Энн Дуглас - Жажда страсти

– Как вы думаете, вы сможете жить со мной?

– О да! Но сначала я должна сделать ужасное признание. Роб, у меня нет никакого состояния. У нас есть этот дом в Найт – Бенбридж-Терес который достался маме от ее отца. Мой отец был очень богат, но так случилось, что перед смертью он потерял большую часть своего состояния. Мой сводный брат Годфри, который является душеприказчиком отца, присылает нам деньги каждые три месяца, но этого едва хватает. Это все, что у нас есть. У меня, конечно, должно быть приданое, но Годфри говорит, что мы на эти деньги живем. О Роб, вот почему мама так хотела, чтобы я нашла себе богатого жениха! После четырех сезонов она была готова отдать меня за вас, когда вы появились! Она считала, что мы сможем примириться с вашим образом жизни, если нам будет на что жить.

Бетс украдкой поглядывала на Роба, лицо которого стало мрачнее тучи, когда она рассказала о планах матери.

– Но это не так! – крикнула она. – Все совсем не так!

– Так, значит, ваше падение в парке было организовано, – зарычал он. – Не очень удобный, но очень успешный способ познакомиться с богатым распутником? Позвольте мне вам заметить, мадам, что вы меня надули. Но что касается меня, то я вас тоже надул, потому что я не богатый распутник. Как я вам только что объяснил. – Он выпустил ее руки и взялся за вожжи, переведя взгляд на своих лошадей. – Угодил в собственные сети. Я должен был догадаться.

Роб свистнул лошадям, и они тронулись в обратный путь. Бетс положила свою руку на его, чтобы остановить.

– Подождите! – воскликнула она. – Нет! Выслушайте меня!

Он остановился.

– Поверьте, это было случайное совпадение, что я упала именно в тот день и именно после того, как вы появились в парке, – продолжала она. – Ну откуда я могла знать, что вы появитесь? А как только я вас узнала, я поняла, что вы гораздо лучше, чем говорят о вас сплетники. Роб, я люблю вас! Если бы я искала себе только богатого мужа, я бы приняла предложение вашего кузена. Я постоянно переживала, что вы узнаете, что у нас нет денег. Неужели вы не видите? Мы с вами два сапога пара. Вы хотели жениться на деньгах, я хотела выйти замуж за денежный мешок. Мне кажется, из нас с вами получится замечательная пара!

Наконец, Роб прислушался к ее словам и уловил в них главное – она его любит! Он уже не мог себе представить жизни без нее, с деньгами или без. Ее маленький обман ничуть не страшнее его собственного.

Он улыбнулся.

– Едем к вашей матери и поговорим о свадьбе, – предложил он. – Если нам суждено питаться одной любовью, то у нас ее, по крайней мере, достаточно. – Он привлек ее к себе и поцеловал, от поцелуя в их сердцах растаяли все сомнения.

Бетс упивалась этим поцелуем, вкусом его губ. Словно перед ней открывались такие удовольствия, о которых она и не подозревала. Целуя ее шею, Роб бормотал бессвязные слова любви.

Она крепче обняла его, и когда он стал освобождаться из ее объятий, она снова прижалась к нему.

– Моя дорогая, весь свет может нас увидеть, – нежно напомнил он ей. – Боюсь, парк не самое подходящее место. Я приношу свои извинения. Я и так уже притча во языцех и не хочу, чтобы о вас тоже стали сплетничать.

Неохотно Бетс отпустила его.

– Я буду вас во всем слушаться, как послушная будущая жена. Если меня это устраивает! – она улыбнулась.

– Я так и сказал своему отцу, – насмешливо ответил Роб. – Он спросил меня, послушная ли вы девушка, и мне пришлось признаться, что нет. Никогда не мечтал о послушной жене. У меня и так достаточно забот, мне еще не хватало размазни-жены. Вы точно не такая. – Он вложил ее руку в свою. – Уверен, вам интересно, почему Джордж так меня не любит, – сказал он, немного помолчав. – Позвольте, я рас скажу вам, как он это сам объяснил. – Он повторил свой разговор с Пертуи, рассказал все, что запомнил, даже про разбитую биту.

– Мне кажется, что мистер Пертуи невероятно странный человек, но мне почти… почти жаль его, – заключила Бетс.

Был четверг, и Бетс не терпелось отправиться на прием к леди Стаффорд. Она надеялась, что ей удастся там узнать, признался ли Джордж Пертуи в том, что организовал заговор против графа Берлингема. Молодые женщины очень редко посещали то, что Бетс про себя называла «чай со сплетнями». Но ситуация была необычной.

За последние дни Роб часто заходил к ним, но никогда надолго не оставался. Ему хотелось быть на месте, когда кто-нибудь откликнется на его объявление в газете в продаже библиотеки. Никто пока не откликнулся. Нервы у леди Стенбурн были постоянно напряжены до предела: ей нужно было думать о свадьбе. Все нужно было так устроить, чтобы никто не заподозрил, что она дрожит над каждой монетой. Но было важно, чтобы эта свадьба не съела все, что у них было. Она с трудом примирилась с выбором своей дочери. Человек без гроша за душой, с такой скандальной репутацией! Разве Бетс не была бы счастливее с Джорджем Пертуи? Она часто упоминала имя Пертуи, вспоминая его преданность, его безупречные костюмы, его незапятнанную репутацию. Она не могла заставить себя поверить, что он мог принести какой-нибудь вред Берлингему. За чем ему это? Она не видела в этом никакого смысла, значит, это неправда.

Устав от постоянных укоров матери, Бетс предложила отправиться с визитом к леди Стаффорд. Может быть, услышавправду из чужих уст, леди Стенбурн наконец поверит, потому что, ни заявления Роба, ни Бетс не убеждали леди Стенбурн.

Бетс надела свое бледно-лиловое платье, которое теперь было украшено роскошным белым кружевным гофрированным воротником, и помогла леди Стенбурн надеть выходное платье из розового шелка.

Они поехали в нанятом экипаже и были радушно встречены леди Стаффорд. Когда восемь пожилых дам и Бетс расселись на золоченых стульях, чай был разлит и пирожные поданы, леди Стаффорд потребовала тишины:

– У меня для вас потрясающая новость. Вы о таком еще не слышали, – торжественно провозгласила она. – Мы все с вами слышали о той тайне, которая в последнее время окутала имя молодого Джорджа Пертуи. Одни говорили, что его место в Бедламе, другие – что он невинная жертва графа Берлингема. – Она замолчала, оглядев затаившую дыхание аудиторию. – Но теперь я знаю правду. Вы ни за что не догадаетесь!

– Продолжайте, – прошептала леди Грейс Симпсон.

– Оказалось, у Берлингема был повод, и справедливый повод! – продолжила леди Стаффорд. – Джордж Пертуи был вчера в «Олмеке», и поверите ли? Он извинился перед миссис Драмонд-Барел. Он сказал, что неправильно расслышал слова Берлингема. Сказал, что Берлингем не был пьян. Граф вдруг почувствовал сильное недомогание, возможно, от такой еды. Пертуи заявил, что знает графа почти всю свою жизнь, и, что бы ни говорили о графе, он никогда бы не оскорбил патронессу «Олмека». Мистер Пертуи, очевидно, сам придумал всю эту историю.