Элизабет Торнтон - Если полюбишь графа

Сопротивление оказалось бесполезным. Граф тяжестью своего тела придавил Дейрдре так, что каждый вдох давался ей с трудом. Она металась, а горло сдавили слезы бессильной ярости. Рэтборн слегка ослабил нажим, и Дейрдре смогла теперь дышать ровнее. И тут его рот накрыл ее сосок, Дейрдре попыталась высвободиться, но граф тотчас же отреагировал на это. Одной рукой он крепко придавил ее к постели. Он не обращал ни малейшего внимания на ее тихие стоны и, наклонив голову, продолжал ласкать ее сосок. Дейрдре показалось, что обе ее груди разбухают и натягивают тонкий шелк платья. Она заскрежетала зубами, стараясь вынудить себя ничего не чувствовать, но когда его ловкие руки обнажили ее тело до талии и высвободили грудь из тугого корсажа, из ее уст вырвался невольный стон облегчения. Этот слабый звук, означавший капитуляцию, заставил ее угасающий гнев вспыхнуть с новой яростной силой.

Дейрдре изо всех сил вывернулась и впилась ногтями Рэтборну в плечо. Он вскрикнул от боли, но тотчас же ее запястье ожег сильный удар тыльной стороной его ладони. Его тело Накрыло ее и вжало с мягкий матрас, а руки обвились вокруг горла. Он несильно нажал большими пальцами на пульсирующие жилки на шее, как бы давая понять, насколько легко мог подчинить ее себе, если бы устал от сопротивления.

Он не спеша завладевал ее губами, с чувственной медлительностью изучал их языком до тех пор, пока под его требовательным нажимом Дейрдре не раскрыла губы. Атака на ее чувства оказывала свое действие. Сопротивление Дейрдре с каждой минутой ослабевало.

Одной рукой Рэтборн медленно поднял ее юбки, а затем скользнул между плотно сжатых бедер, пытаясь достичь самой чувствительной точки. Наконец он сломил ее отчаянное сопротивление. Рэтборн принялся медленно ласкать Дейрдре, мало-помалу усиливая давление и снова и снова крепко целуя ее, заглушая ее тихие стоны протеста поцелуями, пока она не затихла. Он раздвинул ее бедра, и Дейрдре не сделала попытки воспротивиться. Его пальцы нашли то, что искали, и замерли, потом заскользили с медлительной чувственностью, намеренно разжигая ее и заставляя привыкнуть к наслаждению, которое было способно подарить ей его тело. Дейрдре демонстративно отвернулась в сторону, и Рэтборн замер на мгновение, затем резко приподнялся и сел. Дейрдре не сделала попытки к бегству. Рэтборн глубоко вздохнул и дотронулся до ее волос. Он весь дрожал! Потом он быстро сорвал с Дейрдре одежду, стянул с себя бриджи и лег рядом.

– Распустите волосы ради меня, Дейрдре, – выдохнул он, прижимаясь к ней губами.

Теперь он ждал, мысленно побуждая ее подчиниться. Ему было недостаточно того, чтобы она принимала его пассивно, как побитый пес, напуганный хозяином. Он хотел, чтобы тело ее оживало в его объятиях и чтобы она отвечала на его ласки. Он гадал о том, что она знает об интимной стороне брака. Но это было не так важно. Теперь он станет ее наставником и заразит ее страстью.

– Дейрдре, – позвал Рэтборн хриплым голосом.

Она приподнялась на локте, и граф вздохнул с облегчением, видя, что она вынимает из волос шпильки. Он помог ей распустить тяжелые локоны и провел пальцами по мягким светлым прядям, расправив их веером на подушке вокруг ее головы, опустил глаза и теперь упивался совершенством каждого изгиба женского тела. Его руки дрожали, когда он вступил во владение всем тем, в чем она так долго ему отказывала. Он лишил ее воли к сопротивлению. От этой мысли кровь бросилась ему в голову.

