Джо Беверли - Жаворонок

— Когда Гарри станет виконтом, он, или его опекун, или другое доверенное лицо будут владеть тем местом, где теперь живет Джек Гардейн. И у него можно будет отобрать его жилище.

— Это вызовет осуждение людей, — возразил Стивен.

— Не вызовет, — заявила Лаура, — если мы найдем Джеку лучшее жилье в другом месте.

— Тогда это будет выглядеть как награда, — заметил Стивен, — а награды он не заслуживает. Пусть бы жил в каком-нибудь бедном городском приходе.

— Ты прав. Но его всегда будет мучить совесть. По-моему, он испугался последствий, к которым привел его поступок. К тому же Эмма и дети не должны страдать, они ни в чем не виноваты. И если удастся найти им жилье на севере, Эмма будет счастлива находиться неподалеку от своих родных.

— У тебя очень доброе сердце, Лаура, — сказал Стивен с улыбкой. — То, что ты предлагаешь, вполне осуществимо.

— На этот счет мы уже договорились, — вмешался Николас. — Остались только наши загадочные приезжие. Не успокоюсь, пока не выясню, кто они такие.

— А где они сейчас? — спросила Лаура.

— Их вчера провели в отдельную комнату, — ответил Стивен. — Никто из нас не был в состоянии беседовать с ними. Мы с Николасом принесли им сегодня еду, воду для умывания и одежду. На всякий случай прихватили оружие, но услышали от них только слова благодарности. Мне показалось, что Г.Г. — это хорошо загримированная женщина.

— Нет-нет, — возразила Лаура. — Дайер скорее мужчина. Он, конечно, выглядит хрупким, у него тонкие изнеженные руки, но это руки мужчины, они значительно больше моих.

— Согласен, — сказал Стивен, однако в голосе его звучало сомнение. Видимо, он, как и Лаура, заметил что-то странное.

— Не думаю, что Фарук — араб, — сказала Лаура. — Прошлой ночью, без тюрбана, при зареве пожара, он выглядел настоящим англичанином. Но зачем ему этот маскарад? Неужели они притворяются, будто были в рабстве? С какой целью? И почему намерены вымогать деньги у лорда Колдфорта?

— Возможно, они встретились с Генри Гардейном в Средиземноморье до его гибели, — высказал предположение Стивен, хотя сомневался в этом.

— Проще всего спросить их самих, — произнес Николас. — Мы смирили свое любопытство и решили подождать вас, Лаура.

— Именно ты должна принять решение, — заявил Стивен.

— Почему? — нахмурившись, спросила Лаура. — Теперь это уже не может повлиять на судьбу Гарри и Колдфорта.

— Ошибаешься. Это как-то связано с Колдфортом. Что-то в письме убедило старого лорда в том, что они действительно связаны с Генри Гардейном. — Стивен встал и подал руку Лауре. — Пойдем к ним, попробуем узнать истину.

Все встали.

— Они в комнате Джессона, — сказал Дэвид. — Там на стенах нарисованы лабиринты, и это весьма символично. Если не возражаете, я предоставлю вам возможность докапываться до истины, а сам отправлюсь в Дрейком, чтобы помочь навести там порядок.

— Попытайтесь убрать Джека оттуда, пока он не наговорил лишнего.

Кивнув, Дэвид вышел, а они поднялись наверх и прошли по странному полутемному коридору. Стивен ключом открыл дверь, и все трое зашли в комнату. Разрисованные лабиринтами стены производили странное впечатление, но Лауру интересовала лишь загадка, связанная с двумя незнакомцами. Фарук стоял у кровати, на которой лежал его молодой друг. Они касались друг друга, казалось, молодой человек не может находиться вдали не то от своего защитника, не то от своего хозяина.

Никаких сомнений не оставалось относительно того, кем на самом деле был Фарук. В бриджах, рубашке и сюртуке он выглядел настоящим англичанином, который слишком долго находился под тропическим солнцем. Где? В Алжире, в рабстве? Почему же его молодой друг так бледен?

Молодой человек был одет в такую же одежду, и, взглянув на него, Лаура еще раз убедилась в том, что это мужчина. Несмотря на бледность лица и нежные руки, у него были широкие мужские плечи и мужская фигура. Он улыбнулся ей какой-то странной улыбкой, и это заставило Лауру смутиться.

— Вы очаровательны, миссис Пенфолд, — сказал он ей.

— На самом деле я миссис Гардейн, — призналась Лаура, заметив, как при этих словах вздрогнул Фарук, после чего внимательно посмотрел на нее.

А она острым взглядом художника словно впервые увидела его. И моментально поняла, что напрасно пыталась «состарить» портрет Генри Гардейна, основываясь на рассказах о слабом, болезненном капитане Дайере. Ничего болезненного не было в облике этого человека.

— Вы и есть Генри Гардейн! — воскликнула потрясенная открытием Лаура.

Он ничего не ответил. Заговорил Стивен:

— Вот и последний штрих в этой загадке. Кстати, сэр, мое имя Стивен Болл, а это мой друг, мистер Делейни. Не представите ли вы нам вашего приятеля? — И поскольку Генри молчал, Стивен добавил: — Поверьте, мы не желаем вам зла, совсем наоборот. .

— Мне трудно в это поверить, — произнес Генри на прекрасном английском языке, на таком, каким он говорил, когда Лаура слушала его через стенку.

Но теперь ей казалось, что небольшой акцент или просто необычная интонация звучали в его словах. Девять лет он не был на родине, думала Лаура, пытаясь забыть все свои предыдущие предположения и непредвзято, по-новому взглянуть на молодого виконта. Почему этот англичанин столько лет жил в варварской стране, если мог освободиться раньше? И почему, как спрашивал Николас, он решил вернуться именно теперь? У него ведь не было необходимости ждать, пока британские моряки освободят его. Несмотря на все эти вопросы, у нее голова кружилась от счастья. Генри Гардейн жив, теперь ее сын не является наследником Колдфорта, и ему не грозит опасность.

— Я уверен, сэр, — говорил в это время Стивен, — вам пришлось жить в таком обществе, где правда не в чести. Но здесь это не так. Если только вы не совершили серьезное преступление, даю вам слово, что и вы, и ваш приятель будете в безопасности.

— Уверяю вас, — вмешался Николас, — вы можете ему доверять. Вы можете доверять любому из нас.

Генри Гардейн кивнул:

— В Дрейкоме люди говорят о сэре Стивене Болле с огромным уважением.

Лаура улыбнулась Стивену, видя, что тот смутился.

— Мы не сможем помочь вам, если не будем знать правду, — сказал Стивен. — Почему вы пытались вымогать деньги у лорда Колдфорта, когда все, чем он владеет, в действительности принадлежит вам?

Лаура заметила, как капитан Дайер схватил Генри за руку. Его бледная рука выделялась на загорелой руке Генри.

— Ты ничего не сказал мне об этом, Телло.

Генри заговорил, не глядя на него:

— Это не имело значения, Дес. И сейчас ничего не значит. Мне не нужен ни титул, ни поместье, нам нужны только деньги. Почему я не могу получить часть того, что принадлежит мне по праву? — Холодным, недобрым взглядом он обвел всех присутствовавших. — Думаю, лорд Колдфорт согласится заплатить часть, чтобы сохранить все остальное.