о свидании и утешал себя такими стихами:

С вечера до самого утра, от сумерек до зари он проводил время на улице, где жила возлюбленная, надеясь, что его коснется дуновение ветерка, веющего из садов свидания. Безмерная скорбь и безграничное горе поселились в его сердце, пламя разлуки сожгло гумно его терпения, а он лишь читал стихи:

Но вот однажды к юноше пришла одна старуха. Лучник-судьба заменила прямоту ее стана горбом, зной дней рассыпал шафран на ее тюльпанах-щеках и камфару — на лужайке ее гиацинтов. Она взглянула на юношу и увидела, что цветник его красоты поблек и завял, что свежесть аргувана его щек сменилась шафраном. Старуха стала пытливо разглядывать его, пытаясь разгадать причину его изнурения и желтизны, и догадалась, что юношу бьет любовная лихорадка и изнуряет жар разлуки, что именно по этой причине пожелтели его щеки.

— О юноша! — обратилась она к нему. — Почему солнце твоей юности потемнело? Почему цветник твоей молодости завял в самую весеннюю пору? Если твой недуг — любовь, то можно найти лекаря.

Выслушав эти намеки, юноша вздохнул глубоко и пролил горючие слезы. Старуха, разгадав тайну любви и определив, что причиной является разлука, сказала юноше: