Стефани Лоуренс - Сколько стоит любовь?

Она взглянула на его руку, как на ядовитую змею, готовую наброситься и укусить.

– Э… хорошо, – пробормотала она нерешительно. – Прогулка… весьма приятное занятие.

Она положила пальчики на его рукав, и он с рудом подавил желание накрыть их своей ладонью.

Они отошли от леди Фаулз и леди Кершо, и Диллон повел ее к дальнему концу газона.

– Давайте пойдем туда. Мисс Даллинг кивнула.

Здесь было меньше людей. Он провел ее сквозь толпу, избегая взглядов тех, кто хотел остановить их и завести разговор.

– Скажите, мисс Даллинг, что подогревает интерес вашей тетушки к реестру?

– Возможно, вы не поверите, но моя тетушка – человек одержимый. И если чего-то захочет, значит, всеми силами будет добиваться, пока не удовлетворит любопытство.

– В данном случае ей придется отступить, ибо эти сведения не подлежат публичному разглашению.

– Вряд ли это можно назвать публичным разглашением. Не понимаю, почему…

Она осеклась.

Он всмотрелся в нее. Лицо девушки было почти бесстрастным, но глаза чуть расширились: вероятно, ее осенила какая-то догадка. Напряжение явно спало. Тело расслабилось, стало более гибким. Значит, она готовилась к атаке.

– В таком случае объясните мне… – Она посмотрела ему прямо в глаза. – Почему эти детали являются такой тайной?

Он опустил голову и промолчал. Занятая разговором, она не заметила, как он свернул на обсаженную тисами дорожку, ведущую к конюшням.

– Эти детали можно использовать для фальсификации скачек.

Мисс Даллинг нахмурилась:

– Значит, информация используется, чтобы… каким-то образом придать аферам видимость законности?

И тут Диллон отбросил всякое притворство.

– Давайте заключим сделку. Если скажете, почему так добиваетесь возможности просмотреть реестр, я гам все объясню.

Несколько напряженных мгновений она молчала, после чего отвернулась.

– Я устала повторять, что все дело в тетушке. Она желает знать… Вы говорили с ней и удостоверились, что это правда.

В голосе слышались нетерпеливые нотки.

Диллон вздохнул про себя. Деймон прав. Единственная возможность узнать ее тайны – завоевать доверие.

А единственный надежный и верный способ завоевать доверие – соблазнить ее.

Действовать надо поскорее.

Повернув Прис лицом к себе, он поймал ее руки и стал теснить к густым кустам живой изгороди. И только потом подступил ближе.

Ее глаза расширились. На какое-то неуловимое мгновение она растерянно посмотрела на него.

– Какого черта вы тут вытворяете? – прошипела она раздраженно.

Ее надменность подействовала, как острые шпоры на коня. Наклонив голову, он обернул вокруг пальца густой темный локон, выскользнувший из тугого узла.

Она затаила дыхание. Диллон поймал ее ошеломленный взгляд, потом осторожно обвел контуры ее лица указательным пальцем.

В изумрудно-зеленых глазах вспыхнуло желание. Она безуспешно попыталась подавить дрожь. Он увидел, как опустились ее веки.

Только святой не подвинулся бы ближе, пока между телами не осталось и ничтожного дюйма. А он уж точно не был святым и упивался своими ощущениями.

Следующие слова он прошептал ей в губы:

– Думаю, вы настолько одержимы деталями реестра, что попробуете убедить меня.

Черные ресницы взлетели вверх. Глаза, смотревшие на него, не были затуманены желанием: в них сверкала ярость, смертоносная, как острие шпаги.

– Что же случилось с… – Ее голос изменился: передать тембр она не смогла, зато интонации ей вполне удались. – «Мисс Даллинг, если в вас осталась хотя бы капля самосохранения, больше не пытайтесь обвести меня вокруг пальца, используя себя в качестве наживки…» Или это не ваши слова?

Он спокойно выдержал натиск ее гнева, прежде чем пожать плечами и перевести взгляд на два соблазнительных холмика, вздымавшихся над круглым вырезом платья.

– Я передумал. Ваши прелести слишком заманчивы. В тот разя чересчур поспешил, действуя под влиянием момента. Так уж получилось.

Ее глаза превратились в узенькие щелки. Несколько мгновений она изучала его, прежде чем сухо констатировать:

– Вздор и абсурд.

Пока он придумывал ответ, она с силой оттолкнула его. Диллон от неожиданности отступил. Она обошла его и направилась по дорожке, но тут же в нерешительности остановилась и оглянулась.

– Где мы?

Он показал на здания в конце тропинки:

– Конюшня моего зятя. Учитывая огромный интерес вашей тети к скачкам, я предположил, что конюшня лучшего коннозаводчика в Англии может представлять для вас некоторый интерес.

Она молчала. Он уже подумал, что ока решает, стоит ли принять его предложение. В этом случае они проведут больше времени в уединенном месте…

Но тут она резко тряхнула головой.

– В данный момент моя тетя одержима лишь желанием увидеть реестр, и мне хотелось бы ей помочь.

– Но я именно это и предлагал.

Она обдала его испепеляющим взглядом.

– Серьезно ожидаете, что я поверю, будто у меня есть какие-то шансы «убедить» вас, невзирая на количество времени и энергии, которые на это потребуются?

Они вернулись на газон. Он остановился, поймал ее взгляд и намеренно издевательски спросил:

– Откуда вам знать, пока не попробуете?

Она презрительно фыркнула… Но все же задумалась. Он оставался неподвижным, спокойным, бросая вызов, но не угрожая.

Наконец она вскинула подбородок.

– Желаю вам доброго дня, мистер Кэкстон.

Судя по тону, она искренне желала ему свалиться в болото на обратном пути. Диллон улыбнулся и изящно склонил голову.

– Мисс Даллинг… – Он подождал, пока она, высоко вскинув голову, отвернулась, и тихо добавил: – До следующей встречи.

Она на миг застыла, прежде чем молча удалиться.

Диллон видел, как она подошла к тетке и что-то прошептала ей на ухо. Он предпринял стратегическое отступление на конюшню, раньше чем одной из дам удалось привлечь его внимание.

Он не желал рисковать, поэтому наутро собрал всех клерков и распорядителей скачек и объявил, что их служба зависит от того, насколько стойко они смогут противостоять попыткам подкупа и просьбам показать хотя бы страничку Реестра пород или Книги родословных.

Позже он отчитался перед комитетом.

Он не упомянул мисс Даллинг.

Она была явно замешана в чем-то, но он не знал, в чем именно и почему она охотится за реестром. Вряд ли она, а тем более ее тетка способны каким-либо образом участвовать в аферах со скачками.

Отныне Диллон целыми днями встречался с владельцами, тренерами, жокеями, городскими олдерменами и различными завсегдатаями скачек.

С нетерпением ожидая возвращения Барнаби, гадал, сумеет ли тот добыть нужные сведения.

Время от времени. Диллон вспоминал о мисс Даллинг, о той короткой беседе на обсаженной тисами дорожке. Опыт подсказывал ему, что очень немногие дамы способны легко сбросить его чары, особенно оставшись с ним наедине.