Даниэла Стил - Герцогиня

– Кажется, будто я умерла и очутилась на небесах, – произнесла Филиппина, когда они впервые ужинали все вместе в столовой.

Жак ел на кухне, с кухаркой и горничными. Никто не возражал против того, чтобы работать в борделе, – это больше не держалось в секрете. Каждый работник знал правду.

После ужина Анжелика сделала объявление: завтра они поедут за покупками, и девицы взволнованно заговорили, перебивая друг друга. Форменный пансион. Все были в отличном настроении и с нетерпением ждали, когда смогут обслуживать клиентов.

Фабьенн и Анжелика улыбнулись друг другу.

– Мы сделали это, – сказала Анжелика.

– Нет, вы сделали это, – возразила Фабьенн.

– Я всего лишь занималась меблировкой. Без вас дом был бы пуст.

– Только меблировкой? Как бы не так.

Анжелика подала идею, вложила деньги и нашла этот особняк.

Кстати, о деньгах. Анжелика обсудила с дамами их жалованье и плату с клиентов. Договорились, что она будет выделять им половину доходов – неслыханная щедрость. Никто еще не давал им такой процент.

– Весь Париж будет говорить о нас, – с удовлетворением заметила Агата. Она уже поговорила с друзьями покойного покровителя и пригласила их в заведение, как только они откроются.

Анжелика не настаивала, чтобы клиенты сразу отправлялись наверх. Пусть сначала пообщаются с дамами. Она надеялась создать нечто большее, чем обычный бордель. Настоящий светский салон с пикантными развлечениями – вот чего она хотела.

– Как мы назовем бордель? – спросила Яба.

Резонный вопрос. После обсуждения решили назваться «Будуар» – с намеком, но не вульгарно.

На следующий день они отправились за покупками. Однако в первом же магазине их отказались обслуживать. Модистка прекрасно поняла, кто перед ней. Такая реакция отрезвила Анжелику, напомнив, что их дело считается позорным и непристойным. Конечно, все оделись прилично, но все-таки были чересчур красивы, экзотичны и вовсе не походили на буржуазных домохозяек. Женщины на улице неодобрительно смотрели на них. Мужчины глазели.

В дальнейшем поход по магазинам прошел без эксцессов. В отделе корсетов и нижнего белья дамы проявили наибольший интерес. Филиппине даже удалось убедить дочь герцога купить себе комплект шелкового кружевного белья.

– Никто же это не увидит, – смеясь, возражала Анжелика.

– О, не надо строить из себя монашку. Подумайте, вдруг вас переедет карета, как волнительно будет, когда в больнице увидят ваше белье! Давайте, присоединяйтесь к нам.

Анжелика не устояла перед ее уговорами. На ужин все условились надеть новые вечерние платья.

Когда все собрались за столом, Анжелика пришла к выводу, что никогда не видела столько красивых женщин в одном месте. Они с Фабьенн сделали правильный выбор. Все восемь оказались безукоризненно воспитанны. Анжелика ощутила гордость за них.

Сама она надела одно из лучших своих вечерних платьев – из ярко-синего бархата, дополнив его сапфировыми сережками и ожерельем матери. Два года она думала, что оно ей никогда не пригодится. Все засы́пали Анжелику комплиментами.

– Вы выглядите словно принцесса, – произнесла Камилла, и она не лгала.

– Нет, всего лишь герцогиня, – смеясь, ответила Анжелика и тут же пожалела о том, что проговорилась.

– Что вы хотите сказать? – ухватилась за ее слова Агата.

– Ничего. Я просто дурачусь.

– Нет, – возразили дамы. – Скажите нам правду. – Они с самого начала чувствовали – у мадам есть большая тайна. – Вы – герцогиня?

Анжелика колебалась, но недолго. Она знала историю каждой из девиц – откуда они, почему здесь, как дошли до такого образа жизни. Будет честно, если они узнают правду о ней.

– Нет, я не герцогиня, – честно ответила она. – Я всего лишь леди. Но мой отец был герцогом. Мой брат унаследовал титул, землю и все состояние, согласно законам британской короны. Моя мать была герцогиней и законной женой моего отца, а мой дед по материнской линии – французский маркиз. Когда отец умер, старший брат отослал меня к своим знакомым служить няней и сделал вид, будто я его дальняя родственница. Таким образом, у меня нет ничего, и я – никто. Герцогиня Уэстерфилд – жена моего брата. Я – нет.

– Но тогда на что вы купили все это? – робко спросила Жульетта.

– Перед тем как умереть, отец вручил мне дар, и на эти деньги я должна была прожить остаток жизни, если бы в этом возникла потребность. Бордель – явно не то, на что он рассчитывал, но, надеюсь, мы все разбогатеем и сможем уйти на покой. А сейчас – спасибо моему отцу, что мы собрались здесь.

– «Будуар герцогини»! – с энтузиазмом выкрикнула Филиппина, и все присоединились к ее кличу. Бордель был переименован. – И к черту вашу невестку! Для нас вы – герцогиня.

Анжелику позабавила такая реакция.

– Когда мы открываемся? – перешла к делу Амбре.

– Почему бы завтра нам не отдохнуть? – предложила Анжелика. – А откроемся послезавтра. Разошлите своим клиентам приглашения, и пусть приведут с собой друзей. За вас, дамы! Спасибо, что согласились быть здесь, – подняла бокал Анжелика, благодарная им за веру в нее.

– За герцогиню! – единогласно провозгласили они в ответ и тоже подняли бокалы.

Прошли три недели, но ни один из клиентов так и не появился. Каждый вечер дамы надевали вечерние платья и рассаживались в зале для приемов, а Жак, облаченный в ливрею был готов открыть двери посетителям. Анжелика паниковала, все пришли в уныние.

Не зная, чем еще заняться, Анжелика сводила своих дам в Лувр. Потом в парк. Потом на обед в ресторан на Монмартре. Приличные женщины пронзали их недобрыми взглядами, люди смотрели на них с каменным выражением лица. Все видели их насквозь.

Ночи без мужчин тянулись мучительно долго. Дамы играли в карты, Филиппина, как могла, развлекала их шутками, Камилла играла на пианино. Анжелика пыталась всех успокоить, что со временем все образуется, и молилась о своей правоте.

Наконец в начале июня в «Будуар» пожаловали первые посетители – знакомый Агаты с другом, оба известные политики. Войдя в салон, они замерли, пораженные открывшимся зрелищем. Великолепная обстановка. Девять потрясающих женщин. Превосходные наряды. Сияющие драгоценности. Теплые, радостные улыбки.

– О-го-го, – произнес Альфонс Кардин, оглядываясь вокруг. Он был особенно рад снова увидеть Агату.

Мужчины пришли из чистого любопытства, однако женщины в зале их совершенно очаровали. Они выпили, сыграли с ними в карты, выкурили по сигаре, и Анжелика тихо сообщила месье Кардину, что он может выбрать любую из девушек, хоть всех сразу, на первый раз в качестве подарка. Тот пришел в восторг от предложения. Они с другом выбрали по четыре дамы, и Анжелика, весьма довольная, осталась в салоне одна. Посетители развлекались до шести утра. Она к тому времени уже спала в своих апартаментах, но на следующий день Кардин в благодарность прислал бутылку шампанского с запиской: «Браво, моя дорогая! Мерси. А.К.». Очевидно, он прекрасно провел ночь, как и его друг. Дамы сообщили, что оба мужчины ушли очень довольными и клялись вернуться. Они действительно вернулись и приходили еще целую неделю.