Дейрдре подняла на Рэтборна глаза. В ее взгляде, нежном, томном, читался немой упрек.

– Другого способа не было, – объяснил Рэтборн просто. Он припал к ее сладким губам, и этот поцелуй еще больше разжег пламя его страсти, превратив в пожар.

Рэтборн опустил голову и принялся дразнить языком и губами ее розовый сосок, и Дейрдре вскрикнула, не в силах скрыть наслаждение и подаваясь к нему. Он раздвинул ее ноги, и она раскрылась для него. Он вошел в нее пальцами, и ее бедра изогнулись, будто приглашая его, – он не мог ошибиться в значении этого движения и замер, чувствуя, что теряет контроль над собой. Сердце бешено колотилось в груди, Дейрдре желала его так же сильно, как он ее.

Рэтборн нашел ее руку и притянул к своей груди. Она, покорная его воле, раздвинула пальцы. Рэтборн провел ее рукой по своему животу и, почувствовав ее нерешительность, заставил обхватить его восставшую плоть и слегка сдавить.

– Дотронься до меня, моя любовь. Я так изголодался по тебе, так жажду твоего прикосновения.

Рэтборн боялся, что у него разорвется сердце, когда Дейрдре тоже принялась ласкать его.

Никогда даже в самых смелых мечтах о Гарете Кавано, а иногда они у нее появлялись, Дейрдре не воображала себе ничего подобного. От нежных прикосновений Рэтборна тело ее слабело. Она ему во всем повиновалась. Его власть над ней вызывала у Дейрдре чувство стыда, однако она была бессильна против своего желания вновь и вновь ощущать нежные прикосновения сильных мужских рук. Завтра у нее будет достаточно времени для угрызений совести, а сегодня... Сегодня Дейрдре хотела только одного – быть с Рэтборном. Она потянулась к нему.

Опершись на руки, он навис над ней.

– Обними, поцелуй меня, Дейрдре.

Она приподняла голову с подушки, чтобы дотянуться до его губ, и вдруг почувствовала, как ее пронзила обжигающая боль. Рэтборн заглушил ее крик поцелуем. Дейрдре попыталась отстраниться от него, уперевшись руками в плечи, но Рэтборн не обратил на это внимания и продолжал все глубже проникать внутрь, пока целиком не заполнил ее нежную женскую плоть. Их тела не слились воедино, а сердца не забились в лихорадочном ритме.

– Черт вас возьми! – выкрикнула Дейрдре, с трудом обретая способность дышать.

Рэтборн поцеловал ее с особой нежностью.

– Больше не будет больно, – пообещал он и продолжил медленно двигать бедрами. Эти движения пробудили в Дейрдре какие-то незнакомые ей ранее ощущения.

– Гарет! – произнесла она слабым голосом, и граф почувствовал, как у него снова бешено забилось сердце.

Его поцелуи становились все жарче, а движения резче. Дейрдре чувствовала, как что-то нарастает в ней, что-то непристойное, какое-то безумное стремление, которое он намеренно разжигал и подстегивал и которое мог утолить только он. Он побуждал ее полностью отдаться его воле. Она напряглась всем телом, плотно зажмурила глаза и стиснула зубы. Рэтборн почувствовал ее сопротивление и попытался отдалить свою разрядку. Он приподнял руками Дейрдре за бедра и еще ближе притянул к себе.

– Дейрдре, не сопротивляйся мне. Дейрдре! – проговорил он хриплым голосом.

Остатки гордости придали Дейрдре сил, она еще сильнее напряглась. Но было мало надежды на то, что граф отступит перед ее сопротивлением. Так и случилось. Его рука скользнула между их сплетенными телами и принялась бесстыдно ласкать ее. И от этой невероятной ласки что-то внутри у нее растаяло. Она рванулась к нему, выкрикивая его имя. Рэтборн ускорил движения, и в следующее мгновение Дейрдре подхватили волны наслаждения. Они накатывались одна за другой.