Даниэла Стил - Герцогиня

– Я даже изредка не буду.

– Как скажете. Ваш дом – ваши правила.

– Найдите дам, но не слишком молодых. Они должны быть интересными собеседницами, иметь опыт в любовных утехах и обладать изюминкой.

Фабьенн кивнула. Она мало что понимала, но идея ей нравилась. Это было гораздо лучше, чем возвращаться к мадам Альбин или к жизни на улице.

– Думаете, у нас правда получится?

– Не знаю, но давайте попробуем. Я намерена управлять лучшим борделем в Париже.

И они приступили к составлению списка всего необходимого, чтобы добиться поставленной цели.

Для обеих начиналась новая жизнь.

Анжелика провела ревизию своего гардероба. Для поиска здания ей требовалось выглядеть как респектабельная вдова. Фабьенн могла сойти за ее служанку.

Анжелика достала несколько платьев: из темно-синего шелка, с широкими юбками и кружевным воротником, в котором иногда обедала с отцом в Белгрейве, темно-красное с высоким воротником и подходящей к нему шалью и еще два строгих черных платья, которые носила во время траура. Пожалуй, они отлично послужат ей в роли благородной юной вдовы. Впрочем, Анжелика могла не беспокоиться о своем внешнем виде – ее осанка, манеры и речь выдавали аристократическое происхождение. Перчатки, веер матери и небольшая сумочка – да, пожалуй, у нее было все, чтобы произвести необходимое впечатление.

Что же до Фабьенн, то для нее нашлось простое черное платье из шерсти. Если к нему добавить кружевной воротник, получится отличное платье горничной.

Вся одежда мисс Латэм находилась в отличном состоянии, но вот головные уборы… После почти двух лет хранения в коробках шляпки пришли в негодность.

– Откуда у вас такая одежда? – спросила Фабьенн. Она в жизни не видела таких изысканных платьев – из бархата, шелка, тончайших кружев.

– С тех времен, когда я еще не была няней, – тихо ответила Анжелика.

– Кем же вы были? Королевой? – полушутя произнесла француженка.

Анжелика не ответила. Впрочем, она имела право хранить секреты.

Жаль, остальные наряды уже не вернуть из Белгрейва. Если попросить миссис Уайт послать их, она захочет узнать, зачем они понадобились. Да и Тристан ни за что не позволит отослать ей одежду и другие вещи. Вполне вероятно, он уже давно их выкинул. После ухода от Фергюсонов Анжелика еще не писала экономке. Она отправит ей письмо, когда все образуется.

– Вы можете встать? – спросила она Фабьенн.

Девушка с трудом, но поднялась. Она оказалась на несколько дюймов выше Анжелики, но в остальном их фигуры были весьма схожи.

Фабьенн примерила платье, и Анжелика прищурилась.

– Я могу удлинить подол. Ну а если пришить немного кружев на рукава и воротник, вы будете вылитая личная служанка леди, и весьма элегантная притом, – с улыбкой сказала она.

– Я? Служанка леди? – Фабьенн удивилась. Про это Анжелика ей не говорила.

– Да. На время, пока мы будем искать дом. Я – вдова, вы – моя служанка, ну или, возможно, кузина. Мы только что приехали из Лиона, чтобы быть поближе к родне. На сколько лет я выгляжу?

Француженка внимательно оглядела Анжелику и честно ответила:

– На пятнадцать.

– Плохо. Как вы думаете, я могу выглядеть лет на двадцать пять – двадцать шесть?

– Возможно, если будете носить не такие строгие платья, с более открытыми вырезами.

– Отлично. Когда мы откроем заведение, я так и буду одеваться. Дамы и посетители не станут меня уважать, если будут считать слишком молодой. Так что мне двадцать шесть. Хороший возраст для вдовы.

– И отчего умер ваш муж? – усмехнулась Фабьенн. Она давно так не веселилась и не испытывала такого удовольствия, как с этой особой, вытащившей ее из придорожной канавы. Англичанка стала ее ангелом-хранителем.

– Я убила его, – заявила дочь герцога будничным тоном.

Фабьенн рассмеялась.

– Ой, не знаю, холера, малярия, что-нибудь жуткое. Мое сердце совершенно разбито, по крайней мере на время, пока мы будем договариваться об аренде. Для клиентов я буду веселой вдовой, однако все же хранящей добрую память о муже и не желающей предавать его, так что для посетителей я неприкосновенна. Ну, как вам такая история?

– Завораживает. Вы либо сошли с ума, либо чертовски умны.

– Будем надеяться, и то, и другое. Достаточно безумна, чтобы пойти на такое, и достаточно умна, чтобы у меня все получилось.

Задача стояла не из легких – заполучить и обставить дом, да так, чтобы самым искушенным мужчинам хотелось приходить в бордель снова и снова.

Более того, ей хотелось, чтобы женщины, работающие у нее, смогли скопить достаточно средств и начать новую жизнь. Фабьенн, например, хотела вернуться на юг – только не домой, выйти замуж, родить детей. У Анжелики не было места, куда она могла бы вернуться, как и желания быть в подчинении у какого-то мужчины. Очень уж это опасно, к тому же многие из них мерзавцы. Ее братья, Гарри Фергюсон, сэр Бертрам… Такие, как Филипп Латэм, прежний герцог Уэстерфилд, определенно являлись большой редкостью.

– Нам требуются новые шляпки. Мои пришли в полную негодность. Вам что-нибудь попроще, мне же, наоборот, поэлегантнее, чтобы я выглядела старше.

– А вдруг это дорого? – взволновалась Фабьенн.

– Вполне возможно. Нам также потребуется одежда для дам – красивая и элегантная. А все остальное можно показать и потом, наедине с джентльменами.

– Откуда вы все это знаете?

Всего пару дней назад Анжелика впервые встретила проститутку, а теперь была уже готова заправлять высококлассным борделем для высшего общества Парижа.

– Выдумываю все по ходу дела, – ухмыльнулась она. – Вы достаточно хорошо себя чувствуете, чтобы выйти сегодня на улицу?

Лицо Фабьенн почти зажило. Виднелась только пара синяков. Ребра, конечно, побаливали, но двигаться это не мешало. Конечно, корсет она надевать не стала бы, но Анжелика заверила ее в том, что это и не потребуется. Без корсета она будет больше похожа на служанку.

– И сколько же мне лет в нашей сказке?

Француженка уже приняла мисс Латэм в качестве своей новой мадам. Она уважала ее как никого в жизни.

– Пожалуй, восемнадцать, – проговорила Анжелика, раскладывая платья на постели. Она отбросила в сторону одежду, в которой ходила к миссис Маккарти и мадам Бардо. Жизнь няни закончилась. Возможно, когда-нибудь она станет гувернанткой. Анжелике нравилась идея учить больших детей. В конце концов, она много читала, знала языки, неплохо обращалась с цифрами – и все эти навыки понадобятся ей в нынешнем деле. Кроме того, она умела отлично управлять хозяйством большого дома и даже могла работать с гроссбухами. По крайней мере, с отцовским обращалась вполне сносно.

Фабьенн уже догадалась, что ее новая знакомая явно имеет благородные корни, но не хотела расспрашивать. Кроме того, она подозревала, что Анжелика ей все расскажет, когда придет время.