Робин Хэтчер - Приют сердец

Рори с Брентом закрылись в кабинете. У обоих в руках рюмки с виски, но Рори даже не прикоснулся к своей. Они стояли у холодного камина, положив руки на каминную решетку.

– Я сам с трудом разбираюсь в своих чувствах. Кроме того, я не жалею, о прожитых годах. Я стал другим человеком благодаря им, и, надеюсь, гораздо лучшим человеком. Я увидел новые места, новых людей. Даже книги, которые я так люблю читать, не могут дать тех ощущений, что дает сама жизнь. – Рори помолчал, потом добавил, – пожалуйста, не считайте меня неблагодарным, мистер Латтимер.

Брент покачал головой, заметив, что Рори снова перешел на официальное обращение. Он протянул руку и сжал плечо Рори.

– Я никогда не считал так. Ты много работал, даже больше, чем я просил, оставаясь человеком, на которого я мог положиться. Я понимаю твое стремление вернуться домой. И сам готов отправиться туда хоть сейчас. Я по горло сыт цивилизацией.

Сердце Брента сжалось при этих словах, напомнивших, что, когда он уедет, он навсегда простится с дочерью, отправив ее навстречу жизни под защитой другого мужчины, и она будет принимать решения без советов своего отца.

Из глубины души – отцовского сердца – возник образ Бренетты, какой он увидел ее впервые и заслонил собой настоящее. Показалось, что снова сентябрь. Он вернулся из Атланты, оставив победившую армию. Он приехал за Тейлор, чтобы наконец-то соединиться с ней, и он ехал встретиться со своим ребенком, с дочерью, о существовании которой узнал всего лишь пару недель назад. Она была прекрасна, просто чудо. Вьющиеся черные волосы и сияющее личико, уже на редкость смышленое в ее полтора года. То, что это безупречное существо являлось частью его, плотью от плоти, казалось просто невероятным и удивительным. Они вместе, отец и дочь, гуляли по рощам, – среди тех самых деревьев, что стоят за окном, не тронутые временем – полные ручки и ножки Бренетты крепко прижимались к нему, когда он носил ее на спине, звонкие радостные крики весело звучали в ушах.

Брент отбросил воспоминания, смахнув сентиментальную слезу. Так быстро, время пролетело так быстро. И я, должно быть, старею, подумал он.

– Ну что ж, Рори, по крайней мере, ты останешься здесь до свадьбы. Мы все очень рады этому. Было бы обидно, если бы ты уехал раньше.

– Да, я останусь до свадьбы.

Май 1880 – «Спринг Хейвен».

Меган осторожно прокралась на цыпочках в дом, держа туфли в руках. Поспешное причесывание мало помогло исправлению ее растрепанного вида, но ее это не волновало. Остальные обитатели «Спринг Хейвен» давным-давно улеглись. А Стюарт не вернется, поддерживая версию, что он, якобы, заночует в городе.

Она улыбнулась, когда нога коснулась нижней ступени черной лестницы. В действительности оказалось так легко, и так просто заставить мужчину полюбить тебя. Она не понимала, почему женщины делали из этого тайну. Скоро Стюарт скажет Бренетте, что не может жениться на ней, что он любит Меган, а не ее. Улыбка Меган стала еще шире. Это докажет «Мисс Чудеснице» что она не так уж и совершенна. Изменения, происшедшие в Меган должны были вызвать озабоченность, если бы весь дом и его домочадцы не ушли с головой в подготовку к свадьбе. В действительности, все были слишком заняты, чтобы обращать внимание на новое спокойное выражение ее глаз или сладострастное покачивание бедер. Они не обращали внимание на ее коварные взгляды и прохладные ответы. Они сквозь пальцы смотрели на ее отрывистые реплики, порой граничащие с грубостью, относя их за счет беспокойства.

Тихие голоса заставили Меган застыть на месте, безмолвно ожидая на ступенях. Установив направление, откуда исходит звук, и не в состоянии подавить любопытство, она поставила туфли на лестницу, направляясь на звук в кабинет. Дверь была полуоткрыта. Меган осторожно заглянула внутрь и увидела Тейлор, сидевшую в большом кресле у письменного стола. Брент стоял позади нее, мягко массажируя ей шею.

Тейлор тихо смеялась, закрывая от удовольствия глаза.

– Ах, но ты понятия не имеешь, как он, должно быть, сомневался, беря в жены ту девушку.

– Возможно, но ни Бренетта, ни Стюарт ни в коей мере не кажутся неуверенными. Конечно, Бренетта ужасно взволнована, но Стюарт – самый спокойный жених, которого я когда-либо видела. И ни один из них не производит впечатления сомневающегося.

Тейлор повернулась лицом к Бренту, взяв его за руку и потянув к столу, на который он и облокотился.

– О, дорогой, – сказала она. – Помнишь нашу собственную свадьбу? Казалось, ты совсем не нервничал, я был таким красивым в своем костюме, я гордилась и так радовалась, что стану твоей женой.

– И ты, моя очаровательная невеста, – хрипло сказал Брент, – ты возможно, даже не знала, что творилось в моем сердце в тот день. И увидеть нашу любимую дочку, плод огромной любви, стоявшую рядом с нами, когда ты обещала навеки быть моей.

– Если только они нашли бы счастье, которое нашли мы, не испытывая при этом трудностей и сердечной боли, – прошептала Тейлор, и их глаза встретились в понимающем взгляде.

Меган скользнула прочь, мозг ее стремительно обрабатывал то, что она подслушала. Их дочь на их свадьбе. Неужели это правда? Улыбка вернулась на ее лицо. Ах, Бренетта, у меня такой сюрприз для тебя!

Стюарт проснулся, все тело онемело от ночи, проведенной на земле. Первые лучи зари только начинали пробиваться через кроны деревьев, и ему надо подождать еще час, прежде, чем отправиться обратной дорогой домой. Он искупался в реке, потом переоделся в запасной костюм.

Дожевывая печенье, которое он взял на кухне, Стюарт обдумывал свое нынешнее положение. Оно было почти забавным, если бы не так утомительным. Прошел месяц с тех пор, как он приобрел невесту, мало интересующую его, за исключением приданого. Да, она – красивая девушка, и он предполагал, что интимные моменты брака с ней принесут удовольствие, но, тем не менее, он женился бы на ней, будь она толстой и уродливой, потому что она – дочь Брента Латтимера.

А потом возникла эта маленькая кузина, Меган. Какое пламя, какая страсть скрываются за ее невинным юным личиком. Он провел с ней много восхитительных часов после той бурной ночи, скрываясь в уединенных рощицах и темных комнатах. И ее так же легко одурачить, как и других. Она действительно думает, что он бросит Бренетту ради нее. Такая глупая… но она узнает жизнь. Стюарт и раньше встречал таких, как она. Меган еще молода. Она научится.

– Ты бессердечный, Стюарт Темплтон Адамс, – сказал он вслух. – Холодный, бесчувственный человек.

Он ухмыльнулся. Фактически, он не забавлялся. Он одурачил всех. И это оказалось совсем не так трудно, как он опасался. Единственным, кто внушал ему тревогу, был Рори, подозревавший его в самом худшем. Но даже Рори начинал верить в его искренность. Он понимал это по его взгляду.