Пенелопа Томас - Похититель сердец

— У меня есть для тебя подарок, дорогая! — сказал он, когда Даморна немного успокоилась и перестала махать своим несносным веером. — Этот подарок — книга. Стихотворения Драйдена. Не только для того, чтобы напомнить тебе о нашей первой встрече у букиниста и для внимательного ознакомления с содержанием.

— Но я не могу принять.

— Чепуха! Я восхищаюсь женщинами, которые любят читать!

— Меня научил читать мой отец, — сказала Даморна, вспомнив детство, — поэтому я понимаю буквы.

— Приятно слышать, что ваш отец не разделял расхожих взглядов толпы и обучил дочь грамоте.

Девушка улыбнулась. Коринна как-то, смеясь, сказала, что согласно известному выражению Ганны Вуллей, «женщина знает вполне достаточно, если умеет отличить постель своего мужа от постели чужого человека». Вновь маркиз оказался на ступеньку выше своих современников.

Напротив Даморны и Джонатана остановилась другая карета, из окошка которой выглянул мужчина и поприветствовал маркиза. Этому мужчине было где-то за тридцать. Толстое багровое лицо напомнило Даморне сквайра Бизли. На пальцах незнакомца поблескивали многочисленные перстни с сапфирами и алмазами. Экипаж едва ли уступал экипажу Эвертона по роскоши отделки, возможно, в чем-то даже казался богаче.

Эвертон и незнакомец коротко поприветствовали друг друга, причем последний потребовал, чтобы девушка была также представлена ему.

— Даморна Милфилд, — кивнул маркиз на свою спутницу.

— Лорд Музвель, — сказал мужчина и облизал толстые сухие губы.

Маркиз не счел нужным задерживаться на дороге, и кареты быстро разъехались.

— Глупый тип, — сказал Эвертон, имея ввиду Музвеля, — совершенно лишен нравственных принципов. Я считаю его негодяем и мошенником и настоятельно рекомендую не иметь с ним никаких дел, если он попытается заговорить с вами.

Тут навстречу выкатилась еще одна карета.

— Виконт Логхтон, — пробормотал маркиз изумленно. — Не часто же он посещает Лондон. Эй, любезный, — крикнул Эвертон кучеру, — останови экипаж.

Карета остановилась и повторилось все то же, что было и с Музвелем. Даморна кивнула Джейн и Реджинальду. Последний был как всегда не в духе.

— Этот джентльмен наводит на меня страх, — призналась Даморна, когда кареты опять разъехались.

Маркиз выразил свое согласие кивком головы и сказал:

— Меня познакомил с ним герцог Клейремонт. Подозреваю, что Реджинальд весьма признателен отцу за его редкие визиты в Лондон. Старик страдает подагрой, а всеми делами ведает управляющий Марстон Оукс.

— Ответственная роль, — присвистнула Даморна.

— Нет более честного управляющего, чем Оукс. Этот парень скорей отрубит себе руку, чем возьмет чужое.

— Молодчина Оукс!

Прогулка по Гайд-парку прошла гладко и к заходу солнца маркиз доставил Даморну на Довекурт Лейн. На сей раз Эвертон не пытался поцеловать девушку в губы, а только легонько приложился к руке и укатил.

Даморна поднялась к себе и стала рыться в своих платьях, подыскивая наиболее подходящее для бала у Коринны. Вдруг по лестнице послышались шаги. Дверь была отворена, и Квентин без стука заглянул к своей воспитаннице.

— Роешься в тряпках? — усмехнулся он. — Н-да, ты становишься похожа на своих новых друзей.

— У моих друзей тряпки, как ты изволил выразиться, побогаче.

— Но может быть, вот это поможет? — сказал Квент и показал Даморне большую картонку, которую до той минуты прятал за спиной.

— Что там, платье?

— Боюсь, там сплошной стыд. Хотя, в общем, привлекательные безделушки!

Квентин приоткрыл крышку картонки, и оттуда засверкали жемчуга и золото.

Даморна задохнулась от восхищения.

— Стыд? Ты хочешь сказать, что золото и жемчуг — фальшивые?

— К сожалению, да. На большее у меня нет денег. Однако подделка столь искусная, что только настоящий знаток может указать на нее.

Даморна дрожащими пальцами перебирала ожерелья, броши, браслеты. Они были восхитительны. Девушка надела на себя ожерелье и посмотрелась в зеркало. Глаза ее закрылись, и она стала представлять, что все это — настоящее, не поддельное.

Квентин хлопнул в ладоши.

— Твоя кожа белее, чем эти жемчуга, а глаза блещут ярче, чем золото.

— Ты восхитителен, Квент. Благодаря тебе и Эвертону я почувствовала себя настоящей женщиной.

— Эвертон? Понятно, он уже успел подмаслить тебя своей лестью.

— Почему ты считаешь, что он менее искренен, нежели ты? Он хотя бы возит меня гулять, а ты… ты совсем меня забыл.

— Забыл? Черт тебя возьми, дерзкая девчонка! Последние два дня я только и думал, что о тебе! Или мой поцелуй не пресек твоих воздыханий по маркизу?

— На какое-то время пресек, но сегодня Эвертон был так прелестен, что почти вытравил из памяти воспоминания о тебе, Квент!

— Неужели? Тогда надо немедленно эти воспоминания воскресить! Не люблю, когда моя работа идет насмарку.

С этими словами Квентин взял Даморну за подбородок и звучно поцеловал в губы. Однако после поцелуя Даморна демонстративно зевнула.

— Я помню нечто более впечатляющее!

Квент вновь поцеловал девушку. Губы Квента стали очень горячие, сердце громко билось. Даморна обвила руками его шею и почувствовала под пальцами напряжение мышц.

Квентин отлип от губ возлюбленной и широко раскрыл глаза.

— Проклятье! — вскрикнул он. — Мне не надо было приходить сюда!

Щеки Даморны горели.

— Зачем ты делаешь вид, что не хочешь меня? — спросила девушка. — Кого ты задумал обмануть, меня? Не выйдет!

— Никого я не собирался обманывать, — отчеканил Квент, воинственно задрав подбородок. — Мне, действительно, хочется тебя, и требуется огромная сила воли, чтобы сопротивляться зову крови! Однако я еще при первой нашей встрече поклялся тебе, что никогда не буду твоим любовником. Клятвы я переступить не могу.

— Я освобождаю тебя от твоей клятвы, — четко проговорила Даморна, вплотную приблизившись к Квенту.

— Что?! Да ты понимаешь, что ты говоришь?

— Разве ты не хочешь меня?

— Очень хочу! Но я не могу обещать тебе того, что всегда буду рядом. Скорее всего мне так или иначе придется с тобой расстаться!

Даморна положила голову на плечо Квента и подставила для поцелуя. Поцелуй последовал немедленно и с невиданной дотоле силой. Квент целовал последовательно и страстно, точно так, как он все делал на этом свете. Никакого колебания. Никакого сомнения. Полная самоотдача!

Квентин поднял Даморну на руки и понес в спальню.

По приходе в спальню он усадил девушку на колени к себе и возобновил прерванное занятие. Язык его все глубже проникал в рот возлюбленной, а руки проворно расстегивали платье. Вскоре Даморна почувствовала, как пальцы Квента скользят по ее обнажившимся плечам.