Барбара Картленд - Неразгаданное сердце

Медленно, как будто подчиняясь его приказу, она подняла голову и посмотрела прямо ему в глаза. С минуту, длившуюся целую вечность, они смотрели друг на друга, и мир вокруг них, казалось, дрогнул и медленно закружился. И вдруг, с невнятным возгласом, герцог потерял самообладание. Он схватил Вирджинию на руки и стал ее целовать.

— О, моя дорогая… моя любимая… — бормотал он. — Я тебе небезразличен, раз ты хотела спасти меня. Ты испугалась за меня! Это самое главное! Мой бог! Вирджиния, как я люблю тебя!

Он неистово целовал ее губы, глаза, шею, волосы. Его страсть захлестнула ее как волной, и она подчинилась ему, почувствовав, как пламя, полыхавшее внутри него, зажгло и в ней ответный огонь; когда они слились вместе в поцелуе, не было больше двух людей, а было единое существо…

Прошла целая вечность — мир вокруг них замер и все было позабыто, прежде чем они очнулись.

— Я должен отпустить тебя, — хриплым голосом проговорил герцог, — Вирджиния, я никогда не думал, что смогу так полюбить!

Герцог все еще крепко обнимал Вирджинию, а она положила голову ему на плечо, и он любовался ее чуть приоткрытыми губами, зардевшимися щеками, глазами, потемневшими от страсти, которую он в ней пробудил.

— Ты прекрасна! — пробормотал он. — Еще более прекрасна, чем, по моему представлению, может быть женщина. Но я должен тебя покинуть, пока в доме не Проснулись. Нужно подменить таблетки. Нужно найти прислугу и объяснить им, что Диззи умер от сердечного приступа. Какое счастье, что я услышал, как он скребется в двери маминой спальни, чтобы его выпустили.

— Да… нужно… сделать все это, — сказала Вирджиния слегка осевшим голосом. Слова, которые она произносила, сами по себе ничего не значили, главное — они предназначались ему.

— Я люблю тебя! Я люблю тебя! — вновь воскликнул герцог.

Он снова поцеловал ее долгим, затянувшимся поцелуем, и она прильнула к нему как ребенок, испуганный темнотой, но нашедший защиту и успокоение.

— Мы должны идти, дорогая, — сказал он. — Нам обязательно нужно будет поговорить сегодня вечером. А пока, думаю, неразумно дать понять Маркусу, что его план провалился.

— Нет, нет! Тогда он задумает что-нибудь другое! — вскричала Вирджиния, не на шутку перепугавшись.

— А в следующий раз, возможно, тебе и не удастся спасти меня, — заметил герцог. — Я все еще не могу прийти в себя — ведь это только благодаря тебе я избежал смерти. Милая моя, я постараюсь не остаться в долгу перед тобой.

— Мне нужно только, чтобы ты жил, — прошептала она.

Он снова поцеловал Вирджинию и, сделав над собой усилие, отпустил ее.

— Не буду смотреть на тебя, — сказал он, — иначе мне не уйти.

Он подошел к двери, отпер замок и выглянул в коридор.

— Никого нет, — сообщил он. — Возвращайся тихонько к себе и постарайся заснуть. Сегодня нам лучше не ездить верхом: у меня появилось много хлопот.

— Да, конечно. Я понимаю, — согласилась Вирджиния.

Но в душе она была разочарована.

Она прошмыгнула мимо него, ощутив, что он прижался губами к ее волосам, и поспешила по коридору, не оглядываясь. Оказавшись в своей комнате, Вирджиния бросилась на кровать, охваченная безудержным, радостным трепетом и удивлением, ощущая только, как губы герцога жадно, до боли целуют ее губы.

«Он любит меня, а я люблю его», — заявила она сама себе. Но тут же услышала, что заговорил тот же самый критический, циничный голосок в глубине ее сознания. «Как много, — спрашивал он, — как много ты для него значишь?»

Было невероятно трудно спуститься вниз к завтраку и увидеть, что мисс Маршбанкс уже ждет ее, без умолку болтая о планах на день.

— Мне придется отправиться в деревню сразу после завтрака, — сообщила она. — Хотите, я вам что-нибудь привезу?

— Вы каждое утро ездите? — спросила Вирджиния и удивилась, увидев, что мисс Маршбанкс помрачнела.

— Нет, не каждое, — уклончиво ответила та, — только, если у ее светлости есть какие-либо поручения.

Вирджинии очень хотелось расспросить мисс Маршбанкс подробней, но интуитивно она поняла, что ее вопросы нежелательны.

«Ну какой тут может быть секрет в поездке мисс Маршбанкс в деревню? — рассуждала Вирджиния сама с собой. — У меня просто разыгралось воображение! Подозреваю заговоры и интриги там, где их не может быть!»

После завтрака она взяла свою тетрадь и, как примерная студентка, отправилась в библиотеку, но оказалось, что она совершенно неспособна сконцентрировать свое внимание. Книги, которые не далее как вчера вызывали у нее восторг, сегодня были скучны и безжизненны. В них рассказывалось о прошлом, а ее сейчас беспокоило только настоящее и будущее.

Она думала о том, чем в данную минуту занят герцог. Она думала, успел ли Маркус Рилл бросить фальшивую таблетку в кофе за завтраком или он приберегал ее для вина за обедом. Наконец, она расставила все книги по своим местам на полках и просто сидела, рисуя в блокноте. Она хотела написать письмо тете Элле Мэй, но что она могла ей сообщить? «Я познакомилась со своим мужем и влюбилась в него. Есть опасность, что его могут убить». Тетя подумает, что у нее не все в порядке с головой.

Так она сидела, уныло уставившись на лица, нарисованные в блокноте, когда отворилась дверь и вошла герцогиня.

— О, мисс Лангхоулм! — обрадовалась она. — Я так и думала, что найду вас здесь.

— Доброе утро, ваша светлость! — поздоровалась Вирджиния, поспешно вставая. — Я пыталась работать.

— Да, да, конечно, — сказала герцогиня. — Надеюсь, вы нашли все необходимые книги. Но не могли бы вы сейчас выполнить одну мою просьбу?

— Разумеется, — согласилась Вирджиния. — Что я должна сделать?

— Я отослала мисс Маршбанкс в деревню, — начала объяснять герцогиня, — и очень бы хотела, чтобы кто-то перехватил ее по дороге. У меня к ней поручение чрезвычайной важности. Быть может, вас не очень затруднит догнать ее верхом и отменить мое первое поручение?

— Да, конечно, — сказала Вирджиния в легком недоумении, не понимая, почему к ней обращаются с такой просьбой, когда в замке полно слуг.

Как будто угадав ее мысли, герцогиня бросила взгляд на дверь, оставленную полуоткрытой.

— Надеюсь, вы понимаете, мисс Лангхоулм, что это строго конфиденциальное дело, касающееся только мисс Маршбанкс и меня. Я могла бы послать грума, но мне не хочется этого делать, как не хочется и того, чтобы мой сын узнал о поездке мисс Маршбанкс в деревню. Его, конечно, мало интересуют ее передвижения. Вы понимаете?

— Да, — кивнула Вирджиния, думая, что вряд ли кто-нибудь сумел бы понять такое сумбурное объяснение.

— Вы очень любезны, — продолжала герцогиня. — Тогда, может быть, вы подниметесь быстренько наверх, чтобы надеть костюм для верховой езды? Да, и не забудьте сказать любому лакею, чтобы к парадному крыльцу подали лошадь. Вам придется поспешить, хотя, безусловно, повозка, запряженная пони, не самое быстрое средство передвижения.