Элизабет Торнтон - Если полюбишь графа

Тело Рэтборна напряглось, он достиг пика наслаждения, и его мощные толчки вынудили Дейрдре полностью повиноваться. Постепенно напряжение спало, и Рэтборн расслабился.

Под весом его могучего тела Дейрдре с трудом могла пошевелиться. Он касался лбом ее лба.

– Мне бы следовало побить тебя, – сказал наконец Рэтборн.

Дейрдре напряглась, но его поцелуй успокоил ее. Граф откатился на край кровати и потянул ее к себе, заставив лечь на бок. Не выпуская Дейрдре из кольца своих рук, он продолжал гладить и ласкать ее, словно не мог поверить в то, что она настоящая и находится в его постели.

– Неужели было так тяжело подчиниться мне? Я думал, что в конце концов ты расстроишь мои планы, – проговорил Рэтборн, и на его губах появилась чуть насмешливая улыбка.

– Расстрою твои планы?

Дейрдре натянула на себя повыше покрывало, чтобы скрыть наготу. Улыбка графа стала шире:

– Ты мне противилась в конце. Почему?

Дейрдре отвела глаза, чтобы не видеть его испытующего взгляда.

– Возможно, пыталась защитить себя, – ответила она неуверенно.

Рэтборн снова поцеловал ее в губы.

– Теперь я твой защитник. Помни это.

– Но есть ли кто-нибудь, способный защитить меня от тебя?

Лицо графа вдруг стало серьезным, а рука, гладившая Дейрдре, замерла.

– Значит, я не прощен?

– Но ведь я не выцарапала тебе глаза, – ответила Дейрдре и, помолчав, добавила: – Возможно, пришло время и мне завести любовника.

– Нет, для тебя пришло время стать моей женой.

Рэтборн торопливо вылез из постели и через минуту вернулся, держа в руках два хрустальных бокала, полных рубиново-красной жидкости. Дейрдре села в постели и приняла протянутый ей бокал. Она смотрела, как ширится самодовольная улыбка на лице графа.

– Ты выглядишь ужасно, – сказал он. Дейрдре вся сжалась, а Рэтборн продолжил: – Неужели эта краска на лице так необходима, чтобы ты выглядела шлюхой?

Граф поставил свой бокал на прикроватный столики подошел к умывальнику. Через минуту он вернулся с миской холодной воды и полотенцем. Дейрдре молча подчинилась, но когда он поднял покрывало, чтобы омыть ее бедра, судорожно схватила его за руку и умоляюще произнесла:

– Нет! Пожалуйста! Рэтборн отвел ее руку:

– Это моя привилегия. Это доказательство твоей девственности и моей мужественности. Тебе будет намного лучше, когда я удалю это свидетельство нашего соития.

Дейрдре посмотрела на свои бедра и заметила на них кровь. Ей стало невмочь смотреть графу в глаза, и она, стыдливо покраснев, отвернулась.

– Моя маленькая застенчивая невинность, – слегка подтрунивал над ней Рэтборн.

Дейрдре сделала глоток вина и сказала с раздражением:

– Против этого замечания мне нечего возразить. Но с другой стороны, ведь я попала в обучение к эксперту.

Граф снисходительно пожал плечами и вытер бедра Дейрдре полотенцем.

– Мой опыт пойдет тебе на пользу. Ты еще будешь мне благодарна.

– С чего это?

И снова на губах графа появилась хитрая усмешка, придававшая его лицу мальчишескую привлекательность. Он приподнял лицо Дейрдре за подбородок:

– Женщина, испытавшая такое наслаждение, должна остаться со мной. Я не был бы... счастлив, если бы в конце концов ты попыталась отвергнуть мое предложение.

Дейрдре смущенно опустила глаза: – Это не было предложением, милорд, это было принуждением. Вы не оставили мне выбора.

– Дейрдре, посмотри на меня! – приказал он. Дейрдре подняла голову и смело посмотрела Рэтборну в глаза. Во взгляде ее читался вызов.

– Полагаешь, что способна помешать мне дать тебе наслаждение каждый раз, когда я того захочу? – спросил граф с некоторым раздражением.

– Этого больше не произойдет! – пообещала Дейрдре. Самоуверенность Рэтборна вызвала в ней приступ гнева.

Взгляд графа стал грозным.

– Эту чепуху мы предадим забвению навсегда.

Его рука скользнула между ее ног, насильно раздвигая их, пальцы легко вошли внутрь.

Дейрдре подскочила, расплескав вино из бокала себе на грудь, живот и бедра. Рэтборн выхватил бокал из ее рук и швырнул на пол.

– Ты на вкус пьянее любого вина, – пробормотал он и стал медленно слизывать вино с ее тела. Дейрдре попыталась вырваться и подняться, но Рэтборн властным жестом уложил ее на подушки.

Ее тело вновь ожило и отвечало на легчайшее его прикосновение. Дейрдре вся дрожала от предвкушения неземного восторга.

Руки Рэтборна нежно ласкали ее тело, и Дейрдре вся раскрылась ему навстречу, чтобы он смог обладать ею в полной мере.

– Гарет, пожалуйста! – тихо попросила она.

– Скоро, скоро, любовь моя, – ответил граф, прекрасно понимая, о чем его просят.

Дейрдре хотела, чтобы он вновь заполнил ее изнутри, чтобы дал выход затопившим ее чувствам, чтобы освободил ее от томления. Боль желания сводила ее бедра. Она не могла Дышать. Руки ее сжимались в кулаки, а голова металась по подушке.

– Га...ре...т!

Ее тихий, но отчаянный крик заполнил всю комнату, и граф положил конец ее жажде.

Потом они долго лежали рядом молча. Тела их все еще были сплетены. Наконец Дейрдре со вздохом попыталась высвободиться из объятий Рэтборна.

– Почему ты так задумчива? – спросил он насмешливо, но это не принесло ей облегчения.

– А почему бы и нет? – вопросом на вопрос ответила Дейрдре с досадой.

Рэтборн навис над ней всем телом, опираясь руками о постель.

– Ты, бедняжка, проиграла, – пробормотал он и поцеловал. – Признайся, что теперь я господин твоего тела.

Зеленые глаза Дейрдре вспыхнули гневом. Заметив это, Рэтборн спросил в раздражении:

– Неужели ты не понимаешь, Дейрдре, какую власть имеешь надо мной? – Он притянул ее руку к своей вновь восставшей плоти. – Смотри, что ты делаешь со мной!

В его тоне она различила насмешку над самим собой.

Его рука властно вела ее руку, заставляя дотронуться и погладить его так, что ошибиться в его намерении было невозможно.

– Ты не можешь считать... не можешь хотеть...

– О, я именно это имею в виду и этого хочу, – проговорил он с легкой насмешкой. – То было для тебя. На этот раз ты доставишь удовольствие мне.

Рэтборн сел и откинулся на изголовье кровати. Он заставил Дейрдре встать на колени и наклониться над ним! Его руки оказались на ее бедрах. Он заставил ее наклониться так низко, что оказался полностью в ней.

– Ради меня, Дейрдре.

Но Рэтборн солгал. Его удовольствие не имело для него такого уж большого значения. Он хотел затопить Дейрдре новыми для нее ощущениями, потому что одного прикосновения оказалось достаточно, чтобы снова пробудить страсть, которую они только что испытали. Он хотел разжечь в ней неугасимое пламя.

Проведя языком по нежному соску, Рэтборн улыбнулся, заметив, как тот отвердевает под его лаской. Дейрдре напряглась.